Довод для измены - Ария Тес

Я выгибаю брови, смотрю на нее и жду, пока посмотрит в ответ. А она посмотрит. Даже если отмести весь мой опыт с женщинами, это просто логично! Все всегда чувствуют мой взгляд и отвечают.

Женечка не исключение. Ну как? Почти.

Она вздыхает, еще пару мгновений трет пальчиком по кругу, а потом вдруг вскидывает полыхающий взгляд и шипит.

— Что ты смотришь на меня так?! Дыру протрешь!

Очень хочется пошутить, что одной дыры для одного вечера и без того много, но я разумно не позволяю себе такой унизительной колкости. Что, собственно, и странно. Обычно мне насрать, я с женщинами не церемонюсь, а тут все иначе.

Мне не хочется ее ранить.

— Что тебя так беспокоит? Я уже объяснил, что этот контракт необходимость, а не моя прихоть или попытка тебя оскорбить.

— Я не буду болтать.

— Исключено.

— Но…

— Женя, — твердо, — Ис-клю-че-но.

Девочка сразу тупит взгляд. Снова. Она хмурится, словно сейчас заплачет, и меня снова колупает изнутри.

Да твою мать!

Как полный кретин я подхожу обратно и опять присаживаюсь рядом, потом поднимаю ее лицо за подбородок и да, нахожу в глазах застывшие слезы.

Черт-черт-черт.

— Почему ты так реагируешь? Ты же умная девочка, все понимаешь.

— Это…неправильно.

Режет слух.

Даже не ее тихий голосок, а слово.

Раньше никогда не задумывался об этом, но действительно: а правильно ли это? По сути своей, все что я делаю — неправильно. Когда-то давно я не хотел изменять своей жене. Это честно. Мои родители никогда в такой грязи не купались. Тоже честно. Отец против моего стиля жизни — да. Мама? Тем более. Но они друг друга любят со школы, и пусть у них были тяжелые времена, эту любовь пронесли сквозь года.

Я тоже думал, что смогу, но, наверно, на одну семью всегда выделяют всего одну удачную партию. У меня все пошло по звезде с самого начала.

Неправильно.

Я долго подбирал слово, которое крутилось на языке, когда я думал о своей жене. Неправильно. Малышка Женя, ты смогла его подобрать за секунду, поздравляю.

Однако, вся эта философия дело десятое. Это неважно. Я сам в этом не хочу копаться, и ты не будешь.

— Прости, малыш, но ты его подпишешь. Другого варианта нет.

— Хорошо, но у меня есть условие.

О, а это уже любопытно. Усмехаюсь, отстраняюсь, сложив руки на коленях, киваю. Ну давай свои условия. Увеличить содержание? Легко. Купить машину? Квартиру? Посмотрим. Может быть ты задержишься рядом со мной дольше, чем я думаю, и тогда получишь даже такие жирные куски, я…

— Я хочу, чтобы ты исключил графу о…вознаграждении.

…Какого хрена?

Я уже и не помню момента, когда меня удавалось поставить в такой жирный тупик. Непроглядный звездец. Что она сказала?! Мне не послышалось?!

— Прости…что ты…

— Я готова подписать соглашение о молчании, но не готова подписывать купчую.

Гордо заявляет и нос задирает высоко, мол, сильная и независимая, а я понять не могу: ты дура? Ты хоть понимаешь, кого тебе удалось заарканить?! Какие сливки ты можешь снять с наших отношений?! Я ведь не шутил насчет тачки и квартиры — могу и есть все вероятности, что сделаю. А она мне заявляет…

— По рукам?

И лапку тянет.

Твою мать. Я хочу ее трахнуть снова.

— Ты понимаешь, что ты делаешь? — аккуратно, тихо интересуюсь, Женя хмурится.

— В смысле? Так тоже нельзя что ли?

— Это просто глупо.

— Что конкретно? — заводится, а я то как завелся!

Смотрю на нее и секунды про себя считаю, когда снова завалю на простыни и вопьюсь в ее тело зубами.

Шикарное тело, надо сказать. Аж дергает, когда я вспоминаю красивую, упругую грудь с розовыми сосками, тонкую талию, потрясающую линию пресса на плоском животике.

Ямочки на пояснице.

Черт…

— У меня много денег, и ты можешь поторговаться…

— Не смей так говорить!

— Женя, это…

— Не глупо! Я не продаюсь! Или сохранять достоинство считается глупость?! Тогда всегда пожалуйста! Я дура!

Нет, я тебя точно сейчас трахну. Клянусь. Чисто для того, чтобы убедиться, что ты действительно реальна, а не плод моей больной фантазии…

Но совершить акт этой самой больной фантазии мешает стук в дверь. Я рассеяно поворачиваюсь, Женечка сразу в одеяло кутается — и это мило. Уже смешно даже. Что я и делаю — посмеиваюсь, встаю и иду открывать: это мой помощник. Привез кое что по моей просьбе. Для нее. И если по началу жест был скорее для галочки, сейчас я рад, что решился.

Возвращаюсь обратно с букетом розовых роз. Хотел заказать белые — они ведь символ чистоты и все такое, однако показалось, что это снова будет насмешка. Поэтому розовые. Тоже нежные, как она сама, и такие же красивые.

Не помню, когда в последний раз дарил цветы женщине, если не считать маму. Вообще, раньше я часто дарил цветы — мне это искренне нравилось, — но когда не получаешь фидбэка, быстро затухаешь. Сейчас я получил такую обратную связь, что она меня чуть ли не с ног сбивает.

Потому что Женя покраснела, глазища свои расширила и, кажется, перестала дышать. Смотрит восторженно, а на губах прячется такая же улыбка, полная счастья.

Неужели? Тебе так мало нужно для счастья, девочка?

— Это…мне? — шепчет, я еле сдерживаюсь от нового смешка.

Нет, блин, горничной.

Ну да ладно. Снова проглочу сарказм, не хочу пачкать им этот момент.

Аккуратно протягиваю, потом сажусь рядом и тянусь к ней, чтобы оставить поцелуй.

И вдохнуть запах волос. Этих чертовых волос, что свели меня с ума…

— Прости еще раз, что все так вышло. Я не хотел делать тебе больно.

Искренне.

Я этого действительно не хотел. Ну же, посмотри на меня, малышка Женя. Скажи, что ты веришь.

И она верит. Когда поднимает глазки, я внутри весь вибрирую. Она так улыбается мне открыто…

— Я сама не сказала…

Ты точно мираж, потому что я не знаю женщин, способных признать собственные ошибки и не переложить полностью ответственность на мужские плечи.

Не знаю.

И это здорово в тебе подкупает. Поэтому я снова не жалею, когда кладу рядом прямоугольную коробку с телефоном, о котором мечтают все.

Женя расширяет глаза.

— Это…

— У меня есть телефон, Влад!

Ты серьезно?! Точно