Самозванка в Академии стихий - Кира Легран

В раздумьях я отошла от стола. И хочется, и колется. Так ещё и правда спешить нужно, вдруг лакею придёт в голову сообщить кому-то обо мне.

Сильф решил, что я собралась уходить, и заволновался:

— Эй-эй-эй, погоди!

— Не, мне пора. — Демонстративно встряхнула перчатки и надела. — Была рада познакомиться, может, загляну ещё лет через сорок.

— Я тебе пригожу-у-у-усь, — завыл голос, — ну пра-а-а-а-авда. Фамилиаром стану, только не бросай меня зде-е-е-е-есь!

В голове что-то щёлкнуло. Крестьянин, что копал огород и случайно наткнулся на клад, мог бы понять мои чувства лучше всех. Фамилиар — это… Как если бы мне вдруг предложили отрастить вторую пару рук. Только у каждой руки особый дар, которого у меня нет. Обычно ими становятся магические животные: не особо разумные твари, которых нужно водить на поводке и следить, чтобы они не сожрали кого.

А тут целый сильф! Аж мурашки побежали.

Нужно ковать железо, пока горячо, такой шанс раз в жизни выпадает. Элементаль может пожалеть о сказанном, начать выкручиваться и ставить условия.

— Клянись! — потребовала я. — Клянись, а то уйду. Должна сообщить, что никаких аэритов в этом семействе до сих пор не наблюдается.

Бутыль слегка дрогнула.

— Клянусь дыханием Аэри, что стану твоим фамилиаром. — Метка-спираль на моей руке вдруг отозвалась: запульсировала и мигнула голубым светом под рукавом. — Но только если выпустишь!

— Само собой, господин хороший. Зачем мне фамилиар в бутылке? — с недоумением спросила я. Потёрла запястье, но то больше никаких странных реакций не проявляло. Вернулась обратно к столу. — Ладно, договорились.

Сложность пришла оттуда, откуда не ждали: пробку забили намертво. Так что сколько я ни пыхтела, сколько ни тянула из зажатой между коленями бутыли, результат оставался нулевой. Сильф вертелся в своей стеклянной темнице и давал бесполезные советы под руку.

— Да помолчи ты, — зашипела я и уселась на пол. — Тут от своих мыслей деваться некуда, так ещё ты галдишь поперёк.

В комнате немного посмурнело. Отвлечённая раскупориванием элементаля, я забыла про светляков. В таком свете артефакторная немного напоминала погреб одной корчмы в Элеге, где я отработала всего декаду, потому что рядом отстроили богатый постоялый двор, и хозяину пришлось закрыться. Так себе местечко, но я вдруг вспомнила, как на кухне опускали бутыль в горячую воду, чтобы справиться с присохшей пробкой.

Гм… Ещё один светлячок, теперь крошечный, сорвался с пальцев. Я подвела его к горлышку и пустила кругом, чтобы грелось равномерно. Вцепилась в пробку и стала тянуть с таким усердием, будто внутри последний глоток воды в городе. Кажется, ползёт! Ну же… Давай-давай-давай…

С громким «пык!» та выскочила. Я по инерции опрокинулась на спину, бутылка выскользнула, но не разбилась, к счастью. С громким стеклянным перестуком она прокатилась по полу и замерла. Из горлышка засочился голубоватый дым, из него вылепилось облачко и зависло в воздухе, дёрнулось в одну сторону, в другую, облетело вокруг меня.

— Ну и ну, ну и дела, — теперь голос сильфида звучал куда бодрее. Он жизнерадостно запищал: — А изнутри ты прямо уродиной казалась!

Я цокнула:

— А ты снаружи был похож на жижу, — подобрала бутылку, заткнула и вернула на место. — Свою часть уговора я выполнила. А теперь, дорогой мой фамилиар, веди нас в главное хранилище.

— Сначала дай мне имя.

— Пусть будет Пак.

— Чего?.. — заканючил сильф, которому моя поспешность не понравилась. — Это что за имя такое? Мне нужно что-то звучное, величественное, чтобы язык устал произносить!

— Не хочу, чтобы мой язык уставал чего-то там произносить. И вообще, пока ты сидел в заточении, мода на имена серьёзно поменялась, — вдохновенно соврала я. — Теперь чем короче, тем величественнее. У королей вообще имена в одну букву. Считай, я выказываю тебе величайшее уважение таким прозванием.

Облачко задрожало и поднялось к потолку.

— А как звучит твоё имя? — с подозрением спросил сильф.

— Дарьяна. Дарианна Шасоваж даже. — Я в нетерпении замахала руками и шикнула: — Давай уже, шевелись, пока никто не нагрянул.

— Хм… Длинное. Значит, моё имя лучше, — заключил он.

Кажется, этот факт его полностью устроил. Облачко метнулось вверх, расплескалось по потолку и втянулось в него. Спустя миг на этом месте бледным свечением очертилась рамка.

— Сюда, — пискнул сильф.

Глава 24

Я развела руки в стороны, приняла стойку Левинца (положение для вертикальной левитации, параграф 17 практического руководства Аэри за первый курс), отпустила лишние мысли и с улиточной скоростью оторвалась от ковра. Летать — всё равно что стоять в бушующем море на куске деревяшки, что так и норовит опрокинуться. Меня сразу же закачало из стороны в сторону.

— Ну и позорище, — презрительно сказал Пак. — Давай подсоблю, что ли.

Раньше, чем я рот раскрыла, вокруг тела возник еле заметный белесый ореол, будто всю мою кровь заменили на лунный свет. Вверх дёрнуло так, что с ноги соскочила туфля и только чудом не угодила в стекло. Я треснулась головой об люк и взвыла:

— Ты!.. Поаккуратнее можно?

— Ха-ха, про люк-то я и забыл, — ничуть не раскаиваясь, отозвался Пак.

Висеть так было страшновато, я прижала ладони к потолку, словно в случае чего могла ухватиться за него. Дёрнулся люк, натужно скрипнул и открылся. Меня потащило в него, только и успела, что прижать руки к телу.

Пак особо не церемонился, просто дал мне мешком свалиться на пол. Вдобавок к ушибленной макушке заныло отбитое бедро.

— Ну ты и м… — Я подняла голову и забыла про ругань.

Нет нужды приманивать светляков, в этой небольшой комнатке и без того хватает света. Прямо передо мной высился пьедестал из гладкого чёрного камня, а на нём — пузырём дрожала и переливалась всеми оттенками пламени сетка из тонких огненных струй.

Не отрывая от неё взгляда, я встала. Стащила вторую туфлю и подошла, осторожно ступая по скрипучим половицам.

— Фу, — высказался сильф, но я не особенно понимаю, о чём именно.

Обхожу пьедестал со всех сторон, и со всех он выглядит одинаково. В крупных ячейках сетки виднеется тёмный предмет. То, ради чего я здесь. Зерцало Гайи.

Стучу по подбородку, разглядываю огненный кокон так и эдак. Пламя рукотворное, неизвестный маг здорово постарался. Моих скудных знаний не хватает даже на то, чтобы понять, как это свободный огонь может столько времени существовать без аккумулирующих предметов. Впрочем, — тут взгляд снова упирается в зеркало за сеткой, — не может ли сама реликвия быть источником для своей