Требуется жених. Людей просьба не беспокоить! - Анна Сергеевна Платунова

Ничто так не отвлекает от глупостей, как тяжелый физический труд. Я с таким энтузиазмом схватилась за щетку и ведро с мыльной водой, что впечатлила даже мистера Ванилина. Он некоторое время стоял за моей спиной, пока я ползала по полу на корточках, и глубокомысленно изрек:

– И все равно больше платить не стану!

«Да подавись! Если бы не твоя милая дочь, уехали бы прямо сейчас!»

А вот Лола вызвалась помочь. Зря я посчитала ее зазнайкой. Разбогатела семья недавно, а прежде Лоларелин сама справлялась с грязной работой. Она принесла миску со щелоком, подоткнула платье, закрутив подол на манер шаровар, и пристроилась рядом.

– Зря вы…

– Ничего! Это куда веселей, чем скучать в спальне и думать о страшном.

Некоторое время мы терли ковер молча. Признаюсь, у моей хозяйки орудовать щеткой получалось куда лучше, чем у меня. Разговор о бывшем женихе в прошлый раз прервало появление Брана, а теперь самое время продолжить.

– Так вы прогнали его? – Я делала вид, что мною движет праздное любопытство, вполне позволительное молодой горничной. – Он был зануда? Грубиян?

Как еще оговорить бедного эльфа, чтобы Лола дрогнула и бросилась на его защиту, а заодно проболталась о своих чувствах?

– Грязнуля?

– Он чудесный! – вспыхнула Лола. – Добрый и очень ранимый.

– Хм… – сообщила я ковру, всем своим видом выражая недоверие. – Именно поэтому вы его и прогнали.

Эльфийка села прямо на пол, обхватив колени. Совесть жрала меня немилосердно, но ради блага глупых влюбленных сваха-шпион станет терпеть до последнего!

– Я боялась…

– Его?

– За него. У меня такое чувство… Странное и необъяснимое… Когда я очнулась ночью в подвале и звала Камиля, на миг мне показалось, будто Эола, кем бы она ни была, заняла мое тело. И если это так… Что, если бы Камиль решил занять тело моего Рива? Пусть на всякий случай он держится подальше от этого дома… И от меня…

Вот так, значит. Я, не разобравшись, записала Лолу в гордячки, а она спасала любимого.

Глава 36

Остаток дня пролетел незаметно. Бран привез из деревни кухарку, немолодую женщину с угрюмым лицом. Она представилась мадам Ву и немедленно отправилась на кухню. Зашумела вода, загремели кастрюли, и не прошло и часа, как по дому распространился аромат свежего хлеба и мясного жаркого. Туманный Дол сразу стал казаться уютнее. Когда в доме пахнет сдобой, зло стремится убраться подальше. Хотелось в это верить.

Я дотемна натирала пол мастикой и так вымоталась, что думать забыла о скелете в подвале. Мы с Браном поужинали на кухне рядом с молчаливой мадам Ву. Она смотрела на нас настороженно, мне казалось, она хочет о чем-то рассказать или, наоборот, спросить, но разговор не клеился.

Мы поднялись в комнату, и я без сил упала на кровать.

– В подвал не пойду, и не проси, – сразу сообщила я Брану, который явно что-то замышлял. – И это не потому, что я боюсь мертвецов. После нескольких часов, проведенных на карачках, я готова лечь рядышком: замуровывайте, но только дайте поспать!

Мой крик души заставил Брана улыбнуться.

– Я как раз хотел попросить тебя, чтобы ты уснула как можно скорее.

– Да? – опешила я. – Почему?

– У меня есть одна мысль, которую нужно проверить.

– Какая мысль? – подозрительно спросила я.

– Если расскажу – испугаешься.

– А если не расскажешь, испугаюсь еще больше.

Он покачал головой, мол, ну что с тобой поделать, присел рядом на краешек кровати.

– Ты знаешь, что слуги не выдерживают в доме и трех дней.

Лола не единожды упомянула об этом, но я была уверена, что дело в скупости мистера Ванилина. Я провела в Туманном Доле сутки и то готова бежать не оглядываясь, провоняв мастикой и щелоком. Правда, в свете последних событий – скелетов и голосов – причина могла быть иной.

– По деревне, откуда пришло большинство слуг, распространились слухи, что в Туманном Доле водятся призраки, – подтвердил мои опасения Бран. – Голоса слышала не только Лола. Их слышат все, кто остается ночевать в доме.

– Поэтому ты хочешь поскорее уложить меня в постель! – воскликнула я.

Смутилась. Как-то двусмысленно прозвучало. Бран, вместо того чтобы сделать вид, что он не заметил оплошности, иронично приподнял брови.

– Я не в том смысле! Бран! Можно быть чуточку серьезнее!

– Я очень серьезен, – запротестовал он.

А сам изо всех сил старался сдержать улыбку, краешки губ задрожали и все-таки поползли вверх. Невозможный человек!

– Хорошо, допустим, я усну. А чем будешь заниматься ты?

– Спущусь в подвал и понаблюдаю.

– За крысами? Или пауками? Призраки не любят показываться на глаза, иначе бы все старые дома кишели призраками.

– Ну вот и поглядим.

Бран был настроен решительно, так что даже я, переодеваясь в ночную рубашку и забираясь под одеяло, ощутила себя охотником за привидениями. Говорят, есть такой факультет в академии Кристалл. Улеглась, вытянувшись по струнке, точно воин на боевом посту. Уставилась в потолок.

Бран навис сверху, загораживая обзор. Так я ни одного призрака не разгляжу, даже если он появится!

– Вэл, расслабься, – мягко попросил он.

– Легко тебе говорить, – проворчала я, сама себе напоминая мистера Кнопа. – Теперь я не усну.

Вздохнула.

– Знаю, я тебя вынудила…

Бран улыбнулся и взял меня за руку. Переплел наши пальцы. Такое однажды уже случалось, когда я обрабатывала рану на его боку, оставшуюся от когтей оборотня. Что мы делаем, Бран? К чему приведут нас наши полупоцелуи, касания и объятия, такие невинные на первый взгляд?

– Спи, – негромко сказал он. – Я буду рядом. А когда уйду – запру дверь снаружи. Ничего страшного не случится, верь мне.

– Я верю…

«Я верю? – опешила я и сама себе ответила: – Да…»

Удивительное чувство: обычно я сидела рядом с кроватью Рози, дожидаясь, пока она уснет. Я всегда была сильной и защищала свою девочку от всех страхов, что скрываются в темноте. Я думала за двоих: как заработать деньги, чтобы сделать будущее Розали безоблачным, думала о еде, об одежде, о том, чтобы над головой была крыша, а не решето, как в нашем обветшалом имении. А сейчас я вдруг ощутила себя маленькой и слабой. Кто-то другой заботился обо мне. И мне… нравилось это чувство.

Я закрыла глаза и разрешила себе не волноваться ни о чем. Бран гладил большим пальцем мою ладонь, и боль от мозолей,