Темный грех - Нева Олтедж

Длинное фиолетовое платье, в которое она одета, облегает ее изгибы, словно вторая кожа. Это платье привезла ее сестра несколько месяцев назад, и я чуть язык не проглотил, увидев ее в нем. А потом — без него. У платья нет спины, оно просто завязывается вокруг стройной шеи, оставляя обнаженной ее великолепную плоть. Я не мог удержаться — мне хотелось почувствовать ее гладкую кожу. Не удержался и провел рукой по ее спине, вдыхая ее пьянящий аромат. Расставаться с ней снова было настоящей пыткой. Моя единственное спасение — продолжать наблюдать за ней, пока она веселится.

Одна из девушек за столом Неры что-то говорит, и остальные члены группы разражаются смехом. Мой тигренок тоже смеется, в уголках ее глаз появляются морщинки, и я наклоняюсь вперед, словно меня тянет к ней невидимая нить. Я хочу почувствовать немного того теплого света, который она излучает. Чтобы впитать ее и скрасить мою несчастную душу. Она тянется за своим напитком, широко улыбаясь, но вдруг поднимает глаза, и ее взгляд сужается прямо на том месте, где я стою. Я быстро делаю шаг назад. Отступаю в тень, где мне самое место, где я могу просто наблюдать за ней.

Это было ошибкой — позволить себе подойти к ней ближе. Если посмотреть на Неру сейчас, когда она смеется со своими друзьями, все становится намного понятнее. Я должен держаться от нее подальше. Ради нее.

Музыка сменяется медленной мелодией, и верхний свет приглушается. Несколько парней подходят к столику друзей Неры, разговаривают с девушками и заставляют их хихикать. Один из новичков — парень лет двадцати пяти, одетый в белую рубашку и брюки цвета хаки, — протягивает Нере руку. Она качает головой, но женщина справа от нее, кажется, подбадривает ее, шепча на ухо моей девочке. Рука парня обхватывает нежные пальцы Неры, а затем он тянет ее к танцполу.

Ярость разгорается в моей груди, когда я вижу, как он обхватывает ее за спину, притягивая ближе.

Моя! Голос в моей голове ревет, призывая покончить с ублюдком, посмевшим прикоснуться к ней.

Я нахожусь на полпути к ним, на танцполе, и даже не успеваю осознать, что переместился. Увидев их так близко, я внезапно замираю. Я не могу смириться с тем, что они, кажется, подходят друг другу. Обе молодые. Блондин. Одежда парня кажется качественной и дорогой. Возможно, он, как и она, студент, который собирается стать кем-то великим в жизни. Адвокатом. Или, может быть, врачом.

Он явно не из тех, кто убивает людей ради денег, потому что это единственное, что я умею.

Мои глаза остаются прикованы к ним, когда я делаю шаг назад.

Я не подхожу. Нет.

Он не ничтожный подонок, который едва умеет читать словно школьник с начальной школы.

Еще один шаг, потом еще несколько, пока я не возвращаюсь на свое место в углу, наблюдая за своим тигренком в объятиях другого мужчины. Огонь внутри меня все еще пылает, прямо в груди, испепеляя все на своем пути. И я позволил этому. Я позволил сжечь глупую надежду, которая пустила там корни, которая росла каждый раз, когда я приходил посмотреть на свою девочку, питая себя ложью о том, что у меня есть шанс на что-то хорошее в жизни. Наверное, я забыл, что надежда — это роскошь, на которую обреченные души вроде меня не имеют права.

Музыка продолжается, а я продолжаю смотреть, представляя себя на месте того блондина.

— Как насчет еще одного танца? — спрашивает меня парень после окончания песни.

Он кажется милым и довольно симпатичным. Наверное, он бы меня привлек. Раньше. Сейчас? Я даже не помню, как его звали, когда он представлялся.

— Спасибо, но я, пожалуй, пойду к своим подругам.

— Почему? У тебя есть кто-то?

Да. Нет. Я вздыхаю. Хотела бы я знать ответ на этот вопрос.

— Возможно.

— Ну, его ведь здесь нет, верно? — Он перекладывает руку на поясницу, опускаясь ниже.

— Убери руку с моей задницы, пожалуйста.

— А если нет?

— Если ты этого не сделаешь, я ударю тебя прямо по лицу. Уверена, твои друзья сочтут это забавным.

— Хорошо. — Он отпускает меня, а на его губах появляется злая ухмылка. — Непослушная сучка.

Я поворачиваюсь на пятках и направляюсь обратно к столу, где девушки истерически хихикают.

— Что? Всего лишь один танец? — Дания спрашивает.

— Ага. И этого было достаточно, — говорю я, хватая свою сумочку. — Я иду в туалет.

Я пробираюсь сквозь толпу за нашим столиком, идя длинным путем, в поисках своего демона. Он все это время наблюдал за мной из темноты, но больше не показывался. Танец с этим идиотом был моей последней попыткой, отчаянной попыткой выманить моего темного защитника. Я представила, как он бросается ко мне и к тому рукастому уроду на танцполе, отрывает парня и занимает его место. Трудно представить моего преследователя в роли танцора, но у меня такое чувство, что он был бы хорош.

Когда я сворачиваю за угол короткого коридора, в очереди в туалет унисекс на одну кабинку стоит только одна девушка. В помещении у входа в клуб гораздо больше народу, но там и кабинок больше, поэтому люди предпочитают занимать их.

Дверь открывается, и предыдущий посетитель уходит, а девушка передо мной, спотыкаясь, входит внутрь. Я поднимаюсь и тянусь к сумочке за телефоном, чтобы проверить время, как вдруг чьи-то руки хватают меня сзади. Телефон выскальзывает у меня из рук и падает на пол, а нападавший впечатывает меня лицом в стену. У меня в горле поднимается крик, но большая ладонь закрывает мне рот, прежде чем я успеваю его произнести.

— Теперь ты не такая смелая, да? — раздается голос моего партнера по танцам позади меня.

Я мечусь из стороны в сторону, пытаясь освободиться от его хватки, но он всем своим весом прижимает меня к стене, и у меня не хватает сил, чтобы оттолкнуть его.

— Я собираюсь показать тебе, как хорошая девочка должна обращаться с мужчиной. — Его рука проникает между нашими телами, и он расстегивает молнию на брюках. Желчь поднимается у меня в горле, когда я чувствую, как его твердый член упирается мне в задницу. Он хватает мою юбку, задирая подол платья вверх, а затем лапает мои трусики. Потянувшись к нему сзади, я хватаю его за яйца и со всей силы выкручиваю.

За моей