Любовь за семь монет, или Тьма в его крови - Надежда Олешкевич

class="p1">Достопочтенный Альтон прислал мне записку. Признаться, я немного удивилась, что он не назначил личную встречу и рассказал о результате изучения переданной ему монеты таким способом. Все же информация казалась очень важной, ее нужно передавать из уст в уста. Вот только потом сообразила, что лучше нам лишний раз не встречаться. Иртан ведь следил за мной! И исходя из этого стало понятно, почему мы с Грэгором не вышли из таверны вместе, ведь он попросил меня идти первой, а сам направился на второй этаж. Видимо, чтобы темный не заподозрил, что мы с этим человеком вообще знакомы.

– Вы что-то сегодня очень грустная, – поставила передо мной тарелку с куском ароматного пирога Мириам.

Я посмотрела на сдобу, немного сонно подумала, что не должна столько всего взваливать на бедную старушку, которой и без того много досталось, ведь женщина уже умерла. Все же она с внуком прибрала комнаты на втором этаже, теперь вот приготовила мне завтрак. Как-то это неправильно.

– Может, отдохнете? – предложила я.

– Да сколько можно отдыхать? – отмахнулась она и достала из кармана спицы, чтобы продолжить свое призрачное вязание. – Руки нужно занимать делом, иначе какой от них прок?

Я осмотрела ставшую привычной кухню, где проводила очень много времени за готовкой. А ведь могла ничего этого не делать. Так просто было бы согласиться на приглашение Иртана, поселиться у него и вообще забот не знать.

Взгляд упал на конверт с письмом. Я бросила его в печь, огонь моментально подхватил бумагу и превратил ее в черные угольки, от которых вскоре не осталось и следа. Зато в моей памяти продолжили жить слова, что на монеты наложено очень сильное заклинание, которое вряд ли удастся снять. Однако имелось обещание, что достопочтенный Альтон не отступит и сделает все возможное, чтобы помочь мне.

Я вздохнула. Все же хотелось поскорее избавиться от давящей на меня участи стать проклятой. Вырваться бы на свободу, словно птица из клетки, и начать дышать…

В комнату вдруг ворвался взъерошенный дух, стал активно жестикулировать руками.

– Что случилось, папочка? – подлетела к нему одна из девочек, но он направился ко мне и начал более упорно указывать пальцем на дверь.

– Ко мне пришел кто-то?

Он усердно закивал. Схватился за голову, снова замахал руками, поторапливая меня.

Кто же такой важный явился? Где-то в это время обычно приходила семерка мужчин и требовала мои особенные пироги, не переставая поражаться их формой и вкусом. Наверное, уже пора было рассказать, что это пицца. Однако меня забавляло такое название.

Стоило выйти в основной зал, раздался деликатный стук. Я обернулась на духа, заметила взволнованных девочек, которые заняли позицию на потолке. Мириам почему-то держала спицы наготове, собираясь в случае чего проткнуть ими нехорошего посетителя.

На пороге я увидела женщину средних лет в черном плаще с накинутым на голову капюшоном. Невысокая, с русыми волосами и добродушной улыбкой на тонких губах.

– А где хозяин дома? Можно с ним поговорить?

– На данный момент я хозяйка. Кто вы?

– О, тогда я к вам, – решила она потеснить меня и войти внутрь, однако я не сдвинулась с места. – Я госпожа Грина Добри, возможно, вас предупреждали обо мне.

– Ах вот оно что, тогда, конечно, проходите.

Духов и след простыл. Я окинула взглядом пустой зал, усмехнулась, потому как точно знала, что сейчас они намеренно прятались и, скорее всего, сделали себя невидимыми, чтобы не пропустить ни единого слова.

Женщина вошла. Стянула с себя перчатки и по-хозяйски бросила их на ближайший стол, сняла капюшон. Это что же получалось, сейчас я продам таверну и смогу осуществить давнюю задумку?

Задумку, которая потеряла актуальность из-за невозможности попасть обратно в свой мир, о чем мне говорили многие книги в городской библиотеке, да и не только они.

Заскрипели ступени. Послышались быстрые шаги, а только после них появилась девушка в достаточно вульгарном голубом платье, за которой шел довольный Мич.

– Ой, здравствуйте, – первой заметила меня очередная пассия ненасытного эльфа и обернулась на него: – Ну что, красавчик, я пойду?

– Конечно, ты была изумительна, – послал мужчина ей воздушный поцелуй и подтолкнул к выходу.

Девушка быстрым шагом пронеслась мимо. Еще что-то пробормотала на прощание нам и вскоре покинула мою таверну. Я же почувствовала жгучую неловкость за эту сцену перед госпожой Добри. Да, могла бы быть более настойчивой и запретить Мичу водить сюда женщин, однако он слишком щедро платил, тем более был единственным постояльцем, не считая приходящую по утрам семерку.

– Я позавтракаю в кухне, – сообщил он и вскоре оставил нас с покупательницей таверны наедине.

– В прошлый раз, когда я приходила, здесь все было в плачевном состоянии, – повернулась она ко мне.

– Просто не хватало женской руки, – улыбнулась ей и поспешила открыть ставни, чтобы запустить сюда побольше света.

Да, помещение преобразилось. Раньше на столах были слои пыли, мебель стояла как попало, бочки с пивом очень портили внешний вид заведения. Но я потратила немало времени, чтобы привести все в приемлемое состояние и добавить несколько немаловажных мелочей. Появились цветы, исчезла грязь, удалось расставить все таким образом, чтобы было немного удобнее и чуточку уютнее. Скатерти еще осталось купить и небольшие шторы повесить на окна, и тогда станет просто идеально, по-домашнему.

– Вижу, вижу, – закивала покупательница. – Теперь мне здесь больше нравится. Я хочу сделать из этого мою мастерскую-магазинчик, – с воодушевленным блеском в глазах повернулась ко мне женщина и так мило улыбнулась, что на щеках появились забавные ямочки.

– Какую?

Она прошла вперед, начала расписывать, что уберет, что выкинет, что куда поставит, чтобы сделать здесь салон и принимать посетительниц, которые пожелают купить у нее платье.

– Во-о-от, она нас бросит, – послышалось тихое бормотание сверху.

– Госпожа Василиса добрая, она не станет продавать наш дом.

– Да никакая она не добрая, она Василиса Безмерно Корыстная, вот какая она! Ей предложат побольше золота, так сразу же отдаст всех нас с потрохами.

– Не говори так, Ильза. Я верю в нее.

– Зря!

– А вот если бы ты была чуточку поспокойнее и не разрушила шкаф в хозяйских покоях, тогда она даже не задумалась бы, продавать «Перекресток» или нет.

– Ой, да она даже не заметила. Кофар там что-то сделал, все смотрится нормально.

– Ага, а потом как рухнет это ей на голову!

– Но ведь не рухнуло. Да не знает она, говорю тебе, – все громче и громче шептались девочки.

– А на улице я сделаю красивую вывеску, – ничего не замечала госпожа Добри и уже направлялась к выходу, чтобы показать, что именно распланировала сделать.

Я последовала за