Эфириус. Восхождение - Анастасия Княжева

– Что случилось?

Небо было чернильно-синее, звёздное, ярко светила луна, и в её серебристом свете наши силуэты были достаточно хорошо различимы. По крайней мере для случайных прохожих.

– Слишком светло. Я сейчас попытаюсь закрыть луну тучами. Это ведь не противоречит нашим… Нет, по-другому не выйдет. Включайся, когда потемнеет.

Даниэль кивнул.

Я подняла голову вверх и зашептала формулу материализации. Никогда прежде не делала чего-то подобного и не была уверена, что получится, но небо над нами всё-таки почернело. И мы без проблем перебрались по фантазийным прозрачным ступенькам через забор.

– Получилось, – радостно прошептала я, валяясь в траве.

– Поднимайся. Расслабляться рано.

Крадучись, мы обошли озеро, сад камней и пробрались к чёрному ходу. На двери висел сенсорный замок. Даниэль, помедлив секунду, ввёл код, который сообщила нам Дориан – 2791.

На экране появилась надпись «Принято», а следом – «Пройдите биометрическое сканирование». Мы с другом переглянулись. Он показал жестами «Ты или я?»

Я отрицательно замотала головой.

Даниэль кивнул и зашептал формулу материализации. Перед нами прямо в воздухе стала появляться призрачная голова Эль Гораса. Сходство с оригиналом было поразительным, вот только плотность образа подкачала. Пришлось помочь другу, при этом удерживая контроль над тучами.

В итоге нашими коллективными усилиями удалось пройти сканер. И когда на экране снова появилась надпись «Принято», дверь коротко пикнула и распахнулась. Мы с Даниэлем тут же проскользнули внутрь.

На цыпочках прошли узкий тёмный коридор, осторожно толкнули толстую деревянную дверь и оказались в каком-то прямоугольном помещении. Я вытащила из кармана фонарик, включила его – и увидела длинный прямоугольный стол, белоснежную плиту, заставленную кастрюлями, стену с поварёшками, черпаками и прочей кухонной утварью.

– Идём дальше, – прошептал Даниэль. – Здесь делать нечего.

Мы отыскали с помощью фонарика другую дверь, распахнули её – и наши челюсти, как по команде, отвисли. Потому что в огромной гостиной, заставленной столами со всякими яствами, креслами, оттоманками в свете зажжённых свечей огромное количество обнажённых людей самими изощрёнными способами ласкало, обнимало друг друга.

– Оргия… – не сказал, выдохнул Даниэль.

– Надо срочно убираться отсюда, – пробормотала я, отступая назад и при этом стараясь не глядеть на гостей Гораса – откуда они только взялись!

В отличие от Даниэля, который рассматривал их с явным интересом.

– Подожди… – произнёс он.

– Чего? Думаешь, они сейчас деликатно переместятся в другую комнату? Или ты предлагаешь раздеться и присоединиться к ним? – фыркнула я, покраснев, и потащила его за руку обратно в кухню.

Даниэль прыснул.

– Креативно. Макс с Тимом точно бы так поступили. Но это не настоящие люди.

Я от удивления даже выпустила из пальцев ручку кухонной двери.

– Что?

– Присмотрись, это голограммы, – весело пояснил Даниэль. – Наверное, эта обнажёнка – элемент защитной системы Гораса. Думаю, она активировалась, когда мы открыли дверь.

Я вытаращила на него глаза, а потом внимательно посмотрела на извивавшиеся в гостиной обнажённые тела. Объёмные, плотные, яркие…

– Картинка немного бликует, – прошептал мне на ухо Даниэль. – Видишь?

– Точно, – усмехнулась я. – Надо же, творение в духе Ланы. А с виду такой приличный старичок… Ладно, идём.

– В одежде или без? – подколол меня Даниэль.

– Я «в», а ты как хочешь.

Мы стали осторожно пробираться сквозь любвеобильные голограммы, которые отчего-то тянули к нам руки, стоило лишь пройти мимо них. Иллюзии даже вблизи казались настолько живыми, что я захотела проверить насколько, коснуться одной из них.

Однако стоило лишь увидеть скалящего пасть питбуля на небольшом белоснежном постаменте, как мои пальцы замерли в воздухе.

– Даниэль, а он тоже часть голограмм? – я указала кивком на пса.

Серо-зелёные глаза Даниэля стали размером с яблоки. Питбуль зашевелился, утробно зарычал.

– Пятимся к выходу… Без резких движений…

Я жалобно пискнула. Питбуль опустил голову – и в следующий миг прыгнул на нас.

– Кара, бежим!

Даниэль схватил меня за руку и поволок за собой куда-то вперёд. Под звуки оглушительного лая мы вырулили в очередной коридор.

– Ну что такое?.. Только я начала засыпать… – долетел из-за поворота женский ворчливый голос.

Даниэль тут же втолкнул меня в какую-то тёмную комнату, поспешно захлопнул дверь. За миг до того, как в неё врезался обезумевший от ярости пёс. Раздался пронзительный лай, послышался скрежет когтей по деревянной панели.

– Негодное животное… Сейчас весь дом перебудит…

Я оглянулась – в темноте слабо виднелись очертания пылесборника, вёдер и каких-то бутылок. Присела на корточки и создала фантазийную мышку. Питбуль, обнаружив зверька, энергично рванул за ним обратно в столовую.

Послышалось старушечье шарканье, из-под двери заструился тусклый желтоватый свет.

– Ну и где ты, негодник? Почуял неладное – и бежать? – заворчала какая-то женщина. – Я тебе покажу… Ах ты ж, хмели-сунели! Ну и срам!

– Тина, дорогая, что произошло? – долетел откуда-то справа звучный мужской голос. – Неужто в дом снова забрались воры?

Мы с Даниэлем испуганно переглянулись: Эль Горас проснулся. Я мысленно заскулила, зажала ладонью рот, с замиранием сердца стала вслушиваться в чужой разговор.

– Там… там… А вы?..

– Не обращайте внимания, – зевнув, отозвался хозяин. – Я слышал лай. В доме могут быть посторонние… Надо всё хорошенько проверить.

– Какое там, – опомнилась женщина. – Это Джимми снова буянит. Носится по коридору без дела, честным людям мешает отдыхать. Надо бы его на улицу выпустить…

– Ну… раз вы уверены, что никакой угрозы нет, тогда, пожалуй, я сам этим займусь. А вы, Тина, идите-ка спать. Мальчик, мальчик, ко мне!

– Как пожелаете, господин, – пробормотала кухарка. – Ну и срам. В моё время такого… – Шаркающие звуки начали становиться всё тише и наконец исчезли.

– А, вот и ты, Джимми! Погуляй-ка сегодня на улице!

Стук двери. И опять тишина.

– Уф, кажется, прорвались… – выдохнула я с облегчением. – Где это мы?

– Похоже, в чулане… Надо выбираться отсюда.

Даниэль создал дрона-комарика и осторожно выпустил его за дверь. Несколько минут он молча изучал ту часть дома, в которую мы забрались, затем развеял фантазию и тихо сказал:

– Схрон через два пролёта. Идём.

Когда мы оказались внутри просторного тёмного помещения, я первым делом кинулась доставать из карманов куртки купленные накануне глушилки. Не такие навороченные, как у Шона, но всё же хоть что-то. Я развешивала их и параллельно осматривалась.

Стены хранилища были железными и представляли собой бесчисленное множество ящичков с изящными металлическими ручками и отверстиями для ключей.

– Заперто, – произнёс Даниэль, осторожно дёрнув один их них. – Будем взламывать.

Мы переглянулись и разошлись в разные стороны. Я бормотала под нос слова, пытаясь создать ключ для выбранного отсека. При этом старалась не думать о том, что даже если бы здесь не было замков, на осмотр содержимого ящичков ушло