Босс, я не нарочно! или Я убью тебя, Ломова! - Мария Геррер

– Да, – Роман Игоревич отличался лаконичностью.

– Это случилось из-за меня, – вздохнула я и решила поменять тон на неофициальный. – Мне очень жаль, если господин Шушарин понял все неправильно.

Жаль мне не было, но надо же как-то разговорить молчаливого собеседника.

– Возможно, он невольно ввел вас в заблуждение, – вкрадчиво продолжила я.

Старалась подбирать слова и говорить дипломатично. Пока никаких обвинений. Прощупаю почву, потом соображу, как вести себя дальше.

– Хотелось бы услышать подробности, – оживился Роман Игоревич.

– Николай Анатольевич проявил ко мне интерес. Я дала понять, что мне это не надо. Тогда ваш представитель поставил перед моим руководителем условие – или я пересплю с ним, или он рекомендует не подписывать договор, – ябедничать не люблю, но что делать?

– И? – с интересом произнес Роман Игоревич.

– Что «И»? Естественно, мой босс дал в глаз Николаю Анатольевичу… – последняя фраза прозвучала по-идиотски. – За домогательство. Ну, чтобы ко мне не приставал с пошлостями. Короче, они подрались из-за меня… Шушарин тоже нанес синяки и ссадины моему начальнику. Пусть не врет, что пострадал только он. Герману Юрьевичу тоже досталось. Я даже предложила боссу в полицию обратиться, но он отказался, – на всякий случай соврала я. – Он не любит скандалов. Очень порядочный человек. Не то, что ваш Шушарин.

– А почему Шушарин проявил к вам интерес? С чего бы женатому мужчине приставать к вам? Чем вы его могли так привлечь? Редкой красотой, умом? – допытывался неугомонный Роман Игоревич. – Хочу услышать вашу версию.

– А что он сказал обо мне?

– Что вы сами на него вешались, естественно. А ваш босс начал ревновать.

– Наглая ложь! – возмутилась я. – Его привлекла моя провинциальная простота и то, что я колдунья, – процитировала я босса.

– Мдя… Печально, я бы сказал, – в голосе Романа Игоревича я уловила иронию. – Колдунья, значит?

– Я не колдунья. Это только мои коллеги так считают. Они меня вообще ведьмой называют.

– А что, есть принципиальная разница?

– Конечно. Колдунья лучше звучит.

– Из вашей пламенной речи я понял, что вы невольно привлекли внимание моего подчиненного и вызвали драку между ним и вашим руководителем. Верно?

– Да.

– А мне он рассказал совсем другое.

– Можно узнать, что именно?

– Зачем?

– Я страшно любопытна. Вам же тоже было интересно услышать мою версию.

– Извольте. Вначале вы откровенно стоили глазки Николаю Анатольевичу. Потом ваш начальник и мой подчиненный ужинали в ресторане. Ваш босс напился до поросячьего состояния и ни с того ни с сего набросился на Шушарина. Николай Анатольевич предположил, что это был приступ ревности. Он уверен – вы состоите в интимной связи с вашим шефом.

Ишь, уверен он. Не его это собачье дело!

– Но это же вранье! – возмутилась я. – Герман Юрьевич не пьет.

– Совсем?

– Откуда я знаю? Может, немного и выпьет. Разве это важно? И вообще, кто дал Шушарину право строить какие-то нелепые догадки по поводу моей личной жизни? Это как минимум неприлично! А уж требовать меня в уплату за протекцию перед вами вообще верх хамства. Так что по физиономии он получил заслуженно!

– Не кипятитесь. Ваша версия намного увлекательнее. Мне она нравится больше. Есть интрига, есть кульминация, динамика, наконец. Драматизма хоть отбавляй. Слушать интересно.

– Зря иронизируете, – буркнула в ответ. – Я говорю правду, – мне хотелось кричать от обиды. – Герман Юрьевич защищал меня от этого негодяя!

– Как ни странно, я вам верю. Просто ситуация забавная. Хоть роман любовный пиши. Босс, ведьма, злодей-соблазнитель. Однако хорошо, что вы позвонили. Это говорит о том, что вы ответственный и принципиальный сотрудник. Я свяжусь с вашим руководством. Думаю, мы продолжим переговоры. Рад был познакомиться.

– Я тоже. Удачного вам дня, – я была готова скакать и кричать от радости.

– Всего доброго! И не слишком увлекайтесь колдовством! Это может плохо кончиться, – рассмеялся Роман Игоревич.

Ну, кто молодец? Я молодец! Разрулила все проблемы.

Переговоры продолжатся. Больше хам Шушарин тут не появится. Босс приобретет надежных партнеров.

Но я ничего не скажу Герману. Не надо ему знать, что это все моя заслуга. Я скромная.

Вернулась к себе в кабинет, сияя от удовольствия.

Татьяна смерила меня тяжелым взглядом. Похоже, она плетет свою интригу. Может, хочет занять место руководителя сектора? Выше ей пока не прыгнуть, нет соответствующего образования.

А ведь мы так хорошо работали. Все развалилось из-за тупости и зависти. Печально…

Резкий звонок мобильника отвлек от невеселых размышлений о человеческой подлости и женской глупости.

«Инквизитор», – высветилось на экране. Не успела поднести мобильник к уху, как услышала знакомое:

– Я убью тебя, Ломова. Быстро ко мне! – Инквизитор был в бешенстве.

Глава 21

Неслась по коридору как угорелая. Что могло произойти? Почему он так рычал в трубку? Неужели опять накосячила в документах? Вроде десять раз все проверила. Или снова пришла Светка с родней? Не должна, мы все выяснили. Может, Дрюня чего придумал? Терялась в догадках и ничего путного на ум не приходило. Чего он взбеленился?

– Катя, что случилось? – я едва перевела дух. – Почему он меня вызвал?

– Не знаю, – пожала плечами Катя. – Я вообще не знала, что он тебя вызвал.

Ну да, он же мне напрямую позвонил.

– Сильно злой? – я пыталась отдышаться, чтобы предстать пред очами босса более-менее в приличном виде.

– Пять минут назад был нормальный.

Интересно, какая муха его укусила?

– Знаешь, а босс сегодня пришел в темных очках. Такой загадочный. Ему жутко идет. Просто агент 007!

Не стала комментировать внешний вид босса.

– Пожелай мне удачи, – попросила Катю и смело шагнула в логово разъяренного льва.

– Пришла? – Герман сверкнул на меня темными очками.

– Что вы хотели, Герман Юрьевич? – смиренно поинтересовалась я.

– Ты когда воду мутить перестанешь? – он снял очки. Отек с века сошел, синяк из фиолетового превратился в бодрый свекольный.

– Я ничего не делала, – сразу начала отнекиваться я.