Ты полюбишь вновь - Дарья Белова

Он набрасывается на нее, не думая о том, что минуту назад у них был секс. Целует ее рьяно, сминая ее пострадавшие губы, размазывая каплю крови. Его, она только его. Влажно и порочно, он первый проникает языком. Он слышит ее пульс, бешеный, рваный. У него такой же. Целует ее, как всегда хотел. Жадно, по-животному. Пока его эрекция снова не упирается в нее.

— Пи*дец какой-то, — отстранился он от Полины, чтобы взглянуть на нее, — обдолбанный наркоман…

— Тогда не останавливайся…

— Никогда, — улыбнулся он в ответ.

— Саш?

— М?

— Что теперь будет?

— Что будет… будет конец. А после будет по-другому.

— Второй шанс?

— Мы слишком много верим во второй шанс, в чистые листы, в новые дни…Этого нет. Нет никаких вторых шансов. Если в него верить, что случится, если завтра этого шанса не будет? Полина, мы просто будем учиться жить дальше. Помня о всех наших ошибках. Будем просто мы.

— Мне страшно.

— Мне тоже.

Саша отстранился от нее и взглядом бродил по ее лицу.

— Полин, тебе есть, что мне сказать?

Полина смотрела прямо ему в глаза. В его ярко-зеленые, малахитовые глаза. Нет, Саша не прав. Есть второй шанс. И она его не упустит. Он будет с ней сегодня, завтра, всегда. И ошибки она свои тоже будет помнить. Только ради того, чтобы больше их никогда не повторить.

— Я встречалась с Алей. Точнее она встретилась со мной.

А потом она рассказала все.

Глава 20

Это утро другое. Да, все вокруг осталось прежним: те же занавески, та же мебель, вид за окном. Все по-прежнему. Но сейчас Полина не одна, больше не одна.

Саша спит рядом, он откинулся на подушку, лежит на спине, а голову повернул в сторону Полины. Она первая открыла глаза и рассматривала еще спящего Сашу. Когда он спит, то выглядит намного моложе, будто сбрасывает сразу несколько лет. А ведь ему на днях уже тридцать шесть. От этой мысли Полина резко встала: завтра Сашин день рождения, а она об этом забыла.

— Полина? — сонно, с испугом в голосе спросила Саша.

— Черт, прости, я тебя разбудила.

— Что случилось?

— У тебя завтра день рождения.

— И ты испугалась?

— Нет, просто… вспомнила.

— Хорошо, тогда ложись обратно и досыпай.

— Больше не хочу спать, — Саша громко вздохнул и уставился на нее.

— Есть смысл просить тебя приготовить завтрак? Или поедем поедим куда-нибудь?

Полина улыбнулась. Обворожительно. Уж омлет то она сможет приготовить. И ушла на кухню.

Да, это утро другое. Ведь сейчас за стенкой в душе находится Саша, ее Саша, которому она готовит завтрак. Как умеет, немного пересоленный омлет со слегка подгоревшими помидорами.

Когда вода перестала шуметь, Полина села на стул, с краю, и стала ждать. Его. Может, чтобы в очередной раз убедиться, что это не сон. Теперь это ее реальность.

* * *

Саша смотрит, как из крана течет вода. Быстро и бестолково. Он никогда не любил таких бессмысленных действий. Они не поддаются никакой логике. Это просто вода. И она просто льется. Но сейчас ему это абсолютно иррациональное действие нужно.

В его руке телефон. Стоит только нажать пальцем одну кнопку и наберется нужный номер. Он был в быстром наборе. На него стояла своя мелодия.

Кто сказал, что перед важным звонком переживают только женщины? Нет.

Саша сидел на краю ванны и смотрел на быстро бьющую струю воды. Наверно, Полина думает, что он в душе.

— Саша? — грустный голос. Убитый. Он однажды уже слышал похожий. Вчера. Только сейчас это не цепляло. Пусто, ничего не царапало внутри.

— Аля…

— Ты… у нее, да?

— Нам нужно встретиться и поговорить. Это важно.

— Конечно важно, Саша. Все, что ты говоришь и делаешь — всегда важно.

— Через час в центре, на Полянке, подойдет?

— Хорошо. Я буду.

Он собирался положить трубку. У Саши даже не дрогнет рука, а сердце будет биться в том же ритме, что и прежде. Потому что все это уже не нужно. Ему ровно. Эгоистично. Его волнует только та, что за стенкой готовит ему завтрак: подгоревший и пересоленный омлет.

— Подожди… Саш…

— Да, Аля?

— С тобой все хорошо? — прошептала она, говорить в полный голос она уже не могла, слезы душили.

— У меня все замечательно, — сказал Саша и положил трубку.

Саша быстро принял душ и вышел к Полине. Та сидела на стуле и смотрела в его сторону. Голова все еще вжата в плечи, будто ждет, что сейчас что-то произойдет, что-то очень нехорошее, и она будет крайней. Неприятно. У Саши от этой картины стреляет, где-то в области сердца. Ноет и простреливает.

— По запаху чувствую, что-то подгорело. Да, Полинка-малинка? — бодрым голосом спросил Саша.

— Прости, Саш. Ты же знаешь…помнишь… то есть… я не сильна в этом. Не умею…

— Полинка…

Он подошел к ней близко и обнял. Ее. Такую маленькую, хрупкую. Она маленькая куколка, какой и всегда была. Саша не кукловод, не хозяин этой куклы. Он не может приказывать ей, что делать, не может повелевать. Но он может возродить ее к жизни. Вернуть ее. А потом нежно поцеловал Полину в висок.

— Давай сюда свой пересоленный омлет.

— Он еще и подгорел, — Саша засмеялся.

— Боже, Полина. Давай тогда на двоих. Не должен я один страдать.

— Не должен… — Полина подняла голову и посмотрела на него. Саша изменился. Она не замечала. Морщинки у глаз стали глубже, как и продольные складки на лбу. А взгляд стал глубже. Не как раньше. Сейчас он действительно мог вынуть душу, если пожелает.

Полина достала две тарелки и разложила свое творение.

— Ам… приятного аппетита, — положила вилки рядом с терелками и села на свое любимое место.

— Ну спасибо, Полина. Сейчас стало намного легче, — Саша посмотрел на ее творение, а потом на нее. Взял вилку и отправил в рот маленький кусочек. — Вкусно… почти.

— Господи, ну не ври. Я же вижу. Прости…

— Хватит уже просить прощения, Полина, — Саша строго посмотрел на нее, — не надо.

— … мне кажется я всю свою жизнь буду себя винить. И никогда сама себя не прощу.

— Это ты зря, Полинка. С такой виной жить не надо. Она же первая тебя и уничтожит. Посмотри на меня.

Полина