Мир Аматорио. Доверие - Мари Мур

Я зарываюсь к ней под простынь и прижимаюсь своей грудью к ее оголенной спине. Целую Крис в изгиб шеи, покусывая и посасывая нежную кожу, в то время, как мои руки жадно скользят по ее телу. Я провожу ладонью по ее животу, затем ласкаю между ног и чувствую, какая она теплая и влажная.

Крис приглушенно постанывает, когда я дразню пальцами клитор. От моих прикосновений она извивается, и ее округлая попка упирается в мои бедра. Ох, черт. Моя непослушная девочка так и напрашивается, чтобы я оставил на ее ягодице отпечаток своих пальцев. Я замахиваюсь, и звук от звонкого шлепка разносится по комнате.

– Десмонд, – ахает Крис и прогибается в спине.

Я обхватываю ее за подбородок и поворачиваю к себе.

– Скажи, что ты моя, – охрипшим голосом требую я.

Наклоняю голову, чтобы поцеловать ее сладкие губы, но внезапно Крис отстраняется и произносит:

– Я лучше оближу искрящийся провод, чем стану Аматорио.

Я резко распахиваю глаза и тихо ругаюсь. Твою мать. Даже в моих мыслях эта девчонка не желает мне уступать. А своими фантазиями я только усугубляю свое положение. Мой член и так возвышается над простыней, как небоскреб Бурдж-Халифа.

Я могу списать свой стояк на то, что не трахался больше месяца. За это время у меня была возможность забыться с другими девушками. У меня была возможность получить разрядку. Но я хотел и хочу только одну.

Я не в состоянии выкинуть из головы Кристиану. Я пробовал несколько раз, но с каждым становилось все больнее и хуже. И я больше не позволю ей убежать.

Проскользнув рукой под простыни, я спускаю боксеры и сжимаю ноющий член.

Я лучше оближу искрящийся провод, чем стану Аматорио.

– Нет, детка, ты будешь Аматорио, – возражаю я, поглаживая собственную плоть. – Каждый день и каждую ночь ты будешь моей.

Моя одержимость этой девушкой должна меня пугать. Но сейчас я не могу думать о чем-то другом, кроме нее, лежащей в моей постели. В своем воображении я вжимаю Крис в матрас, придавив своим телом, не в силах оторвать от нее взгляд. Она такая красивая. Подрагивающие ресницы изгибаются над глазами. Соблазнительные губы, будто созданные для поцелуя.

И я целую ее. Целую до тех пор, пока Крис не раздвигает бедра шире и пытается притянуть меня ближе к себе.

– Десмонд, – сбивчиво шепчет она с закрытыми глазами. – Я твоя. Только твоя. Возьми меня.

От ее слов сносит крышу. Я запрокидываю ее ноги себе за спину и погружаюсь в нее. Крис шумно выдыхает и сжимается вокруг моего члена. Ее пальчики цепляются в мои плечи, когда я выхожу из нее и вхожу снова. Еще. И еще. И с каждым разом я усиливаю темп.

От дикого ритма мое сердце бешено колотится. Тело пропитывается жаром. Я набрасываюсь на нее, как голодный зверь. Черт, я и есть голодный зверь. Моя девочка слишком долго от меня убегала, и сейчас она не дождется от меня нежностей.

Одной рукой обхватываю ее горло, а другую кладу на низ ее живота, лаская большим пальцем клитор. Крис начинает громче стонать и шире раздвигает бедра, позволяя мне погружаться в нее сильнее и резче. От грубых толчков ее груди раскачиваются, затвердевшие соски похожи на горошины, и я по очереди посасываю каждый из них.

– О, Боже, Десмонд, – хрипло шепчет Крис.

Она двигается навстречу моим движениям, подыгрывая мне бедрами. Мой член врезается в нее так глубоко, что она туго сжимается вокруг него и трепещет подо мной. Каждая клетка моего тела, моя каждая мышца напрягается в приближении оргазма. В груди разгорается огонь, и я следую за Крис. Волна удовольствия разливается между бедер.

– Блять, как же мне охеренно с тобой, – выдыхаю я и целую ее.

Внезапно на прикроватной тумбочке раздается рингтон телефона.

Шумно дыша, я распахиваю глаза, увидев, что кончил на собственную руку. Крис исчезает из моих мыслей, и я больше не чувствую ни разрядки, ни облегчения. Ругнувшись, я хватаю салфетки и вытираю руку. После чего отвечаю на вызов с неизвестного номера.

– Доброго времени суток, Десмонд.

В своем настроении я бы послал на хрен любого и нажал на "завершение вызова". Любого, кроме Гаспара Монтано, звонок от которого я жду несколько недель.

– Надеюсь, я тебя не отвлекаю от важных дел, – продолжает Гаспар на том конце линии.

– Нет, – я поднимаюсь в постели. – Я ждал вашего звонка. И я очень рассчитываю, что вы согласитесь.

Я встретился с Гаспаром в Монако. После гонок он подошел ко мне и сказал, что я стал больше похож на отца. Мой папа и Гаспар вместе учились, и в старших классах были хорошими друзьями. Но после школы отец выбрал направление экономики и бизнеса в «Брауне», а Гаспар вернулся во Францию. Через несколько лет он стал сотрудником «Интерпола».

В разговоре со мной Гаспар упомянул, что скучает по работе. Он вышел на пенсию, и ему не хватает тех ситуаций, в которых "его мозг активно работает".

Тогда мне в голову и пришла идея: предложить ему покопаться в деле об исчезновении Кимберли. Вдруг он наткнется на зацепку, мимо которой прошли полиция и бестолковые детективы? Вдруг он найдет важную деталь, по которой можно определить местонахождение Кимберли?

– Я изучил материалы и могу сказать лишь одно – в деле исчезновении мисс Эванс не хватает страниц, – сообщает Гаспар.

– Хотите сказать, кто-то намеренно удалил из дела Кимберли важные детали ее исчезновения?

– Пока рано делать выводы, – задумчиво произносит Гаспар. – Я вылетаю в Бостон сразу после Рождества.

– То есть, вы согласны взяться за дело? – уточняю я.

– Мне показалось оно довольно интересным, – отвечает Гаспар, и его слова меня радуют.

– Могу я попросить вас еще об одной услуге? – спрашиваю я.

– Для сына Аматорио все, что угодно.

– На днях мне поступило сообщение. Номер не определен, и мне нужно узнать, кто отправитель. Но я бы хотел выяснить это до Рождества.

– Для идентификации номера