Пепел - Ники Сью

– Рита? Что за Рита? Та очкастая?

– Эй, – я ткнул Кира локтем в бок, от чего у него из рук выпал джойстик. – Не называй ее так. Подумаешь, в очках, что здесь такого?

– Ну ладно, Риточка. Как тебе такой варик? – откровенно стебался Иванов, за что получил очередной толчок.

– Она тебе нравится? – не унимался Кирилл. Мы дружили давно, да и в целом секретов особых друг от друга не держали, разве что скелеты из прошлой жизни. Одним из таких как раз было разбитое Ритой Романовой сердце.

Но вопрос все равно напряг: нравилась ли мне Марго, или это было лишь желание насолить, уколоть больней? Откровенно говоря, в последнее время я сам терялся в ответах. Рядом с ней однозначно было тепло, уютно, даже спокойно, как бы странно это не звучало. Правда, ущемленная гордость иногда давала о себе знать, намекая, что женщины обязательно ударят по больному месту дважды.

Мать была ярким примером. Ведь на развод с отцом подала именно она.

– Не знаю, – честно признался, пожав плечами и пиная мячик в игре.

– У Аленки буфера явно получше будут.

– Ты девчонок только по груди оцениваешь, Кир? – усмехнулся я.

– Не-а, – выдал коронную улыбочку друг, забив гол в мои ворота. – Еще и по заднице. Прости, братишка, у твоей Риточки ни того, ни другого. Я бы на твоем месте хорошенько подумал.

– А ты не заглядывайся на ее задницу и грудь, – буркнул, отчего-то раздражаясь. Стало неприятно, что кто-то не то что говорит, думает в подобном контексте. Хотя раньше я за собой такого не замечал. Нет, ревновал девчонок, но, скорее, в шутку.

– У-у-у, угрозы подъехали! Кажется, в тихом омуте… – заржал Иванов, и я снова его ударил локтем в бок.

Мы просидели у меня почти до полуночи, потом пришел отец: уставший, без настроения, кинул сухое приветствие и скрылся в спальне. Кир поехал домой, а я плюхнулся на кровать, разглядывая пустой потолок.

Симпатия или ненависть? Кто знает…

В пятницу с порога историчка меня обрадовала проектом. Мол, за плохие слова надо делами расплачиваться, и плевать, что, по сути, я за них уже вполне расплатился. Оказывается, этого было мало, ей еще проект подавай. Можно было поспорить, привести аргументы, но почему-то мне казалось – не подействует.

Историю я не особо любил, да и проекты делать тоже. Думал напрячь кого-то в помощь, девчонки в этом плане очень податливые: за шоколадку и красивую улыбку согласны на все. Я так уже несколько раз выкручивался. Да, Аленка была не в восторге, но мы-то сейчас в контрах, так что ее реакция особо не волнует.

Но напрягать неожиданно никого не пришлось.

– Анна Дмитриевна сказала, чтобы я помогла тебе с проектом, – заявила Романова, выловив меня возле учительской. Я скользнул по ней внимательным взглядом, пытаясь понять, правду ли она говорит.

– Тебя? С чего бы?

– Не знаю, – пожала плечами Рита, натягивая длинные рукава рубашки на ладони и перекатываясь с пятки на носок.

– Ну ладно, раз сказала, хорошо, – согласился я. Хотя, на историчку это совсем не похоже, я бы больше поверил в то, что Марго сама вызвалась помочь. Но вряд ли девчонка в этом признается. С другой стороны, она и вчера мне помогла с уборкой, неужели чувствует за собой вину?..

– Нужно написать на полторы страницы текст и оформить его в программе.

– Я не очень с программами, если честно. А вот текст… можем сегодня после уроков остаться.

– Хорошо, давай. – Рита развернулась и пошла в сторону кабинета. Я тоже пошел, но предпочел оставить между нами расстояние. Молча смотрел ей в спину, отмечая про себя, что у нее красивая осанка, и держится Марго уверенно, не похожа она на забитую мышку.

Что же случилось с ней за годы нашей разлуки?

Географию и литературу мы отсидели почти без замечаний, правда, на последнем уроке Раевский не выдержал, отжег пару шуточек. Я по велению сердца поддержал друга, что, конечно, не понравилось классной. В итоге она опять разошлась, даже хотела оставить нас после уроков. Тут Мишаня завыл, начал давить на жалость, а я сослался на историчку, и нас помиловали.

Вышли мы с Раевским из кабинета, когда наши уже разошлись. В пустом безмолвном коридоре не было никого, кроме Риты. Она сидела на подоконнике, читала книгу. Из открытого окна проникал ветерок, играясь с прядками ее волос. Довольно милое зрелище, скажу я вам.

– Увидимся, Мих.

– У-у, – протянул он, усмехнувшись, однако задавать вопросы не стал. Я проводил его взглядом, затем направился к своей цели – Марго.

– Меня ждешь? – улыбка сама коснулась губ, хотя я и без того часто улыбался.

Чего ходить хмурым и загруженным, мир и так полон дерьма, от наших серых лиц он не станет приятней.

– Ну да, – кивнула Рита. Показалось, она немного смутилась, а может только показалось.

– Пошли в читальный зал.

– Да, давай.

Читальный зал находился рядом с библиотекой на первом этаже, людей там обычно было мало, нынче народ всю информацию черпает из интернета, а не из книг. Мы тоже могли бы разделить задание, искать по-отдельности, но мне хотелось чуть больше узнать о жизни Романовой, найти ответ на самый главный вопрос.

Стол выбрали у окна, в довольно светлом уголке. Сели друг напротив друга, и тут повисла какая-то непонятная, неловкая пауза. Рита бегала глазами по залу, а я не особо понимал, что нужно делать и говорить.

Прошло почти пять минут, прежде чем мы прервали молчание.

– На какую тему будем делать проект? – начал я.

– Как насчет Святого Грааля?

– Чего? Это же вымысел.

– Ну… – помялась Марго, словно не решаясь отстаивать свои интересы. – Просто помню, как-то в новостях пестрели заголовки, что якобы один археолог нашел ту самую Чашу, вот и подумала.

– Ладно, тогда надо за комп идти, вряд ли в книгах найдутся ответы, – предположил я, стуча пальцем по губам.

– Если ты против…

– Мне без разницы, Романова. Тебе ж записывать все это в волшебную тетрадку, не мне, – усмехнулся, констатируя факт. В ответ Рита ничего не сказала, молча