Ангел-Хранитель, или Никогда не работай в библиотеке - Наталья ДеСави

— Слабо как-то закрыта. Тут пару раз дернуть, она и отвалится.

Я подошла, дернула, но дверь не поддалась.

— Видимо, замок хороший или врезан на совесть. Давай посмотрим окна.

— Может, кто-то форточку не закрыл? — съехидничал Денис. — Быстро усохнем и просочимся внутрь.

— Не ерничай, а лучше окна осмотри.

После недолгого обхода стало ясно, что и окна все были плотно закрыты. Даже все форточки и микропроветривания были задраены на полную. Мы отошли на середину двора и стали осматривать здание.

— Вон, — я показала рукой на второй этаж, — видишь, открытое окно?

Денис задрал голову и стал всматриваться туда, куда я показывала.

— Это второй этаж. Как ты собираешься туда попасть?

Я внимательно осмотрела стену. Гладкая кирпичная стена не имела никаких лестниц или выступов, по которым можно было взобраться. Но через одно окно находился козырек над входом в подъезд.

— Я заберусь на козырек, через него пройду по карнизу до нужного окна.

— С ума сошла? Там схватиться не за что, тем более карниз узкий, на него нормально не встать. Давай я это сделаю, у меня нога меньше, чем твоя ласта.

Я посмотрела на ноги Денису, потом на него самого.

— Не пущу, даже не проси. Это я втравила вас в эту историю с поимкой героев.

— А если сорвешься? — Денис схватил меня за рукав. — Что мама скажет?

— Мама скажет, что я заботилась о младшем брате.

Я не стала ждать ответа, разбежалась, подпрыгнула и уцепилась за край козырька. Упершись ногами в стену дома, подтянулась и забралась на крышу. Денис стоял внизу, боясь сказать лишнее слово, чтобы не спугнуть и не дать мне сорваться. Я примерилась, схватилась за край ближайшего окна и сделала первый шаг на карниз. Тот оказался намного тоньше, чем я предполагала, и мой тридцать восьмой размер мог только носком найти опору. Прижавшись к стене и схватившись руками за выступы окна, я сделала еще один шаг. В этот момент налетел ветер, закружил вокруг белые хлопья тополиного пуха. Пух залетел в нос. Захотелось чихнуть. В носу свербило все сильнее. Я сделала тяжелый выдох, и пух вылетел. Дышать стало свободнее. Еще два шага, и я миновала окно. Оставался проем шага в два, где у меня не будет опоры створок окна, за которые можно схватиться руками. Я повернула голову, прижалась щекой к холодной кирпичной стене. Первый шаг был очень маленький. Совсем крошечный, но мне показалось, что это был огромный скачок вперед. Вжимаясь всем телом в стену, я, как гусеница, проползла телом вслед за ногами. Еще один шаг. Я у края карниза. Протянув руку вперед, я нащупала створку окна, толкнула ее, но она не поддалась.

— К себе, — снизу раздался тихий оклик Дениса.

«Идиотка! Как я не могла предугадать, что окно открывается не внутрь, а наружу. На Ваське же одни старые здания, о стеклопакетах особенно в библиотеке и не слышали», — ругала я себя. Но деваться было некуда, назад идти было невозможно. Я протянула руку, нащупала створку окна и потянула на себя. С тихим скрипом оно открылось, чуть не ударив меня по носу. Рукой я нащупала оконную раму, а за ней подоконник. Перекинула ногу вперед. Теперь наполовину я была около нужного окна. Я глубоко вдохнула, отпустила левую руку и, прижав голову, проскочила под оконной рамой.

Теперь я висела на двух руках, одной держась за ручку окна, второй за подоконник. Ноги скользили по стене, пытаясь найти край карниза. Одной ногой я нащупала опору и смогла подтянуться. Еще минута ушла на то, чтобы спуститься и открыть дверь.

Денис огляделся по сторонам и юркнул за мной в черное служебное помещение библиотеки. Включив фонарик на телефоне, я провела им по стенам. Подсобные помещения казались таинственными и пугающими без сотрудников, снующих туда-сюда по своим делам. Раньше Денис представлял, что быть на кладбище ночью — это самое страшное, что может быть. Оказывается, быть в таком тихом и спокойном месте, как библиотека тоже может быть страшно. Не дойдя до основного читального зала, где стояли стеллажи и столы для читателей, свет фонарей высветил дверь. Она значительно отличалась от других, ведущих в разные кабинеты служащих и библиотекарей. Если все двери были пластиковые или деревянные, то эта выглядела массивно, была черного цвета. Я дотронулась до нее. Рука скользнула по железу.

— Холодная, — удивленно посмотрела я на свои пальцы.

Денис тоже провел рукой по двери.

— Действительно, холодная. Но это, наверное, признак того, что нам именно сюда. Вероятно, что души или что там есть у героев, хранятся в особенном месте, а холод помогает их сохранять или удерживать.

— Как криокамера, что ли?

Денис кивнул.

— Я технологии не знаю, но вполне вероятно. У меня другой вопрос. Даже два.

— Ну?

— Как мы попадем внутрь? И как выглядит то, что нам нужно?

— Один лучше другого, — я задумалась. — Я рассчитывала, что тут кто-то будет, и нам помогут. А так сами будем искать. Помнишь, нам фонарики показывали? Антон ее наверняка в этот фонарик-то и засунул.

— Ну потом же он должен был куда-то все это выгрузить? Не будет же он ее таскать.

— Ладно, это потом. Сейчас давай посмотрим, что с дверью делать.

Мы склонились, пытаясь найти замочную скважину. Но как мы не светили фонариками, как ни щупали дверь, даже маленького выступа или ямки не нашли. Будто она была целиком отлита и единой массой встроена в проем.

— Слушай, а у меня еще один вопрос, — Денис бросил гладить дверь и прислонился к стене, — а тут ночных охранников нет? А то мы тут так громыхаем, что просто жуть.

— А я думал, уже и не спросите, — раздалось из дальнего угла. — Стою здесь добрых полчаса, а меня никто не то, что не замечает, так еще и даже о моем существовании никто и не догадывается.

Я отскочила от двери, встала перед Денисом и посветила туда, откуда доносился звук. В коридоре, около узкой ниши, которой мы и не заметили, стоял Семен Сергеич.

— Семен Сергеич, а вы как здесь? — выглянул из-за моего плеча Денис.

— Вы же куда-то далеко уехали, — опуская фонарик от лица дворника, спросила я.

— Уехал. И достаточно далеко. Только что вы здесь делаете? Ночью, когда библиотека закрыта.

Денис подбежал к Семену Сергеичу.

— Юльку украли! Понимаете, они, — он показал на меня, —