Не ищи меня - Луна Лу

Вивьен звучала громче, бормоча что-то и смеясь. Он зачем-то потянул ручку и вошел в комнату. Ви лежала в кровати лицом в подушку. Похоже, спала. Когда он подошел ближе, она вдруг перевернулась на спину, шепча нечто неразборчивое, и Джаред застыл, неспособный оторвать взгляд. Слабый свет уличного фонаря пробивался сквозь окно, позволяя различить очертания женственных изгибов под тонкой тканью пижамной маечки и штанов. Взъерошенные волосы хаотично рассыпались по подушке и лицу, а длинные ресницы и прикрытые веки подрагивали, словно от порывов ветра.

– Не надо… – промычала во сне Вивьен. – Ненавижу майонез…

Миллс не сдержал смешок, тут же прикрыв рот кулаком. Он понятия не имел, что́ могло ей сниться про майонез, но понял: глазеть на спящую девушку – как-то ненормально, и развернулся к выходу.

– Джей?.. – услышал за спиной и замер.

Виновато поджал губы и прошептал:

– Я тебя разбудил? Прости.

– Что ты тут делаешь? – спросонья недоумевала Вивьен.

Джаред слегка растерялся, понимая, что ответ «Пялился, как ты спишь» прозвучит как минимум странно. Он почесал затылок и пожал плечами:

– Ты говорила во сне. Я подумал, что…

– О боже! Я сказала что-то непристойное? – Она стыдливо прикрыла руками вспыхнувшие в темноте щеки. Вспомнив содержание сна, Вивьен подумала о худшем.

– Эм… нет… кажется. – В его голосе проскользнула усмешка.

– Эй! Издеваешься?!

Вивьен возмущенно бросила подушку в темную фигуру напротив кровати, но Джаред ловко увернулся. Посмеиваясь, он поднял подушку и присел у ног Ви.

– Ты всего лишь сказала, что ненавидишь майонез. Мне показалось, это забавно.

Привыкнув к темноте, Ви различила, как он улыбнулся, и облегченно выдохнула.

– Ну да. Это правда… – признала она, натянув одеяло до груди.

– Что тебе снилось? – сам не понимая зачем, поинтересовался Миллс. Просто хотелось находиться рядом с ней. Говорить. Смотреть. Слышать. В его сонном сознании и изнуренном теле не осталось сил бороться с такими простыми желаниями.

Вивьен призадумалась, потерев лицо. Лучшая ложь должна основываться на правде. Она не могла выдать ему все содержание сна, только часть.

– Помнишь, как на каникулах в Такоме ты для всей компании делал те тосты с майонезом? Говорил, что это самый крутой студенческий перекус?

– Помню, – усмехнулся Джаред приятным воспоминаниям. – Ты единственная вызвалась мне помочь тогда. И кажется, тебе они тоже нравились?

– Ага… – Вивьен с головой спряталась под одеялом и глухо призналась: – Я соврала. Прости.

– Что? Зачем? – не понимал Миллс, но не мог перестать улыбаться. Поведение Ви его забавляло.

Она молчала, сбито дыша. Джаред уже собирался стянуть с нее одеяло и повторить вопрос, но тут послышалось то, чего он совершенно не ожидал:

– Тем летом… я вроде как… запала на тебя.

Удивление застряло комом в горле, и Миллс кашлянул, вскинув брови. Не знал, как реагировать, поэтому глупо переспросил:

– Что?

Но Вивьен вновь замолчала, и тогда он потянулся и стащил одеяло, чтобы посмотреть ей в глаза. Копна рыжих волос распушилась и спуталась, пристав к лицу. Отведя их за уши, Ви присела на кровати. Выжидающий взгляд Миллса прожигал сквозь темноту.

– Я не буду повторять, – нервно усмехнулась она.

– Извини, я просто… понятия не имел.

– Знаю.

– Мы почти не общались. И я… ну… – он замялся, думая, как бы тактичнее выразиться, – был слишком взрослым для тебя.

– Я в курсе, Джей. – Она кивнула, но все равно не могла поднять взгляд. – Ты просто не знаешь, каково быть пятнадцатилетней девчонкой.

– Очевидно.

Оба вдруг рассмеялись, но так же быстро спальня вновь затянулась неловким молчанием, пока Вивьен не нарушила тишину:

– Мои ровесники были озабоченными придурками, не знавшими о существовании дезодоранта, – усмехнулась она. – А ты был такой…

– Ви, ты не должна оправдываться. В подростковом возрасте происходит много необъяснимого.

– Просто не думала, что будет так неловко говорить об этом. Такая глупость, столько лет прошло… – прошептала Вивьен, перебирая между пальцами пододеяльник.

В это мгновение она ненавидела себя за слабость. Куда делась прежняя уверенность, когда была так нужна? Почему детские чувства, которые прошли давным-давно, заставляли сердце трепетать теперь? Как полная дура, она даже не осмеливалась удержать зрительный контакт дольше чем на долю секунды.

Джаред слегка наклонился ближе и опустил ладонь на ее ногу, мягко поглаживая и борясь с порывом вернуть на место спавшую с худого плеча тонкую лямочку майки. Даже без яркого света в комнате он видел пунцовое смущение на лице Вивьен, совсем как тем летом, когда они случайно пересекались в доме или в саду и обменивались дежурными фразами. Только раньше он не придавал этому особого значения, сочтя ее обычной застенчивой девочкой. Миллсу и в голову не приходило, что у ее растерянности была иная причина.

– Боже… – вдруг проскулила Вивьен, качнув головой. – Ты, наверное, теперь думаешь, что я одержимая тобой идиотка. Явилась спустя годы и…

– Нет, Ви.

– Честное слово, я забыла о тебе сразу, как вы уехали и началась учеба.

– Обидно, – пошутил Миллс, за что получил коленкой в бок.

– Очень смешно, – съязвила Вивьен, с вызовом подняв глаза и встретив взгляд, не перестававший сверлить ее в темноте.

– Прости, что заставил тебя чувствовать все это.

Не выдержав, она вновь потупила взгляд и поджала губы, подавляя глупую улыбку.

– Вообще-то… спасибо. Ты вроде как подарил веру, что не все парни безнадежны.

Миллс вновь рассмеялся. Каким-то образом он оказывался все ближе к Вивьен, а его рука, словно существуя отдельно, зачем-то поглаживала ее ногу, ощущая, как девушка вздрагивает каждый раз.

– Всегда пожалуйста. – Его низкий голос прозвучал приглушенно в ночной тишине.

– Знаешь… Всем моим одноклассницам уже нравились парни в том возрасте, и я думала, что, может, мне просто не нравятся мальчики. Я даже из интереса поцеловалась с подругой. Это было приятно, потому что она любила жвачку со вкусом жвачки… Но нисколько не близко к тому, что я ощутила, увидев тебя летом без футболки…

Осознав, что ляпнула, Вивьен больно прикусила губу. Она не понимала, какого черта ее рот выпускал неуместные откровения, о которых никто не спрашивал. Проклятая привычка говорить все, что на уме! Казалось, от накрывшего стыда она вот-вот вспыхнет вместе с кроватью и всей комнатой. Вивьен снова спряталась под одеялом, свернувшись в клубок.

– Ты видела меня тогда без футболки? – недоумевал Миллс, хотя, очевидно, это было не единственное, что его удивило.

– Нечего было оставлять дверь гостевой комнаты открытой, когда переодевался, – послышался приглушенный бубнеж.

Смутные воспоминания о давних событиях, которым Джаред не придавал значения, просыпались в голове и обретали новые краски. Смешанные чувства бурлили в груди. Непрошеная улыбка расползалась по лицу, прикрытому ночным мраком.

– Ты подглядывала?

– Нет! Не специально… – пробормотала она.