Скверная - Екатерина Полянская

   Холл.

   И… о, да!.. совершенно изумленный взгляд с вершины приставной лестницы.

   Дверь.

   Хух!

   Хищник вывалился следом за мной и пока подлизывал сладкую лужицу рядом со входом, Холд успел наложить чары на марципановый цветок. Сначала он выведет хорта из города, чтобы никто точно не пострадал, а уже потом будет торжественно сожран.

   Официально заявляю: это было самое шикарное дежурство!

   Исключая разве что плотоядные взгляды некоторых престарелых особ.

   Но если я, поглощенная новыми впечатлениями, забыла о метке, то она все ещё помнила обо мне…

   Болеть не болела, но как-то странно покалывала.

   Многообещающе.

   Закончиться ничем это просто не могло.

   И в момент, когда мы с Холдом уже готовы были загрузиться в экипаж и уехать, распахнулось окно на третьем этаже, являя знакомую личность. Полураздетого инкуба в окружении двух девиц, облаченных во что-то прозрачное.

   – Девчонки… кажется, нас уже освободили.

   Его подружки глупо захихикали.

   Мрак.

   Да задери его горный хорт!

   То есть, он мучает меня болезненной меткой, а сам с продажными девками развлекается?!

   – Ты?! – прорезался, наконец, голос.

   – Ты! – У Холда вырвалось то же восклицание, но малость с другими интонациями.

   В едином порыве мы повернулись друг к другу.

   – Откуда ты его знаешь?! – опять вместе и об одном и том же.

   М-да.

   Единства сегодня как-то многовато.

   – А ты? - попыталась аккуратно развить тему.

   Мы все ещё поглядывали вверх. Инкуб… теперь растерянный и, кажется, самую малость смущенный… по–прежнему оставался там. Надеюсь, у них тут нет запасного выхода.

   – Я первый спросил, – тоном, не предвещающим ничего хорошего (знать бы еще, кому), заявил маг.

   – Нет, вообще-то, - честно возмутилась я.

   – Клодия! – рявкнул потерявший терпение маг.

   А все так хорошо начиналось!

   И продолжалось.

   – Эй, не повышай на нее голос! – донеслось сверху. – Она, вообще-то, моя девушка.

   Полуобнаженные красотки обиженно надулись, но инкуб не обратил на них никакого внимания.

   Однако.

   – Неправда! – зачем-то выкрикнула я.

   – Странно говорить про свою девушку, стоя в окне дома удовольствий рядом со шлюхами, - бросил Холд. – Объяснишься?

   Предложение относилось уже ко мне.

   И в обращенном на меня взгляде напарника воцарилась настоящая ночь.

   Вот вроде бы ничего такого маг не сделал, даже грубого ничего против обыкновения не сказал, а вдоль позвоночника мороз продрал. Или это все осень и ночи становятся холодными?

   – Я его даже не знаю. - Только когда начала говорить, обнаружила, что набежали слезы. В голосе они тоже слышались. – Он поймал меня в парке и поставил метку. Я искала его или информацию о нем, потому что… хлюп… метка болит, знаешь ли.

   Не ночь – затмение.

   Магическое затмение.

   Черная аномалия.

   – Снимай свои тряпки, - распорядился Холд.

   – Здесь?!

   – Поверь, эта улица ещё не такое видела, – бросил нетерпимо. – Твои прелести здесь никого не шокируют.

   Девицы сверху выдали по гаденькому смешку.

   Унизительно и обидно, но… эмоции отключились. Я же хочу решить проблему с меткой? Хочу. Так вот, есть вероятность, что это решение.

   Я вылезла из кофты, затем аккуратно расстегнула несколько пуговичек и, придерживая ткань на груди, вытащила руку из рукава. Метка переливалась в темноте серебром и розовато-лиловым. Зато никаких сомнений в правдивости моих слов.

   – Чейтон, постарайся к окончанию моего дежурства придумать внятное объяснение всему этому, – обманчиво ласково произнес Холд. – Может, тогда я не стану тебя бить, хотя очень хочется.

   – Мне ее нагадали, - буркнул инкуб.

   У меня внутри что-то нервно дернулось.

   Просто… мне тоже недавно кое-что нагадали.

   Теплые пальцы Холда с нажимом провели по метке, стирая рисунок. Линию за линией.

   Так просто? Знак четвертого мерца фейхов?!

   – И… что сказала гадалка на твою выходку? – Линий совсем не осталось. Внутри меня щекотными пузырьками счастья разлетелась свобода. Холд же вскинул голову и жестко потребовал: – Говори, не стесняйся! Тут все свои.

   Угу. Особенно полуголые девицы.

   – Что я дурак, – обреченно признал полукровка.

   – Передай, что я всецело с ней согласен. – И уже мне: – Клодия, залезай в экипаж. Не хватало, чтобы ты заболела.

   Воздержавшись от ехидного фырканья, я юркнула внутрь.

   Как раз успела привести в порядок одежду, пока ко мне присоединился Холд.

   Будто ничего особенного не произошло, он активировал кристаллы, вывернул рычаги, и мы поехали.

   У меня же мысли прыгали как блохи на бездомной собаке. Он так запросто нейтрализовал магию фейха… Ладно, я слышала про эти его способности, раньше это было его работой. Но на моей памяти Холд уже дважды по–свойски говорил с представителями Мерцающего престола. Что бы это могло значить? И… он сердится на меня?

   – Клодия, – первым нарушил напряженную тишину внутри экипажа Холд, – я должен попросить у тебя прощения за поведение моего названного брата. Я не допущу, чтобы нечто подобное когда-нибудь повторилось. Ты голодна? Как насчет колбасок?

   – Пытаешься отвлечь меня едой, чтобы не задавала вопросов?

   – А получается?

   Прислушавшись к себе, я поняла, что поесть бы не отказалась, и кивнула.

   Насколько я научилась ориентироваться в городе, мы подъехали к парку у моего дома с другой стороны. Там горели огоньки на деревьях и торговцы с тележками продавали горячую еду. Народу было немного, но было. И мне хватило ума не спрашивать о возвращении в Управление и оставшиеся часы дежурства. Привыкла уже, что Холд на особом положении и позволяет себе всякое. К тому же, если мы понадобимся, с нами свяжутся.

   Помня, что не выиграла эти колбаски, я попыталась сама заплатить за себя, но Холд перехватил мою руку за запястье и отдал монеты за двоих. Совсем рядом в большой чаше горел огонь, и… надеюсь, мои щеки пылали из-за его жара, а не по какой-то иной причине.

   – Ешь, это на самом деле вкусно, – велел Холд, увлекая меня обратно в экипаж. Двери он оставил открытыми, так что мы оставались как бы почти в