Варрэн-Лин: Сердце Стаи - Юна Ариманта

class="p1">В этот раз завершающее удовольствие не было столь же коротким, как раньше. Огненные брызги экстаза вспыхивали в ее теле ритмичными волнами, с каждым толчком его пальца внутри нее поднимая наслаждение на новую вершину. Динка, не осознавая движений своего тела, выгнулась и сама насаживалась своим отверстием на подставленный палец, сжимая его и чувствуя его внутри себя каждой клеточкой. Наконец, удовольствие стало угасать. Динка обессиленно прижалась к мужской груди, в которую упиралась носом, растекаясь безвольной тряпичной куклой в сильных руках. В заднем проходе саднило, но демон, заметив перемену в ее поведении, уже убрал руки из ее штанов и отстранился.

Динка, все еще вздрагивая в остаточных разрядах удовольствия, подняла мутный взгляд на своих мучителей. Шторос встал на ноги и смотрел в глаза Тирсваду. Тирсвад, все еще крепко прижимая ее к себе, выглядел потрясенным. Оба были раскрасневшиеся, взъерошенные и тяжело дышали. Затем Шторос, ничего не говоря, засунул в рот пальцы правой руки, которыми минуту назад ласкал ее между ног. Посасывая их, он отошел в сторону и растянулся на траве у костра. Тирсвад разжал руки, и Динка скатилась с его груди на землю между его ног. А затем поспешно отползла в сторону.

— Получилось? — с любопытством спросил Хоегард, нарушив тишину.

— Более чем… — буркнул Тирсвад, вставая и подходя к костру. — Жрать охота, — добавил он, стягивая с костра нанизанные на заточенные веточки куски вяленого мяса.

— Иди тоже поешь, — обратился Вожак к Динке, протягивая ей палочку с разогретым мясом.

От его взгляда Динка готова была провалиться сквозь землю. Вот сейчас он сидел тут и смотрел как она бесстыдно стонет и выгибается от развратных прикосновений Штороса. Это было просто невозможно пережить. Но есть хотелось до смерти. Желудок требовательно заурчал, и рот наполнился слюной от запаха мяса. Динка, потупившись, подошла к Вожаку и опустилась на колени у его ног. Но Вожак никак не выказал своего неодобрения. Протянул ей палочку с нанизанным мясом, горбушку хлеба и… ласково потрепал по макушке.

Динка вжала голову в плечи от прикосновения его большой теплой ладони. Если бы она хотела, чтобы кто-то из демонов прикасался к ней, то это был бы Вожак. Но сейчас его невинная ласка вызвала в Динке такой прилив стыда, что она уклонилась от нее.

Глава 7

Наевшись, демоны расслабленно лежали на траве вокруг костра и вели неспешную беседу, уже не вспоминая о недавнем и не обращая на Динку внимания.

— Куда дальше? — спросил Тирсвад, отбрасывая палочку, на которой недавно было мясо.

— Думаю, надо затаиться на время. Ситуация становится слишком серьезной, — проговорил Вожак. — Дальше за этим лесом начинаются Мшишкинские болота. На карте обозначено, что там топи. И где-то там есть «проклятое» место. Гвардейцы вряд ли рискнут туда сунуться. А нам нужно искать дверь домой.

— Тогда и нам нужен проводник, — возразил Тирсвад.

— Рядом с болотами есть деревня. Наверняка там найдется знаток безопасных троп, — вставил Хоегард.

Шторос в дискуссии не участвовал. Он разгладил на колене сорванные со стены листовки и внимательно разглядывал их.

— А я красавчик! — невпопад заявил он, поднимая один из листочков и демонстрируя всем портрет, нарисованный на нем. Там довольно реалистично были прорисованы яркие зеленые глаза и полные чувственные губы.

— Просто ты больше всех запомнился свидетельницам, — фыркнул Хоегард.

Динка с любопытством вытянула шею, пытаясь разглядеть что там еще нарисовано. Заметив это, Шторос поманил ее к себе. Динка колебалась, но любопытство пересилило, и она подползла к лежащему Шторосу, заглядывая ему через плечо.

— А если в этой деревне тоже уже висят листовки, — продолжил Тирсвад. — Или, еще хуже, ждет засада.

— Какие у нас есть еще варианты? — спросил Вожак.

— Читать умеешь? — тихо спросил Шторос Динку, протягивая ей листовку, где под его портретом было что-то написано. Динка отрицательно покачала головой. Демон смерил ее презрительным взглядом.

— Мы не из вашего мира, и то уже научились. А ты живешь тут всю жизнь и до сих пор не умеешь… — он, скривившись, сплюнул на траву, и вырвал листовку из ее рук. Динке вдруг стало неуютно. Никто никогда не укорял ее в том, что она не умеет читать. В ее деревне вообще к грамоте относились настороженно, считая это умение не только лишним, но и вредным. Но в голосе демона сквозило такое разочарование и пренебрежение, что Динке захотелось заплакать. Она не понимала, когда вдруг мнение чудовища о ней стало для нее таким важным.

По другую сторону костра продолжалось обсуждение дальнейших планов.

— Если жители деревни в курсе того, что нас разыскивают, то они могут донести на нас, могут отказаться выдать нам проводника. А если мы будем действовать силой, то проводник может завести нас в топь. Идти туда слишком рискованно, — рассуждал Хоегард, а остальные его внимательно слушали. — Сначала нужно разведать обстановку и выяснить насколько там безопасно.

— А что если… — Тирсвад метнул быстрый взгляд на Динку.

— Исключено, — тут же отрезал Вожак, проследив за направлением его взгляда.

— Ты не доверяешь ей? Думаешь, она может нас сдать? — Тирсвад пытливо смотрел на лицо Дайма.

— Думаю, это будет выглядеть подозрительно, — вставил Хоегард. — Если в деревню придет одинокая юная девушка без сопровождения и попросит провести ее сквозь трясину.

Все трое снова задумались.

— К тому же, ее могут обмануть, ограбить, убить. Она совершенно не в состоянии постоять за себя, — добавил Вожак. — А мы будем тут ждать, и не будем знать что происходит.

— А если она будет не одна, — включился в беседу молчавший до этого Шторос.

Вожак покачал головой:

— Мы слишком узнаваемы, и наши рожи уже развешаны по всем столбам.

— Нет, постой! Шторос дело говорит, — возбужденно приподнялся над землей Хоегард.

Все взгляды обратились на него.

— Они ищут банду четверых убийц, так? — начал Хоегард, оглядывая товарищей. — И если в деревню придет парочка мужчина и женщина, скажем брат и сестра или муж и жена, то это не вызовет подозрений. Мало ли таких бродит по свету.

— И это двое попросят провести их сквозь трясину? — скептически отозвался Тирсвад.

— Ну, а что такого? Мало ли… Брат с сестрой приехали родителей престарелых навестить в эту глушь, — не сдавался Хоегард.