Сломанный лёд — 2 - Мария Карташева

Ксения быстро заскочила за стену, тихонько прикрыла дверь и закрылась на замок. Защита была так себе, но несколько секунд в запасе есть. Она лихорадочно соображала, что ей делать, когда с внешней стороны послышался щелчок и тонкое полотно отъехало в сторону. Собрав волю в кулак, женщина встала между человеком и медицинским боксом.

– Ты врач? – спросил он на ломаном русском.

– Да. – твёрдо сказала она.

– Я ему платить, – темнокожий кивнул себе за спину, – чтобы тебя забрать. Нам сейчас нужна врач, быстро ехать!

– Я не могу. – для Ксении это был страшный сон, который повторялся. – Я работаю здесь.

– Я стреляю здесь, если ты не идёшь. – скучающим тоном сказал он и в подтверждение своих слов повёл плечом, на котором чернело оружие. – Сделаешь работу, я тебя верну. Я обещаю! Я главный! Абимбола!

– Очень приятно. – вздохнула Ксения. – Что у вас случилось?

– Ранилась моя брат. Нога пухнет, всё плохо.

– Мне нужно взять инструменты и лекарства. – спокойно сказала женщина.

– Возьми помощника. – Абимбола кивнул в сторону замерших за прозрачной стеной людей.

Ксения на негнущихся ногах вошла в бокс и на неё устремились тревожные взгляды.

– Друзья! Мне придётся ненадолго покинуть вас. Немедленно соберите мне укладку, обязательно антибиотики. Среди вас есть опытный анестезиолог?

– Да! – грубым голосом сказал высокий мужчина с бородой, при этом остановив порыв девушки, которая сидела рядом.

– Не слушайте его! Он травматолог. Я практикую уже несколько лет самостоятельно. – тоненькая девица встала и деловито собрала в сумку с полок препараты. – Ксения Сергеевна, я готова. Я Лена Скворцова.

– Превосходно! – одним взглядом женщина усадила на место бородача и повернулась к Абимболе. – И Лена, научитесь представляться полным именем. – зачем-то сказала Ксения, когда они вышли из самолёта и окунулись в рдеющее красными песчинками пространство.

Сухой горячий воздух мгновенно забил нос и рот, взгляд тревожно обводил пустошь вокруг, а потом сосредоточился на рваном теле автомобиля, который ждал их.

– Быстрее! Самум идёт! – Абимбола кивнул своим бойцам, которые теснились в открытом автомобиле, и те высыпали наружу, освобождая женщинам место.

Когда машина тронулась, они повскакивали со всех сторон на приступки и этот странный экипаж понёсся, нагоняемый серо-красной тучей, которая уже застилала всё небо.

– Елена Антоновна Скворцова. – тихо проговорила девушка.

– Что? – не сразу поняла Ксения.

– Полное имя. Вы сказали. – бледные губы едва двигались, и она прятала глаза от рассматривающих её мужчин. На их тёмных лицах сверкали белки глаз, и постоянно слышался хохот и крики их переговоров. – Просто нужно что-то говорить, страшно очень.

– Спокойно. Не показывайте свои страх. – шепнула Ксения, хотя у само́й сжималось горло, и говорила она с трудом.

Вскоре они достигли небольшого села, где к машине со всех сторон стали стекаться люди. Ксения рассматривала круглые глинобитные дома с конусными крышами из соломы, детишек, возившихся в пыли. В отдалении мелькнула шаткая изгородь, за которой сидели люди с кожей белого цвета. Тревога внутри неё била набат, но женщина старалась казаться отрешённой и спокойной. Она всё время твердила: «Я профессионал, и я справлюсь»!

Сойдя на покрытую морщинами трещин землю, Ксения остановилась, но её грубо дёрнул за руку один из провожатых, показывая направление, куда идти. Войдя в один из домов, женщины остановились, и Ксении сразу стало нехорошо, она прекрасно понимала, что сейчас будет. В воздухе был разлит запах гниения, нога вздулась и почернела, а человек тяжело дышал и был весь усеян бисеринами пота.

– Гангрена. – тихо произнесла она и уже громче добавила. – Абимбола, нужно поговорить снаружи.

– Говори здесь, весь народ свой. – тяжело припечатал её взглядом он.

– Ногу нужно отнять. – пожала плечами Ксения. – И в таких условиях я не могу провести операцию.

– Лечи здесь! – кратко проговорил Абимбола. – Пойдём. – он кивнул Ксении и позвал за собой.

На окраине деревни стоял белый автомобиль с красным крестом на борту. Женщины забрались внутрь и обнаружили великолепно оборудованное под хирургические манипуляции пространство.

– Всё работает? – она недоверчиво покосилась на щиток, прилаженный в углу.

– Да! – мужчина что-то крикнул на родном языке собравшимся на улице, и через секунду вспыхнул свет, и аппаратура стала оживать.

– Ну, несите! – развела руками Ксения и глянула на молчавшую до сих пор девушку, которая приехала вместе с ней. – Елена Антоновна, давайте готовиться к операции. Но, поймите, нас всего двое! – она в упор посмотрела на мужчину. – А это сложная операция!

– Я могу вернуться и привезти тебе головы остальных врачей! Или лечи так!

Ксения не решилась далее спорить, а лишь молча начала готовить пациента, которого уже принесли и положили на стол. Спустя полчаса пот заливал глаза, а кондиционер не справлялся. Открывать двери было нельзя, поэтому женщины работали в условиях ужасной духоты и отвратительного запаха разлагающейся плоти.

– Лена, как вы? – спросила Ксения девушку, которая стояла «на крючках», пока Ксения иссекала поражённые места.

– Ничего! Как думаете, вытянем? – она посмотрела на пациента, у которого бледность проступала даже несмотря на цвет его кожи. Губы провалились, глазницы запали и казалось, что лицо его было просто нарисовано на белом пятне простыни.

– Не знаю, Лена. Я вообще не совсем понимаю, зачем они его до такого состояния держали. Здесь есть и «Красный крест» и наверняка местные доктора.

Словно в ответ на её слова, двери распахнулись, и вошёл Абимбола. Он прикрыл за собой дверь и наткнулся на суровый взгляд Ксении.

– Мы работаем, сюда нельзя! Здесь и так полная антисанитария кругом. И потом его нужно поддерживать в условиях реанимации.

Ксения не успела сообразить, что произошло, но Абимбола вдруг быстро выхватил скальпель из её руки, точным движением перерезал бедренную артерию брату и перехватил Ксению, которая бросилась её зажимать.

– Я обещал, я отпускать! Он бы обещал, но никогда не отпускать! Он убить и тебя, и её, но потом! А пока были бы их добычей. – Абимбола мотнул головой в сторону улицы. – Но теперь я главный! Я им всё объяснил, что жизнь его может не продолжаться. Я ухожу и кричи меня вскоре! Я сразу увезу обратно.

Когда он вышел, две бледные остолбеневшие женщины смотрели, как затихшая жизнь идёт ровным курсивом на мониторе. Первой опомнилась Ксения, она судорожно вздохнула и сказала:

– Время смерти! – поискала глазами часы, но так и не найдя ничего, что могло бы показать точную отметку в этот печальный момент, просто замолчала.