Специалист широкого профиля - Елена Свободная

Я молча кивнула, покосившись на магистра Гроттернбергского, который изо всех сил делал вид, что ему не интересно и он прислушивается к шуму за дверью. Кажется, нас все-таки решили искать. Любопытно, что предприняла психованная жрица, обнаружив нашу вредительскую деятельность? Судя по напрягшемуся лицу некроманта, то, что он слышал, ему очень не нравилось.

— А теперь посмотри здесь, — он протянул мне крошечную подвеску в виде солнышка.

Еще не понимая, что так взволновало Дарина, я провела над ней рукой.

— Одни и те же, — кивнула я.

Мужчина резко выдохнул и, притянув меня к себе, почти до боли сжал в объятьях. Кажется, я догадывалась в чем дело...

Глава 15

Все горести прогонит сразу

и восстановит твой фэн-шуй

всего одна мужская фраза:

«Я все решу, не кипишуй!»

*там же

В подвале некроманты, под зданием источник силы светлых, а где-то наверху сумасшедшая жрица готовится к ритуалу, который эта ревнивая баба решила провести непременно при моем участии. Интересно, а если бы у нас с Дарином ничего не закрутилось, обратила бы она на меня внимание? Сильно сомневаюсь.

Да и не слишком громко ли звучит "закрутилось", а, Нора? Эх... И вот что мне делать? Не будь между нами этого особенного чувства, я бы уже пила кофе в своем кабинете и строчила Шефу отчет. При этом рассказывая Ирме и Алиниэль про свою бесславную преподавательскую карьеру, про то, что страшный декан оказался совсем не таким уж страшным, а симпатичный — еще более симпатичным, чем мы думали. Может, удалось бы выпытать у Али подробности ее знакомства с магистром Гроттернбергским. Я же помнила, как возмущалась агрессивная эльфийка несправедливостью в виде контрольной проверки ее собственной безупречной работы. Мы с Ирмой всерьез обсуждали, а не треснуть ли ее как следует ментальным ударом, потому что подходить к разгневанной эльфийке близко боялись, а жечь огнем подругу еще менее гуманно. Кстати, Ирма бы наверняка начала вздыхать, что зря я не замутила с красавчиком. Но проблема заключалась в том, что просто "мутить" мне было не интересно. А с Дарином — особенно.

Думай, ведьма, решать только тебе. Поставленную задачу ты выполнила — разобралась и доложила. Сейчас самое время поправить память мужчинам, стирая кое-какие личные данные, добавляя информацию о плане здания и подвале, где томятся неизвестные мне студенты, и изменяя некоторые особенности своей внешности до неузнаваемости. Оставить их подождать под ментальным приказом несколько минут, пока я выйду в коридор, и... исчезнуть.

Не исключаю, что я бы действительно все так и сделала — оставаться здесь в сложившихся обстоятельствах было рискованно и глупо. Но я лихорадочно искала причины, более весомые, нежели влюбленность, которой ещё даже недели нет. Интересно, а это Вит тоже мог предположить? Спрошу при случае. Кстати, он же подчеркнул в своем письме, что темный — очень важный для него человек, и вряд ли оценит, что я бросила его подопечного в логове светлых. Может, это сгодится в качестве аргумента?

Заметив изменение в моем настроении, Дарин обеспокоенно заглянул мне в лицо и все понял:

— Ты выполнила свое задание, — он даже не спрашивал.

В совершенно черных глазах была безграничная боль и понимание, что теперь меня здесь не держит ничего. И все слова и уговоры вдруг стали бессмысленны. Пожалеешь его, ведьма? Ты серьезно? Думаешь, это хорошая идея? Жалость — слабенькая основа для новых отношений, тебе ли не знать. Нет, тут другое... Да это же желание вместе пройти эти жернова, а там разберемся! Точно! К Тьме все размышления, аргументы, а заодно и маячившего за спиной некроманта!

Я привстав, крепко обняла за шею по-прежнему молча смотрящего на меня мужчину, и, прижимаясь к его губам, поняла, что решение уже принято. Секундное замешательство, и сила, с которой Дарин ответил на мой поцелуй, отрезала нас от всего мира. Он целовал меня так отчаянно, как будто уже чувствовал, как изменяется его память, как стираются из нее такие важные и значимые вещи, как протянутая навстречу рука, увешанная нелепыми браслетиками, совместный ужин, болтовня за кофе, уютные перепалки, случайные и не очень объятия... И изо всех сил этому сопротивлялся.

— Кхм... Так вот как это выглядит со стороны? Удобненько! — проскрежетало от двери.

Мы вздрогнули, но выныривать из поцелуя не торопились. Он провел губами по моей шее, нежно поправляя водолазку на спине, а я медленно выпутывала пальцы из его рубашки, легко касаясь ногтями разгоряченной кожи.

— Ты уйдешь? — как-то медленно и хрипло спросил он, прижимаясь к моему лбу своим. — Как это происходит?

Я покачала головой, не отрывая от него глаз:

— Ты бы ничего не почувствовал и почти ничего не вспомнил обо мне, кроме того, что я просто была... я работаю очень чисто.

Он сглотнул:

— Что ты была я уже не смогу забыть ни под каким ментальным воздействием. Постой... "бы"? — в его глазах отразилась та же сумасшедшая надежда, которая сейчас заставляла мое сердце колотиться где-то в горле.

— Очень может быть, что я приняла бы неправильное решение, — прошептала я в ответ. И тихонько рассмеялась: — если бы... не пожертвовала свой амулет телепортации, чтобы поддержать магистра и дойти сюда.

Дарин счастливо улыбнулся в ответ и нежно отвел с моего лица растрепавшиеся волосы:

— Я бы все равно тебя нашел.

— Да, — я прикрыла глаза, наслаждаясь последними секундами мирного единения. — Любовь я стереть не в силах...

Легким взмахом руки я сняла кокон.

— Слушай, это потрясающе! Полная изоляция! — некромант снова начал бледнеть, и было заметно, что он едва сдерживает кашель. — Впрочем, надеюсь, вы все же успели, потому что совсем скоро нам будет точно не до любовных утех!

Вот вредный тип, одно слово — некромант. Однако, похабная улыбка Фабиана помогла вернуться с небес на землю и включить голову. Самый очевидный путь к отступлению нам уже перекрыли — из разбитого окна доносились отрывистые команды, то и дело мелькали пробегающие туда-сюда вооруженные люди.

— Предлагаю просто свалить отсюда и сообщить в Магический Совет, — предложила я для начала самый простой план действий.

— Я туда вообще-то вхожу, — буркнул магистр Гроттернбергский. — Так что, считай, полдела сделано.

— Как насчет второй половины? — съехидничала я, начиная злиться. Критикуешь — предлагай, а не ходи тут из угла в угол, как свежее умертвие.

— Никак, нужно