Волки скалятся в тенях - Рената Вотинова

— Мы тоже, — не уступал ей в споре Друг. Алиса молча кивнула сначала на Мию, а затем на гостиную, намекая, что не станет говорить в присутствии сиротки.

Хотя она больше не была сиротой. Теперь она стала провидицей Алисы, хоть еще не знала в чем заключалось ее предназначение. Однако ярко-зеленая радужка ее маленьких глазок уже начала пугающе бледнеть. Алиса с замиранием сердца проводила взглядом Мию до дивана. Однако девочка тут же с него спрыгнула с восхищенным визгом упав на коленки перед цветочным ковром. У Алисы засосало под ложечкой, ибо эта картина до жути напомнила то, как ребенок стоял на разбитых коленках перед Александром.

Лайла нетерпеливо уперла руки в бока на уровне пояса от халата, и Алиса закатила глаза, обреченно вздохнув. На кухне вовсю закипал чайник. Друг левой рукой выключил газовую конфорку. Постепенно он угомонил свист дикого кабана. Оказалось, что и в этой части квартиры Хвостатая успела оставить свой неизгладимый отпечаток: картины с подсолнухами и полем ржи, новые желтые прихватки, да красные сковородки. На узком столе красовалась скатерть, украшенная вышитыми бисером вишенками, а на куске ткани стояли красные чашки в белую крапинку. Обстановка сложилась милая, но не родная.

— Больше ничего не меняй, — буркнула Алиса, и плюхнувшись на стул. Больше стулья в их с Другом квартирке не были твердыми. Маленькие подушечки смягчали падение.

— Если ты не объяснишься сейчас же, то покрашу стены в твоей берлоге в ядовито розовый, — Лайла хлопнула ладонью по столу, что чашки зазвенели, дрогнув.

— Садистка.

Алиса понадеялась, что ей послышалась нотка восхищения в тоне Друга. Алисе еще не хватало, чтобы Друг с Лайлой работали сообща и наседали ей на мозг вместе.

— Я вляпалась в дерьмо, — честно призналась Алиса, намереваясь далее лгать. Небольшая крупица правды, приправленная вагоном лжи. — Мне пришлось посетить пир венценосной семьи в королевском интернате вместе с Джонатаном. Я была той, на кого он потратил второе приглашение.

— Что? Ты была на встрече с королем, как пара Вильцгейма? И не врезала по королевской морде за наш дом?! — Казалось, Лайла подавилась собственной слюной, обескураженно захлопав ресницами. У Алисы же под ребрами нежданно потеплело от слова «дом». Алиса действительно скучала по бандитской пещере.

— Я почти врезала младшему принцу, — Алиса невинно пожала плечами, как ни в чем не бывало. — Окатила его вином, а после уложила на лопатки.

Друг внутри чуть ли не промурлыкал от таких «светлых» и «радостных» воспоминаний.

— И ты еще не на Границе?! — Лайла уронила локти на обеденный стол, подавшись вперед. Алисе удалось захватить все ее внимание без остатка. — Надо было навалять всему семейству Амелленов!

— Попридержи коней, куколка, — уже мурчал Друг. — Еще наваляем.

— Моя стычка с Александром стала причиной, почему я забрала Мию. Так зовут девочку, — Алиса кивнула в стену, за которой до сих пор пищала малышка. — Она перепачкала вареньем кафтан принца, и он пнул ее, чтобы та от него отлетела. Я не смогла удержаться от того, чтобы поставить несносного мальчишку на место, — один, второй, третий хлопки отразились от стен и до Алисы дошло: Лайла аплодирует ее выходке. А затем Лайла и вовсе присвистнула.

— Уж не думала, что ты можешь удивить, Стервятник. Значит, ты украла ребенка от избиения.

— Ты верно угадала. Воспитательницы, особенно Мария, забили бы Мию розгами. Еще бы и солью вымочили за такое недоразумение масштабов короны. Я их слишком хорошо знаю, — и испробовала подобное на себе.

— Неужели… — Хвостатая ахнула, прикрыв рот ладошкой. — Ты сама воспитывалась в интернате! Как же я не догадалась, что источники мне нагло соврали, сказав, что ты с дальних окраин Бьюттерирайта.

— Они и не соврали, — говорить о прошлом было тяжело. Тяжелее, чем Алисе казалось до этого. Об интернате ей говорилось гораздо легче, нежели о смутных воспоминаниях до него. — Я родилась не в столице. Однако до интерната помню лишь длинную дорогу и вязкую, как кисель, грязь, да ржанье лошадей вперемешку с оглушающим хныканьем других сироток.

— И предсмертные хрипы детей, умирающих от хвори.

У Алисы закрутило живот, а горло стиснуло в рвотном позыве. Таких подробностей ей вспоминать не хотелось вовсе.

— Ты сделала все, чтобы твое прошлое покрылось мхом забытья, — задумчиво произнесла Лайла, и Алиса одарила ее согласным кивком.

— Единственный, кто смог отследить мою прошлую жизни, был Джонатан. Ему одному удалось соединить все паззлы в один простой рисунок и понять, куда идут мои корни. Не знаю, как далеко он зашел, но до детства в интернате докопал.

— Не зря он хирург. Что ты собираешься делать дальше? — Хвостатая с чашкой поднялась со стула и наполнила ее кипяченой водой, от которой еще шел обжигающий пар. Она жестом поднятой чашки предложила чай Алисе тоже, но та отказалась.

— У меня не так много времени. Завтра вечером в особняке Джонатана будет бал сезона листопадов. Я должна там присутствовать, — Алиса виртуозно приступила к наглому вранью, успокоив свою совесть тем, что поделилась истиной о своей жизни. — Я увела Мию из особняка потому, что не уверена, насколько там безопасно будет завтра. К тому же для девчонки может стать большим стрессом очередное столкновение с коронованным семейством. Возле тебя ей безопаснее всего, — Алиса припомнила предостережения Друга и наставления Джонатана, и только после продолжила разглагольствовать. — Береги ее, как зеница око, словно она твое собственное дитя.

— Не подозревала, что в тебе может проснуться материнский инстинкт, — лишь усмешка и ни слова, что Алиса снова, по мнению Хвостатой, составит пару Вильцгейму. Так даже лучше. Однако укоризненный взгляд Алисы смел, как штормовой ветер, усмешку с ее уст. — С ней все будет в порядке. Мы две беглянки, которым нельзя высовываться из конуры.

— И даже за покупками. И да, передай это письмо дочери Мамаши по сети своих доверенных посыльных. Она догадается, кому его нужно отдать. Это единственный раз, когда ты можешь ненадолго выбраться из укрытия.

Алиса взяла с нее обещание и передала наскоро склеенный конверт, а после распрощалась, поспешив вновь оказаться на промозглой улице. Свинцовые тучи замерли на месте, пряча за собой слабое солнце. Чернильные кляксы вот-вот готовы были лопнуть, оросив небесными слезами землю.

— Делаем ставки, умрет ли завтра Джонатан, — пропел Друг, засвистев нестройную мелодию.

В том злосчастном письме Алиса дала четкие указания, где взять одежду служащего. Алиса описала, как ему лучше пройти через черный вход. Она пообещала, что перед финальной частью бала она с Другом приведут хозяина в кабинет в левом крыле.

Однако не упомянула о том, что Дмитрию придется повременить