Генеральный Гад - Рокси Нокс

Пристраиваю головку и проскальзываю потихоньку, медленно умирая от ощущений.

Это. Просто. Забубенно.

Никогда не испытывал ничего похожего. Был анал в далёком прошлом, но как-то особого кайфа не получил.

А тут!!!

Я. Между. Ее. Булочек! Тех самых булочек, о которых мечтаю с первой встречи.

Моя рука на ее клиторе. И моя ласковая кошечка течет мне на руку. Размазываю влагу по розовым лепесткам и вставляю палец в вагину.

Твою мать, как там у нее все сокращается внутри!

– Мил, тебе хорошо?

– Угу…

– Честно?

– Даааа, – выдыхает и сама подаётся навстречу! Член упёрся до упора. Нихера себе что творит!!

Чумовая, огненная девочка! Получает сладостное удовольствие от анала. Я знал, знал, что так будет. Между нами не может быть никакого дискомфорта. Мы словно созданы друг для друга без ограничений.

Все блять, вот теперь я точно влюбился! До гроба любить ее буду и никакой харе не отдам! Моя!

Мила взывает и кончает. Я чувствую членом ее необыкновенно сильную разрядку. Вот это ее повело!

Как тут сдержаться?! Да никак. Без вариантов вообще.

Кончаю внутрь гостеприимной попочки и ложусь на Милу. Мы оба вспотевшие, мокрые, с безумными глазами.

Член, наконец, обмякает и выскальзывает из нее.

Лежим, приходим в себя. Сердца гулко колотятся. Охренеть, охренеть… И внутри такое, сука, неописуемое счастье, будто я на гору взобрался.

– Мил, все хорошо?

– Мгм… Давай мне пару минут.

Она расслабленно растянулась на кровати, с ней действительно все хорошо. Так кончала, аж по ногам текло.

Девочка моя ненаглядная.

Любовь моя

Страстная бухгалтерша!

Она действительно показала мне, на что она способна. И мое сердце теперь безраздельно принадлежит ей.

Целиком и полностью.

Хера с два она теперь от меня отделается.

Глава 37

Милана

Сижу за своим рабочим столом и вспоминаю о том, что было позавчера.

На моём столе стоит свежий букет роз, такой огроменный, что мне пришлось поставить принтер на пол.

Сегодня выходит из отпуска Серафима Ивановна, а я сижу, расхлябанная, и думаю только об Адаме. Она меня не узнает. Кажется, у меня на лице написано: развратница. Мы ведь и вправду позавчера занимались развратом, и я ни о чем не жалею.

Я люблю Адама.

Мне нравится ему отдаваться.

Нравятся его пошлые намеки и желание иметь меня везде.

– Доброе утро, Миланочка.

В кабинет вплывает отдохнувшая и помолодевшая начальница.

– Ой, здравствуйте, Серафима Ивановна! – подбираюсь. – Как отдохнули?

– Отлично. В Сочи ездила, к сыну. Какой букетище! У тебя что, день рождения? Так вроде ж в сентябре был? Или память совсем дырявая стала?

– В сентябре, ага. Это от моего… жениха.

Когда она узнает, кто мой жених – обалдеет! Сын нашего босса. Новый генеральный директор.

Мм, рот наполняется сладкой слюной, когда о нем думаю. У Адама такое сексуальное тело, что без него жить я уже не смогу. Эти бицепсы, эти трицепсы и дельтовидные мышцы… Черт, трусы подмокают от мыслей.

Дожилась!! Это вообще никуда не годится, будто обписалась.

– Ой, замечательно, – отвечает начальница. – Рада за тебя. А то все одна и одна. Работа да дом. Не пойдет так молодой девушке жить.

Я рассказываю Серафиме Ивановне о масках шоу, упустив, конечно, пару деталей, касающихся Ломакина.

Мы с боссом так и не узнали, кто точит зуб на нашу контору. И это не его бывшая, как сказал мне Харитонов. Кстати, мне запрещено с Антоном даже разговаривать. Нужен мне это красавчик, как прошлогодний снег. У меня свой есть.

Трезвонит мой телефон, и я подпрыгиваю от неожиданности. Задумалась, замечталась, начальница уже косится на меня.

– Бухгалтерия.

– Милаша Павловна, зайдите к генеральному, – строго говорит мой Любимка.

Милаша… Спасибо маме за удачно выбранное имя!

– Адам Богданович, вызывает к себе, – объясняю главбуху свой уход.

– Скажи нашему мальчику, что зайду к нему минут через двадцать.

Нашему мальчику… Да щас, моему!

Прохожу мимо Евгении, которая даже не взглянула на меня, и просачиваюсь в кабинет босса.

– Вызывали?

– Да, проходи.

Отодвигает передо мной стул и сажает. Кладет горячие ладони мне на плечи и массирует.

– Как ты?

– К счастью, выспалась вечера.

– Сегодня выспимся вместе?

– Мгм, с тобой выспишься… Опять покоя не дашь до утра, – ворчу наигранно.

– Какой покой, когда я тебя хочу? Мм?

Прижимается к моей спине твердым пахом, и я закатываю глаза.

– Отстань! К тебе Серафима Ивановна собирается наведаться. Не хочу, чтобы она знала о наших отношениях.

– Не вопрос. Слушай, может тебе отдельный кабинет выделить?

– С какой стати? – вздергиваю бровь

– Пиар кабинет свободен. Не хочешь занять?

Да, точно свободен, Олечкино место теперь под столом Харитонова, у его ширинки.

– Я привыкла с Серафимой Ивановной, она хорошая.

– Если передумаешь, дай знать.

– Мгм.

– Я тебе тут, – открывает ящик стола и достает коробочку, – духи купил.

Читаю название, которое мне ни о чем не говорит.

– Ограниченный выпуск. Производство Франция.

– Ничего себе! Уверен, что мне их хочешь подарить?

– Что за вопросы?! Хочу, чтобы от моей заюшки вкусно пахло.

– Спасибо…

Мне приятно. Вот эти знаки внимания (дорогостоящие, конечно, но я бы обрадовалась даже какой-нибудь дешевке от Адама) – согревают мое сердце. Я чувствую себя любимой и желанной, а не девкой, которую поимели во все отверстия.

– На романтическое свидание пойдешь со мной?

– Спрашиваешь, – фыркаю.

– Сегодня будем мутить любовь на крыше, – его глаза загадочно поблескивают.

– Я упаду вниз.

– Я тебя подхвачу.

Только собираемся поцеловаться, как раздается стук в дверь. Отскакиваю от босса, и очень вовремя. В кабинет заглядывает аккуратно причесанная голова главбухши.

– Адам, здравствуй, дорогой. Значит, ты теперь здесь за главного, мой хороший?

– Она меня с детства знает, – объясняет мне Годунов.

Палится ведь…

– Точно, с пелёнок самых тебя знаю. Как ты у Мариаши родился.

Серафима Ивановна вплывает в кабинет и покровительственно целует Адама в обе щеки. Я тихонько сматываюсь.

Открываю духи и наношу их на запястье. Запах обалденный! Так, наверное, пахнут женщины-миллиардерши. Или какие-нибудь жены президентов благоухают этим ароматом.

Нереально просто. Нанюхаться не могу.

Сразу захотелось к Адаму на ручки. Скорей бы вечер, и наше романтическое свидание. На какую крышу он меня интересно поведёт? Страшненько чёт.

Все горит внутри от предвкушения. Годунов сказал, что не собирается злоупотреблять анальным сексом. И мы будем им заниматься раз в два-три месяца. Это значит, что у Адама на меня продолжительные планы?

Обдумываю наряд на вечер. Чем бы его таким сразить наповал? Понимаю, что нечем. Поэтому заказываю классный наряд из магазина с доставкой.

Мне привозят платье. Забираю его без примерки. Не примерять