Вредная Валерия - Маша Брежнева

Черневский хватает Рината за грудки и впечатывает в фундамент сцены. Через секунду они меняются местами. Два дебила, ну честное слово…

«Говорила без него умрет, но жива», – напевает тем временем солистка кавер-группы.

- Ты х*ли руки свои распускаешь? – слышу не целые фразы, а обрывки какие-то.

- Это не твоя девушка, ты ***нулся!

- Отвали от неё, идиот!

- Ты че, смертник?

Больше петушатся, конечно, чем дерутся, но время от времени прописывают друг другу. Без фингалов дело точно не обойдётся.

Я не знаю, как разнять этих чертовых петухов, а на них уже весь лагерь смотрит. Да их же дисквалифицировать могут за драку… Что за… Русу что в мозги ударило? Устроил тут! Я же сама за себя постоять могу, если понадобится.

Я верчу головой по сторонам в поисках хоть какой-то помощи и, наконец, замечаю Крайнова, который на всех парах несётся к нам.

Он чудом врезается между Русом и Ринатом и оттаскивает своего дружбана в сторону.

- Эээ, Рус, остынь, остынь, что за дела!

Тот и Влада отпихивает, но Крайнов снова его в сторону тащит и швыряет сбоку от площадки прямо на траву.

- Остынь, я сказал!

Оо, няшик в ударе. Даже и не знала, что Влад так может. Очень вовремя он включился.

Рус выдыхает, растирает лицо ладонями и подтягивает согнутые ноги. Так и сидит на траве, злобно смотря на Рината. А тот буравит взглядом меня, и я кожей чувствую, как меня сейчас ненавидят.

- Что за хрень, Насть! Ты сказала, вы расстались!

- Мы расстались… – не слишком уверенно говорю в ответ.

- Разбирайтесь со своей канителью сами, а? – бросает мне парень, сплюнув и сверкнув чёрными глазами в направлении Руса. А потом разворачивается и уходит куда-то.

Черневский поднимается и отряхивает одежду. Крайнов отчитывает его, как папочка, звучит что-то про правила, вылет из лагеря и здравый смысл. Ой, Влад, ты забыл, с кем имеешь дело? Какой здравый смысл, если речь о Черневском?

Подхожу ближе. С минуту молча смотрю в наглые глаза бывшего. А потом поднимаю руки и начинаю барабанить по его груди, плечам, куда там ещё я попадаю…

- Идиот! Баран! Придурок! Что ты устроил! Зачем ты лезешь в мою жизнь! Оставь меня в покое, слышишь! Не могу, не могу, отвали!

Рус спокойно слушает и так же спокойно перехватывает мои запястья, впиваясь в кожу пальцами. Вынуждает поднять голову и взглянуть на него. Ненавижу! Жить мне не даёт спокойно!

С ним не могу, без него не могу, да что же это такое!

Рус отпускает одну руку, но это ошибка – я тут же хочу съездить ему по лицу, но он опять предотвращает катастрофу. Мои ладони в крепком захвате, и тело все дрожит от магнетического действие этого человека на меня.

- Я дурак, да, я придурок, – кивает головой. – Я самый большой придурок. Но я тебя люблю, Иванова.

И, застав меня врасплох на этих словах, отпускает ладони на свободу, двумя руками хватает мое лицо, тянет к себе и целует. Быстро, дерзко и охренительно. Смесь знакомых, почти родных ощущений с чем-то новым, чего не было ещё. Язык, вытворяющий кульбиты у меня во рту, и грубые пальцы, сдавливающие щеки до красных пятен.

Секунд десять, пятнадцать, не больше. И он резко отрывается от меня и уходит.

«Я тебя люблю, Иванова».

Я. Тебя. Люблю…

Глава 43

Влад

Тренер выстраивает нас по стойке «смирно», ходит туда-сюда, испытывая терпение.

Конечно, он крайне зол и огорчен вчерашней дракой. Собственно, драки, как и спиртное, в лагере для студентов-спортсменов под запретом. А Рус, все-таки, лицо команды – капитан.

Гордеев резко тормозит напротив Руса и еще с минуту просто молча смотрит на него.

- Черневский, ты первый раз в лагере?

- Нет, – сохраняет хотя бы видимое спокойствие Руслан.

- Ты не знал правила?

- Знал.

- Тогда какого черта ты устраиваешь? Ты хотел вылететь отсюда? Не волнует честь университета? Добивался, чтобы команду дисквалифицировали?

- Нет, – снова отрицает все непробиваемый Рус.

- Тогда объясни мне, что ты вчера устроил.

- Из-за девушки, – коротко отвечает друг.

- Ценю твои благородные порывы, но здесь это не к месту, – ворчит Гордеев. – Снимать тебя с турнира не будут, так как последствий серьезных нет и москвичи не имеют претензий. Но дисциплинарные наказания я должен сделать.

- И что же это будет? – немного напрягается Черневский. Но на тренера все равно смотрит уверенно.

- Ты снимаешься с капитанства до конца турнира. Капитаном будет Крайнов.

Рус выдыхает и кивает, а через секунду уже подмигивает мне с легкой улыбкой на губах.

- Идите разминаться, игра через полчаса, – отправляет нас в зал тренер.

Кажется, вот только теперь все могут выдохнуть. Лишиться турнира и моря из-за выходки кэпа никому не хотелось.

- Бро, ты расстроился? – набирая разминочный ход, спрашиваю у Руса, который все еще спокоен, как удав. Даже странно – видел бы вчера Гордеев, как его любимчик кулаками махал…

- Нет, все нормально, это не такое и страшное наказание. Ну побудешь ты кэпом, мне не жалко.

- Думаешь, драка того стоила?

- Конечно. Даже если бы меня выгнали, я бы все равно этому Тимуру морду набил.

- Он Ринат.

- Да пофиг.

- А ты не думал, что Насте не нужна была твоя помощь?

- Конечно, не думал. Я все видел, ей не очень нравились подкаты этого хрена.

- Рус, но ведь она с ним была, – продолжаю свою шарманку.

- Край, чего ты завелся? Я знаю, что делаю, Настя просто заигралась в ревность. Пусть еще походит, подумает, и вернется все равно.

- Сам же говорил, что всё, новые мосты собирался налаживать.

- Владик! Все нормально, – отрезает дальнейшие разговоры и рассуждения Рус.

- Как знаешь. Ты даже в такой ситуации лучше меня понимаешь, – вздыхаю и отворачиваюсь.

Вчера случился сумасшедший вечер у всех. Несмотря на то, как все было у нас с Лерой, понятнее от этого не стало. Она взрывает мой мозг своей непосредственностью. Странностью. Эмоциями. Я совсем не такой, и что это значит? Противоположности притягиваются?

Меня сложно на эмоции развести, это еще надо постараться, но Лерке легко удается. Да она даже не делает ничего, она просто сама