Дочь адмирала - Луиза Аллен

Дэниел от неожиданности отпрянул, а Порция лучезарно ему улыбнулась.

– Лейтенант Брукс! Вот уж не ожидала встретить вас здесь, – обернувшись к сопровождавшей ее компании, она воскликнула: – Мои дорогие, это лейтенант Брукс!

Лейтенанту ничего не оставалось, как вернуться в павильон. За спиной Порции Хелена увидела мистера Раулетта и еще две пары, в одной из которых она узнала министра с женой.

Вдруг Порция заметила свою подругу и по выражению ее лица сразу поняла, что произошла большая неприятность. Хелена судорожно соображала, что же ей делать.

– Порция, душечка! – воскликнула она. – Как видишь, я все-таки здесь. Ты ведь сказала, что надо быть в два часа? Я немного опоздала, но у тети приступ мигрени, и она потребовала, чтобы я вернулась с ней домой, а я ее уговорила позволить мне подождать тебя в павильоне.

Миссис Раулетт любила изображать из себя эдакую глупышку, но за легкомысленным поведением скрывался острый ум. Ее удивило присутствие в павильоне мистера Брукса, которого никто не приглашал, но то, что здесь также и Хелена, ее озадачило. Порция сразу сообразила, что подругу надо выручать. Шурша шелками и перьями, она просеменила вперед и подобрала со стола свой веер.

– Хелена, а ты, оказывается, смелая. – Порция игриво похлопала Дэниела веером по рукаву. – Пришла одна и к тому же пригласила в павильон такого видного кавалера, как мистер Брукс! Ну и ну, моя дорогая. – Повернувшись к Дэниелу, она любезно, но твердо сказала: – Как приятно было вновь вас видеть, мистер Брукс, но не станем более отвлекать вас от собственной компании. Всего хорошего.

Лейтенанту ничего не оставалось, как откланяться. Хелена пыталась разглядеть в темноте вокруг павильона Адама, но он исчез.

Когда за Бруксом закрылась дверь, Порция воскликнула:

– Садитесь все, садитесь! Вот наш десерт. Мистер Раулетт, я ведь вам говорила, что мисс Уайтт собирается сегодня вечером к нам присоединиться?

Джеймс Раулетт был сообразителен, и если Порция затевала какие-то игры, он ей не препятствовал.

– Да, дорогая, – безмятежно ответил он. – Мисс Уайтт, позвольте познакомить вас с нашими гостями.

У Хелены голова шла кругом, но ей удалось соблюсти приличия и поздороваться со всеми, как положено по этикету. Затем все уселись за стол и стали угощаться фруктовым муссом.

Под столом Порция сжала руку подруги, и Хелена немного успокоилась. Неожиданно раздался стук в дверь.

– Кто бы это мог быть? – весело спросила Порция. – Какой у нас интересный вечер, правда? Входите!

На пороге появился кучер Адама с треуголкой в руках.

– Добрый вечер, мэм. Мисс Хелена, леди Уайтт велела, чтобы я тотчас отвез вас домой. Горничная ждет вас в карете.

– О Господи, – театрально вздохнула Порция. – Моя дорогая, этим нельзя пренебречь. Наверное, когда тетя вернулась одна на Брукс-стрит, леди Уайтт не одобрила твое пребывание здесь с нами. Тебе лучше ее послушаться, а иначе она рассердится на нас обеих!

Хелена встала и, стараясь, чтобы не распахнулись полы плаща и никто не увидел обычное прогулочное платье, попрощалась со всеми. Кучер шел за ней к воротам на почтительном расстоянии. Лошадей сторожил оборванный мальчишка, и кучер бросил ему медную монетку. Он открыл Хелене дверцу кареты, а оттуда выглянул Адам и втянул Хелену внутрь.

– Езжай! – крикнул он, захлопнув дверцу и опустив занавеску.

– Адам… – начала было она, но он ее прервал:

– Помолчите. Я думаю.

Обиженная Хелена умолкла и, сидя в углу, пыталась по выражению лица Адама догадаться о его мыслях, но было темно, и она ничего не разглядела. Спустя несколько минут она осмелилась спросить:

– Куда мы едем?

– Домой, разумеется.

– Можно поднять занавеску? Здесь очень душно.

Он кивнул, и она немного приподняла шторку. Уличные газовые фонари осветили внутренность кареты. Колеса стучали по булыжной мостовой, а Хелена погрузилась в воспоминания и мечты. Почему она так неистово влюбилась в Адама Дарвелла, несмотря на его репутацию сердцееда и распутника? Хелена выросла в деревне, но не была наивной девушкой – она знала, что для мужчин существуют совсем другие правила поведения, и не питала к Адаму недобрых чувств. Его прошлое ее не волновало, она хотела стать его будущим. Прикосновения Адама поразительным образом действовали на нее. Неужели она в сущности своей не лучше распутной женщины? Ее никогда никто не целовал, а его губы породили в ней трепетное желание, не оставляя и следа от девичьей скромности. Когда же ее целовал Дэниел – а он очень хорош собой, – она не испытывала ничего, кроме отвращения и стыда. С Адамом ей не было стыдно, и она не чувствовала, что поступает дурно.

– Мне кажется, я нашел выход из ваших бед, – медленно произнес Адам.

– Какой выход? – с нетерпением спросила Хелена.

– Я пока не совсем уверен… но если у меня что-нибудь получится, то вы об этом сразу узнаете.

Карета остановилась, и кучер, нагнувшись с козел, тихо сказал:

– Брук-стрит, милорд.

Адам оглядел пустую улицу и темные окна дома.

– Дайте мне ключ.

– Ключ? – недоуменно переспросила Хелена. – У меня нет ключа.

– А как же вы собираетесь войти в дом? Или ваша горничная оставила незапертой садовую калитку?

– Нет… Ох, Адам, я так торопилась, что не подумала о том, как буду возвращаться.

Он не мог скрыть своего раздражения.

– Что же вы теперь собираетесь делать, Хелена?

– Я… могу спрятаться около погреба с углем, пока не рассветет, и слуги не откроют двери. Тогда я незаметно пройду через кухню…

– Вы что, полагаете, что я оставлю вас здесь?

– Порция! – осенило Хелену. – Отвезите меня к Порции!

– Понятно, – насмешливо ответил Адам. – Мы без приглашения приезжаем к ней в три часа утра, не зная, дома ли хозяева. И слугам это, конечно, не покажется странным – ведь вас сопровождает один из самых известных повес Лондона. Замечательно! Завтра об этом станут сплетничать во всех клубах.

Хелена не ожидала от него такой жестокости.

– Адам? Почему вы на меня сердитесь?

– Потому, мэм, что от вас исходят постоянные неприятности, начиная с того момента, как я вытащил вас из воды. – Он высунулся из окна и крикнул: – Домой, Роберт!

Хелена не удержалась от рыданий.

– Хватит хныкать! Слезами горю не поможешь, – резко сказал Адам.

– Я не хнычу! – сердито отозвалась она. – Но я не могу ехать к вам домой!

Адам смерил ее суровым взглядом.

– Это единственное место в Лондоне, где слуги не выкажут любопытства при виде появившейся ночью женщины, одетой в плащ с капюшоном.