Скандальное предложение - Тина Габриэлл

От подобной заботы и внимания Виктория почувствовала еще большее раздражение, вспомнив о требовании отца. Блейк смотрел на нее, ожидая ответа, и Виктория могла бы поклясться, что вид у него был смущенный.

«Неужели его беспокоит, что я могу передумать и не пойти в театр? Где же тот прежний невозмутимый, собранный и сдержанный граф?»

— Ждать совсем не обязательно, поскольку с нами мистер Вудуард и леди Девон, — ответила Виктория, взглянув на симпатичную пару, сидевшую напротив.

— Кто бы ни спросил, — Саманта улыбнулись, и сжала руку Виктории, — Виктория — моя большая подруга, которая приехала подышать свежим деревенским воздухом и спрятаться подальше от назойливых лондонских сплетников.

Выслушав сценарий леди Девон, Блейк многозначительно поднял одну бровь, открыл дверцу экипажа и спрыгнул на землю.

— Тогда пойдем? — протянул он Виктории руку.

Она подала ему руку, и его длинные пальцы крепко держали ее, пока она выходила из экипажа. Незначительное, казалось бы, движение, но Виктория сразу почувствовала его силу и мужественность.

Они двумя парами вошли в холл и мгновенно привлекли к себе всеобщее внимание. Виктория украдкой взглянула на точеный профиль Блейка, отметила, с каким достоинством он держится, и сразу поняла причину особого интереса окружающих.

Сегодня вечером на Блейке были светло-коричневые брюки, плотно облегающие его плоский живот и бедра. Великолепно сшитый коричневый двубортный сюртук, на тон темнее брюк, подчеркивал его широкие плечи и высокую худощавую фигуру. На шее был повязан белоснежный платок, а переднюю планку рубашки и манжеты украшали тончайшие кружева.

Отметив тщательно подобранный костюм Блейка, Виктория порадовалась в душе, что тоже внимательно отнеслась к своему наряду. На ней было платье из бледно-розового шелка с короткими пышными рукавами, украшенное по лифу бусинками из хрусталя. Длинные черные волосы подобраны высоко наверх, оставляя открытыми шею и низкий вырез, несколько локонов спадали вниз, обрамляя лицо.

Почти сразу к ним стали подходить люди, чтобы поздороваться или самим представиться вернувшемуся графу Равенсперу. Сразу стало понятно, что Блейк достаточно редко выезжает в свет и потому вызывает любопытство своих деревенских соседей. Многие бросали любопытные взгляды в сторону Виктории, и она начала сомневаться, стоило ли ей появляться с Блейком на публике.

Должно быть, леди Саманта почувствовала ее напряжение, потому что встала поближе к Виктории, чтобы как-то поддержать ее.

Несколько молодых джентльменов локтями проложили себе дорогу в толпе, чтобы предстать перед Викторией. Они галантно поклонились и представились ей.

Один из них, Натан Сент-Брайд, оказался смелее остальных, его губы дольше положенного задержались на руке Виктории. Это был жилистый мужчина среднего роста, с орлиным носом, высоким лбом и внимательным взглядом темных глаз. Густые, золотистые, с рыжеватым отливом волосы завивались вокруг ушей и были одного цвета с закрученными концами его усов. От него исходил резкий запах одеколона, который перебивал запах парфюма женщин, окружавших Викторию.

— Леди Девон, где вы скрывали свою восхитительную подругу? — обратился мужчина к Саманте, не сводя глаз с Виктории.

— Скрывала? — скромно переспросила Саманта. — Мы всю неделю гуляли по городу, мистер Сент-Брайд. Где это вы были, сэр?

Натан Сент-Брайд во весь рот улыбнулся Виктории, открыв ровные белые зубы.

— Видимо, я редко бываю в обществе, если пропустил такую красоту. Постараюсь исправить упущение.

Боковым зрением Виктория уловила настороженный взгляд Блейка. У него дергалась мышца под глазом, и руки сжались в кулаки.

Дрожь пробежала по позвоночнику Виктории, когда она заметила такую реакцию Блейка. Она сразу вспомнила совет леди Саманты — флиртовать с другими мужчинами, чтобы пробудить в Блейке ревность. Тогда она засомневалась в мудрости странного совета баронессы, но теперь начинала понимать его разумность.

Виктория сладко улыбнулась Натану и рассмеялась над одной из его шуток.

Стоя за плечом Сент-Брайда, Блейк, как гранитная глыба, раздувал ноздри и сжимал челюсти.

— Вы позволите мне нанести вам визит, мисс Эштон? — не унимался Натан.

— Думаю, это невозможно, — ответила Виктория, встревоженная подобной напористостью. — Леди Саманта занимает все мое время, кроме того, я не долго пробуду в деревне.

Виктории хотелось пофлиртовать с Сент-Брайдом на публике — это было безопасно, — но продолжать с ним знакомство где-то в более уединенном месте у нее не было никакого желания.

— Я понимаю, — прошептал Натан, наклонившись вперед, чтобы только она могла слышать его слова. — Вы — с графом и не можете говорить открыто на публике, правильно?

Виктория, поразившись его словам, сделала шаг назад. Откуда он знает? Но ответить она не успела, потому что в этот момент к ней приблизился Блейк.

— Скоро начнется спектакль. — Он сурово посмотрел на Натана Сент-Брайда. — Пора занимать места.

Виктория позволила Блейку отвести ее в его личную ложу. У нее совсем не было времени подумать о словах Сент-Брайда: почти сразу же открылся занавес и начался спектакль.

Пока шло действие, Виктория сидела как загипнотизированная, впитывая каждое слово, полностью погрузившись в происходящее на сцене. И только в антракте, когда занавес опустился, она повернула голову. Саманта с Джастином удалились в холл, чтобы выпить что-нибудь освежающее, и Виктория осталась наедине с Блейком.

Она повернулась к нему и с некоторым недоумением обнаружила, что он внимательно изучает ее.

— Замечательный спектакль. Спасибо, что пригласил меня.

— Я получил огромное удовольствие, наблюдая за тобой, даже больше, чем от спектакля. Я просто вынужден был отвести от тебя взгляд, чтобы другие не заметили. Сегодня ты еще восхитительнее, чем всегда.

Виктория сидела тихо как мышка, но сердце у нее перевернулось от таких слов. Несмотря ни на что, ей льстил его интерес, а в словах, произносимых им, она ощущала скрытую чувственность. Сегодня вечером все в этом человеке привлекало Викторию: от одинокой пряди волос, упавшей на темную бровь, до крепкой мышцы бедра, обтянутой брюками, и знакомого запаха одеколона.

— У меня для тебя кое-что есть. — Блейк сунул руку в карман своего двубортного пиджака и достал коробочку, обтянутую красным бархатом. — Эта вещица напомнила мне о тебе, и я надеюсь, она тебе понравится. — Блейк вложил ей в руки коробочку. — Ну, открывай.

Виктория открыла крышечку, и… У нее пересохло в горле от вида изящного изумрудного ожерелья, лежащего на красном бархате. Изумруд размером с голубиное яйцо окружали бриллианты, и в свете свечей ожерелье сверкало разноцветными огнями.

Виктория никогда не держала в руках такой дорогой вещи и уж тем более не носила.