Лучший друг моего парня 2 - Мария Манич

Мирон продолжает целовать меня резко и нетерпеливо. Его пальцы перещипывают позвонки на моей спине и надавливают, сильнее привлекая к себе. Я пытаюсь выкрутиться и оттолкнуть парня. Хочу вернуть себе свободу.

Но где там!

Мирон продолжает ласкать вездесущими руками и влажными губами моё тело. Выверенным движением расстёгивает лифчик и отшвыривает его куда-то в сторону. Проводит языком в ложбинке между грудей и смотрит прямо на меня, снизу вверх.

Взгляд у него словно у пьяного: расфокусированный, тяжёлый, дарящий обещания.

Искуситель. Демон. Чёрт.

Я совсем не планировала, выходя сегодня из дома, оказаться ночью перед подъездом в машине Гейдена. На языке перекатываю его вкус. В белье потоп тоже благодаря ему. В лёгких полно кислорода, перемешанного с его запахом.

Мирон действует на меня как таблетки от головы. Уже не болит, но неприятная тяжесть всё ещё присутствует. Вот и сейчас: я уже не хочу его, но продолжаю ласковой кошкой тереться о его ладони и подставлять всё новые участки кожи для поцелуев. Мирон ловит губами покачивающийся сосок и оттягивает его зубами. У меня закатываются глаза. Откидываюсь назад, вновь балансируя на бёдрах Гедейна, задевая его твёрдый член. Он, в отличие от меня, не успел получить разрядку. И сейчас чувствуется ещё больше и твёрже, чем мне помнится до этого. Может быть, потому, что я остаюсь очень чувствительной или потому, что кое-кто перевозбуждён и находится на грани.

Ощущаю себя всесильной и немного пьяной от осознания, что Мирон сейчас полностью в моей власти.

Пока его рот занят моим телом, Гейден не может в очередной раз нанести мне раны хлёсткими, как плеть, словами. И лучше всё же закончить эту встречу на последней ноте моего оргазма.

— Мне надо идти… — шепчу, закинув голову вверх и прикрыв веки.

— Хрена с два, — бормочет «джентльмен» Гейден.

Наше общее дыхание вновь учащается. Жар волнами расползается по венам. Концентрируется внизу живота и начинает тлеть, как затухающие угли от костра в ожидании нового порыва ветра, чтобы разгореться с новой силой.

— Мне нужно подготовиться к зачёту…

Язык Мирона вычерчивает узоры на моей коже и не собирается останавливаться. Добирается до острых ключиц и скользит по ним зубами. Я вновь дрожу мелким тремором.

Теперь я уже не уверена, кто ведёт в этой битве. Сознание вновь туманится, и здравые мысли делают мне ручкой.

— Ага. Ещё чего? — хрипло спрашивает Мирон.

— Принять душ…

— Дальше?

— Лечь спать…

Роняю голову и нахожу мягкие горячие губы. Гейден засовывает язык мне в рот и дает его поласкать. Сосу его как леденец и получаю в ответ глухое рычание, от которого волоски на теле встают дыбом. Кажется, я нашла кнопку к управлению Мироном.

— Хочешь всё это сделать в своей халупе?

Я покрываюсь мурашками и, прикрыв глаза, прижимаюсь ко лбу Гейдена. Он влажный, волосы на висках тоже. Трогаю их кончиками пальцев. В отличие от меня, он полностью одет, а мы знатно поддали жару. В машине душно и запотели стекла.

— Мне надо…

— Не надо. Поедем ко мне. Продолжим. Хочу трахать тебя, и не здесь.

Широко распахиваю ресницы и встречаю прямой упрямый взгляд Гейдена. Он не отодвигается, наоборот, давит в ответ своим лбом на мой. Его ладони всё ещё на моей спине, а мои соски трутся о ткань его толстовки. Это приятно. Они истерзаны языком и зубами Мирона и крайне чувствительны.

— Нет.

Я и Мирон у него дома? Там точно будет секс, к которому я ещё морально не готова.

— Да.

У Гейдена, конечно, на этот счёт совсем иное мнение.

— Мирон, я сказала нет. Этого не будет, — мой голос звучит нетвёрдо, потому что ноги всё ещё ватные после оргазма, а мозг похож на желе. — Я никуда с тобой не поеду. Порезвились, и хватит.

Хмурюсь. Чувствую себя более раздетой, чем есть, и смущаюсь.

— Ни хера мне не хватит. Мы только начали.

— Мне уже хватило. Сначала Ярослов, потом ты, пожалей мои ноги, — пытаюсь шутить.

Гейден сжимает мои ягодицы до боли и дарит ощутимый шлепок. Вжимает в свой каменный пах и цедит сквозь зубы у самых моих губ:

— Какая же ты невыносимая, неАнгел. Упёртая и взрывающая мой мозг одним своим существованием. Я пытаюсь тебя понять с нашей первой встречи и не могу. Ходишь по краю моего терпения. И каждый раз удивляешь. Пиздец, а не девка.

Пытаюсь слезть с его бёдер и пересесть на сиденье рядом. Где-то здесь валяются мои вещи, и мне неплохо было бы их натянуть на себя обратно. Толкнуть дверцу машины и выбраться наружу. Пора уходить.

Прикрываю грудь локтями. Мирон усмехается и с усилием отнимает мои руки. Заводит себе за шею. Сцепляю пальцы в замок и вскрикиваю.

Мирон опять нас перевернул, и теперь моя голая спина соприкасается с холодной кожаной обивкой салона.

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной. И хочу, чтобы осталась на ночь.

— А на утро ты опять меня выставишь?

— Не поедешь — не узнаешь, — говорит с усмешкой.

Сгибаю колено и упираюсь им прямо в пах Гейдена. Мирон приподнимает брови. Я давлю сильнее.

— Не в этот раз, Мирон.

Он закатывает глаза и садится. Растирает руками лицо и, морщась, поправляет через спортивные штаны член.

— Окей. Я подожду.

— Я не буду с тобой спать. То, что тут было, ничего для нас не изменит, Гейден. Мы просто сорвались. Так бывает.

Успокаиваю больше себя и своё внутреннее «я». Завтра я пожалею о том, что здесь произошло. Или, возможно, даже быстрее.

Нащупываю рукой свитер на полу и прикрываюсь.

Мирон бросает на меня быстрый ироничный взгляд и, чуть поддёрнув уголки губ, произносит:

— Конечно же будешь, неАнгел.

Показываю ему язык и натягиваю свитер прямо на голое тело, ощущая, как Мирон продолжает на меня смотреть. Забираю с переднего сиденья свое бельё и пальто. Скептически осматриваю его: не хватает двух пуговиц.

— Ты в курсе, что ты варвар? — говорю с укором.

— Ты меня довела, — прожимает плечами.

Решаю с ним не спорить. Чем быстрее я уберусь из этой машины, тем лучше. Потому что в квартире Мирона есть ортопедический матрас,