Тихоня. Тайный малыш для босса - Роза Александрия

— Все хорошо. Плод развивается нормально. В соответствии с циклом.

— И все? А что еще? — наклоняется к экрану Джейк.

— Все. На таком маленьком сроке еще пока не видно ничего. Приходите, когда будет недель двенадцать, сможете увидеть настоящего ребеночка, а сейчас пока все, что я могу сказать, – все идет по сроку. Главное, что сердцебиение есть, а плод находится в матке, где и положено.

— Спасибо! — кивает Дейк, а я поднимаюсь с кушетки.

Чувствую облегчение. Значит, все хорошо!

— Но скажите, почему ее так тошнит? Это нормально? — не сдается мужчина, чем вызывает легкую улыбку у Николая Петровича.

— Да, токсикоз – нормальное явление для беременности. К трем месяцам должно пройти. Но если увидите значительную потерю массы, обмороки и тому подобное — обязательно обращайтесь. С таким тянуть нельзя. Результаты анализов вам сообщат дня через три. Там уже точно будет понятно, все ли хорошо.

— Я понял. Спасибо!

Джейк берет меня за дрожащую руку и выводит из кабинета. Мы садимся в машину, и мужчина поворачивается ко мне.

— Ты же понимаешь, что теперь это моя ответственность?

— Но зачем? Я просила всего лишь подыграть мне, будто ты отец ребенка!

— А затем, Васильиса, что я не хочу, чтобы про меня говорили, что я никудышный отец и отношусь к женщинам как к вещам! Если уж назвался, то нужно соответствовать!

Глава 18

Глава 18

По возвращении домой я все же набираю Максима. Я понимаю, что нужно обо всем рассказать, но как это сделать – ума не приложу.

— Да? Василиса? Ты где? — кричит в трубку Максим вместо приветствия.

— Я… Все хорошо. Я решила отдохнуть.

— Черт знает что! Отдохнуть? Ты хоть представляешь, что я думал? Ты просто взяла и исчезла, а сейчас звонишь и говоришь, что решила отдохнуть?

— Максим… Александрович. Я заболела. Я очень плохо себя чувствую, поэтому не приду на работу еще месяц. Так что если вы решите меня уволить, то я пойму.

— Что с тобой? Чем заболела? — меняется в тоне мужчина, но я не спешу рассказывать.

— Последствия отравления…

— Тебе нужна помощь? Я могу организовать все, что ты пожелаешь!

— Нет, все хорошо… Я сама!

— Но, Василиса… — вдруг выдыхает Максим, и я слышу в его словах открытую боль. Она точно такая же, как у меня. Не будь я сейчас беременна его ребенком, которого он никогда не примет, я бы сдалась – и будет что будет. Но я должна думать не только о себе. Все, что мне сейчас важно, — это только мой малыш.

— Максим, я справлюсь… Правда. Дай мне месяц.

— Ладно… — выдыхает он и добавляет: — Но, Вася… Звони, если тебе что-то понадобится. И прости.

Я кладу трубку, не имея возможности даже попрощаться по-человечески. Слезы душат так сильно, что слова застревают в горле. Падаю на подушку и захожусь в рыданиях.

Я оттолкнула того, кого полюбила всем сердцем. Того, от которого у меня будет ребенок… Но я понимаю, что по-другому было нельзя. Лучше так, чем быть выгнанной с позором, как его невеста.

Месяц проходит тяжело. Меня постоянно тошнит, но Джейк, как и обещал, исправно выполняет «отцовские» обязанности.

Он возит меня в клинику, сам ездит за продуктами и даже заказывает клининг раз в неделю. Казалось бы, вот он – настоящий, заботливый, внимательный мужчина. Вот кого нужно выбирать, но сердце упрямо молчит, не чувствуя ничего, кроме дружеской благодарности.

Но как бы я ни оттягивала момент, месяц прошел, и настало время возвращаться на работу. Тошнота уже почти прошла, чему я была несказанно рада. Может, дело и правда в заботе, хорошем питании и прогулках, а может, срок уже был большой, но токсикоз меня мучил уже крайне редко.

— Ты готова? — спрашивает Джейк, заехавший за мной, чтобы отвезти на работу.

— Не знаю… — неуверенно тяну я.

— Я знаю! Поехали! Ты ничего не должна ему!

— А вдруг он поймет, что ребенок его?

— Во-первых, никто ему не собирается говорить о беременности. Быть может, он уедет быстрее, чем это будет видно…

— Да, действительно… — При мысли о том, что Максим скоро уедет, внутри все сжалось от тоски.

— Ну а во-вторых, я поддержу тебя. Я же обещал. Для всех это мой ребенок.

— Спасибо тебе, Джейк! — обнимаю я друга, и тот обнимает меня в ответ.

— Ну все, поехали! — отрываюсь я от мужчины, вытирая непрошеную слезу.

— Вот такой настрой мне нравится!

Уверенно сажусь в машину и закрываю дверцу. Пока мы едем, мне становится все тревожнее, ну а когда доезжаем до офиса, я вовсе вся дрожу.

Джейк берет меня за руку и спокойно смотрит в глаза.

— Все будет хорошо! Он поверит!

Киваю и выхожу из автомобиля. Мы заходим в лифт и едем наверх, а мужчина все так же не отпускает мою руку. Хочется вырваться, но я понимаю, что так нужно.

— Прошу! — выводит меня из лифта друг и ведет прямо в кабинет к Вишневскому.

— Может, лучше ко мне?

— Нет! Васильиса! Мы должны все сделать так, как планировали! Не трусь, я рядом!

Вдыхаю и иду дальше. Уже перед самым кабинетом останавливаюсь, но Джейк уверенно толкает дверь и заходит со мной внутрь.

— Василиса? — поднимает удивленный взгляд Вишневский. В нем полыхнуло таким огнем страсти, что я оплавилась внутри, но когда Максим переводит взгляд на Джейка, а потом на наши сцепленные руки, то тут же темнеет.

— Надо же, господин Керстен собственной персоной. Чем обязан?