Король, у которого не было сердца - Мэри Соммер

Повисла тишина, вязкая и осязаемая. Звон в ушах, пелена перед глазами, сердцебиение и выступивший на лбу холодный пот – Джек отмечал симптомы, которые обычно предшествуют обмороку. А ведь ещё несколько минут назад он почти поверил, что всё складывается удачно.

– Ты мог ошибиться, – прошептал Джек и сам испугался того свистящего звука, который выдали его голосовые связки. – Хотя бы один раз, Тони, ты мог ошибиться?

Не получив желаемого ответа, Джек подошёл к первому попавшемуся трухлявому пню и начал пинать его. Если обработка информации после поступления в мозг требовала некоторого времени, то сигнал от нервной системы к мышцам обычно доходил быстрее.

Нога уже болела, но Джек ещё не готов был оставить пень в покое, словно ждал, что тот взмолится о пощаде. Тони оттащил его и как-то успокаивал, но слова слились в неразборчивый гул.

– Простить тебя? – Джек схватил бывшего лучшего друга за воротник и прижал к дереву. – Простить тебя?

– Джек…

– Я был с тобой рядом двенадцать лет. Поддерживал, когда остальные называли психом. Я выслушивал твой бред, был терпеливым и чутким. – Ткань под его пальцами затрещала. – А теперь, внимание, вопрос. Где я ошибся, где просчитался? За что мне всё это?

Неприятное слово «ложь» и его превосходная степень – предательство – сжимали горло, но Джек не мог позволить им вырваться наружу. Остатки здравого смысла даже в минуту ярости не давали ему пересечь условную черту, после которой можно не суметь вернуться. Джек зарычал. Испугавшись звука, ночная птица хлопнула крыльями и улетела прочь.

– Я не знал наверняка, – сконфуженно оправдался Тони, – у нас было так мало времени, я не успел всё подробно посчитать.

Джек стукнул его об дерево.

– Надо же, наш гений один раз в жизни не успел решить простую математическую задачу.

– Но я… – Тони не сопротивлялся, хотя в завтрашнем появлении синяков на его спине – там, где рёбра с ритмичным стуком ударялись о кору, – сомнений не было.

– Ты мог хотя бы поделиться предположением.

– Но тогда ты не пошёл бы со мной! – взорвался Тони.

– Конечно, не пошёл бы, ты… гнусный обманщик.

– Я так и думал!

Тони внезапно оттолкнул его и пнул ботинком в голень, за что незамедлительно получил кулаком в челюсть.

– Я тебя убью, – прошипел Джек, потирая костяшки пальцев.

– Зато теперь ты здесь, – весело ответил Тони. – И просчитай я заранее всё наверняка – не сказал бы. Чтобы ты отправился со мной. Потому что без тебя я бы не справился. Потому что ты мне нужен. Понял? Дурак.

Словно кто-то щёлкнул пальцами, всё разом закончилось. Психологи иногда советуют представить негатив тёмной материей, собрать его по всему организму и выпустить наружу. Джек ничего нарочно не собирал, но он снова услышал звуки леса; увидел истинную природу вещей, а не их искажённую уродливую тень.

Джек отвернулся от Тони и его стремительно распухающей губы. И сразу же заметил её – источник всех несчастий, воплощение зла.

– Это всё ты! – рявкнул Джек.

Без какой-либо определённой цели он двинулся на Самиру. Подлая ведьма пыталась взглядом пригвоздить его к месту, превратить в каменное изваяние или по крайней мере взорвать его голову. Однако Джек смог пройти целых десять шагов, прежде чем какая-то сила подняла его в воздух и по красивой дуге отбросила назад.

Джек приземлился на спину и тихо застонал. Хоть бы этот хруст исходил от сухой ветки под ним, а не от треснувших рёбер. Он закрыл глаза. Чужая травинка в чужом мире щекотала шею, мерзкая солёная субстанция щипала переносицу. Лицо пылало, и какое же облегчение Джек испытал, когда почувствовал на щеке прикосновение прохладной ладони.

– Передай своей сестре, что она горгона, – попросил он.

– Нет, – ответила Грэйс.

– Тогда скажи ей, что…

– Джек, ты действительно хотел бы сейчас быть там?

Он с трудом разлепил веки и сфокусировал взгляд. Грэйс сидела рядом, она выглядела уставшей и вместе с тем скованной, как будто только напряжение в мышцах и удерживало тело в вертикальном положении. Грэйс убрала руку с его лица и зажала ладони между коленями.

– Если честно, сейчас мне бы поспать. – Он вздумал отшутиться, однако правда сама рвалась наружу. – Нет, я не хотел бы сейчас быть там. Я хочу быть здесь, с вами.

Потому что уже долгое время вы с Тони помогаете мне дышать.

– А ты знала, что наше приключение продлится так долго?

– Да, я знала. – Грэйс наклонилась и поцеловала его в лоб. – Мы с отцом вчера об этом поговорили. Это ведь было вчера?

Джек рассмеялся – вышло нервно, но, учитывая обстоятельства, удовлетворительно.

– У меня складывается впечатление, что ты знаешь всё, только тоже не говоришь мне.

– Не говорю.

– Ну и правильно. Вдруг я бы испугался и сбежал?

Вот это он напрасно сказал. Его поведение до сих пор исключало всякие «вдруг».

– Понимаешь, – Джек резко сел и поспешил сменить тему, – иногда мне кажется, что я чёртова добрая фея! Только и делаю, что исполняю чужие желания, а никто даже не пытается спросить, чего хочу я. Неужели трудно поинтересоваться? Мне было бы приятно.

Грэйс улыбнулась.

– Ты не добрая фея, Джек. Ты – Скрудж. – Она скривила лицо в смешной рожице и взъерошила его волосы.

– Да как ты можешь! – взорвался Джек. – Разве я богатый и жадный?

– Нет, но ты ворчливый и боишься радоваться. Зачастую ты эгоистичен, а ещё…

– Достаточно, – перебил Джек и расхохотался. Получилась уже не просто улыбка, а настоящий смех, раскатистая амплитуда которого разбудила дремлющих в своих гнёздах птиц.

– Пойдём дальше, – мягко сказала Грэйс, – давай скорее исполним одно из твоих желаний и хорошенько выспимся.

После того как Джек встал и подал Грэйс руку, он в последний раз – чисто из вредности – пнул пень возле дорожки. Неожиданно оттуда раздался жалобный писк. Все обернулись, и только Самира сразу поняла, в чём дело.

– Что ты натворил! – вскрикнула она.

– Ничего я такого не делал. – Джек развёл руками. – Не вздумай снова швыряться мной. Грэйс, скажи ей!

Грэйс не пришлось заступаться за него – расплата пришла, откуда Джек её не ждал. Из корней злосчастного пня начали вылетать светлячки – десятки, сотни жужжащих сверкающих точек кружили вокруг Джека, врезались в его лицо, шею и как будто пытались залететь в нос. Светлячки не кусались, но были горячими и обжигали кожу, как маленькие раскалённые лампочки. Джек вертелся, но светлячки не желали