Три сестры. Диана - Дина Сдобберг

— Олька с мамой не ужилась. — Хмыкнул Костя.

— Я не святая. И есть вещи, которые я ни принять, ни понять не могу! Но не думаю, что сейчас место и время для этих разговоров, — решила попытаться отложить разбор полётов я.

— Мам, а ты и не должна терпеть. — Ответил Костя. — У нас дома хозяйка ты, у нас дома свои правила. Я попытался жить вместе, мне-то дома лучше всего. Но Ольга выросла совсем в другой семье. И многое из того, что для нас нормально и правильно, для неё как красная тряпка для быка. Поэтому раз вместе не получается, я решил жить как все, в общежитии, которое предлагает завод. Да одна комнатка, да только туалет, а душ общий, да кухонка одно название. Но чтобы жить в тех условиях, которых добились вы с отцом, нужно и правила принимать ваши. А хочет сама хозяйкой быть и всё решать, будьте любезны заработать, где хозяйничать собрались.

— То есть это твоё решение? — удивилась я. — А эта новая работа? С твоей травмой?

— Мам, она не даёт о себе знать. А у меня семья, скоро пополнение. Я могу зарабатывать в три раза больше, чем сейчас. За меня об этом никто думать не будет. Да и дядя Саша Ринович обещал натаскать. — Объяснил Костя. — А за Мишку, мам, там всё неприятно, и туда даже лучше не лезть.

— Так, а что там по поводу Мишки? Очень интересно. — Приподнялся Мишка.

— Ты особо-то живот не напрягай. Помедленнее, помедленнее, братец! — хмыкнул Костя, помогая Мише сесть полулëжа, и подавая ему глубокую миску с протëртым куриным мясом и бульоном. — Родители думают, что для нас новость, что очень многие не понимают того, что мы растём вместе, и между нами нет деления, кто такой, а кто не очень.

— Пфф, я за это морды бить лет в тринадцать перестал, надоело. — Фыркнул Миша.

— И подобных разговоров от снохи мама не стерпела. А у той к этому болезненное отношение. — Костю я слушала с удивлением. — Тесть у меня человек очень интересный. Вроде и роста не высокого, и лысый давно. А как улыбаться и балагурить начнёт, любого уболтает. У него ко всему своя шутка и присказка. Видно на это бабы и ведутся. А он ходок и гуляка. Его тёща так и зовёт всесоюзный пи@досборник. У него от жены пятеро, и от соседок и в Черновицкой области, и в Белгородской, и на Алтае, и даже в Мордовии дети есть. Тёща хоть и бежала чуть что по сельсоветам, хоть и трепали тестя по всем собраниям, а толку? Некоторые бабы тоже писали заявления, чтоб на содержание детей платил. Ольга сама у тестевых родителей жила до десяти лет. А там её бабушка и прабабушка всех внуков привечали, и на жалобы тёщи отвечали, что это её проблемы. Жена сына им так, приблудная баба, а внуки это родная кровь.

— И она после этого мне говорит, как нормальные люди делают! — возмутилась я.

— У неё мать в тех детях врагов видит, и её настроила. Она так выросла. Тут ничего не сделать. — Отмахнулся Костя. — Да и в семье она одна такая. В школе училась, союзные олимпиады по математике брала. Потом уехала к дядьке в Жуковский. Дядя этот, двоюродный брат отца её матери. Всю жизнь в разведке. Это надо тётю Аню спросить. Новичкова Александра Дмитриевича она может знать. У него двое детей. Младший сын, Саша, Баумана закончил, сейчас авиаконструктор в почтовом ящике. А старшая дочь, Надежда… Короче она в институте. Всё закрыто, нигде и ничего. Химическое оружие. И что-то она там так наизучала, что добровольно отказалась от возможности иметь детей, пережила специальные операции. Для неё за детей племянницы. Она забрала двоих. Толковых, по её словам. Ольгу и Валю, которая сейчас в меде на хирургическую медсестру учится.

— Так вот как твоя жена оказалась в МГУ? — догадалась я. — Победитель всесоюзных олимпиад по математике и плюс такая протекция.

— Тёща на неё очень рассчитывала, что дочь семью вывезет. Поэтому вокруг неё и прыгала. Тесть-то хорошо выпивает и жилы рвать не собирается. Говорит, чтобы хорошо жить, нужно хорошо работать. И всем, а не только ему. Вот из-за всего этого такой результат. — Рассказал Костя.

— Кооость, — протянул отставляя пустую тарелку на тумбочку Миша. — Погоди, а Олька твоя, случайно не блондинка такая, щекастая?

— А вот надо на свадьбу к брату было приезжать! — заржал Костя. — Если ты хочешь спросить не Волковец ли, то она.

— Да ты ж обещал её в жëны не брать! Твою мать, Кость! Мне же смеяться нельзя, швы! — скривился Мишка.

— Не поняла. Чего мы не знаем? — спросила я.

— Да Женька Морпех, помните? Мы дружили, а учился он с Костей. И эти лбы, Женька, Костя, Колька, в десятом классе заявились к шестиклашкам со словами, становись мелочь, жён выбирать будем. А наш отвесил Ольге звонкого щелбана в лоб и сказал, что её в жёны не возьмёт точно, слишком умная. Она расплакалась и заявила, что ещё посмотрим, когда она вырастет. — Рассказал нам о похождениях младшего Миша.

— Вот ведь было верное решение, зачем менял? — закатила я глаза.

— Да бесила она меня тогда, отличница хренова! Вечно Нина Сергеевна задаст не пойми что на уроке и сиди решай. А если мы быстро не решали, приводила Ольгу. А потом нас спрашивала, каким образом одна девочка из младших классов может решить задачу, а весь наш класс нет. — Засмеялся Костя. — И мам… Она меня ждала.

— То есть? — спросил отец.

— С зоны, потом с армии. Письма писала, ездила ко мне. Мол, сожительница была. — Огорошил нас новостями Костя.

Глава 25

Дорога из госпиталя домой прошла в напряжённом молчании. Я немного успокоившись о судьбе Миши, переживала о сорвавшихся в сердцах злых словах. И проснулась непонятная тревога о Косте.

— Думаешь, не просто так сын озаботился большим размером заработка? — спросил меня прямо у