Исцеление любовью - Елена Северная

— Ты, кажется, собирался в ИМЕНИЕ, вот и езжай туда.

— Я поеду. Но один.

Вейден развернулся и хлопнул дверью.

— А теперь, что скажешь? — командор сверлил глазами мага.

— То и скажу — я ничего не увидел, — буркнул Торен. — Неужели бы я скрыл?

— Но ведь нельзя сегодня — люблю, а завтра — ненавижу!

Николас стукнул кулаком по столу. Органайзер подпрыгнул и жалобно тренькнул, рассыпав ручки по полированной поверхности. Торен осторожно поставил все на место.

— И потом, Ваше Высочество, все мы знаем, как полковник Мар к женщинам относится. Он же их использует для слива…эм…накопившейся сексуальной энергии. А тут проявились такие чувства к маленькой тощей девчонке. Вот это, действительно, странно.

— Ты же сам её осматривал.

— Осматривал. Но я не менталист! Я не могу пролезть в мозг!

Николас надолго задумался.

— Хорошо. Я дня через 2 во дворец еду. Заберу её с собой. Там менталисты есть, пусть посмотрят.

— Кхм…Ваше Высочество, я тоже…не хотел бы…с ней встречаться. Следующим опутанным быть не хочу.

Принц махнул рукой.

— Оставьте её в покое. Пусть сидит под приглядом Эстер.

Глава. 24.1

Катя.

Катя пришла в себя. Голова раскалывалась, она попробовала открыть глаза и тут же опустила веки от невыносимой рези. В мозгу чертенята отплясывали чечетку, предварительно напакостив во рту. Язык, казалось, распух и присох к нёбу. Каждый вздох давался тяжело. Тихо отворилась дверь и в комнату кто-то зашел.

— Как она?

Катя узнала голос принца. Ему отвечал Самоли.

— Сильнейшее нервное истощение.

— Сколько понадобиться времени для восстановления?

— Как только придет в себя- дня 2.

— Мне нужно, чтобы к завтрашнему вечеру она могла передвигаться. Послезавтра во дворец прибывает делегация леар, мне нужно быть там. Я хочу забрать Кати. Здесь ей делать уже нечего.

— Ваше Высочество, все в руках Создателя.

— В крайнем случае, подготовьте капсулу.

— Как прикажете. А полковник Мар? Он её отпускает? Я не хочу погрома у себя в больнице.

— Полковник Мар отказался от неё, не беспокойся за свою больницу.

Сердце Кати пропустило удар, потом ещё один, в ушах колокольным звоном гремели слова принца: «Он отказался от неё». Это было не больно. Это было уничтожающе. Всего 4 слова, но они вдребезги разбили душу, расковыряли огненными кинжалами осколки и бросили в смертельную печь как шихту в печь стеклодува. Всё. Жизнь остановилась, закончилась и рассыпалась на мелкие осколки. Зачем вообще жить в этом мире ТЕПЕРЬ? Она не просила её сюда перетаскивать, ну и осталась бы много лет назад там, в своем мире, на асфальте, раздавленной колесами автомобиля. Что поменялось? Судьба дала ей несколько лет, чтобы ударить побольнее?

Один посетитель вышел, Катя почувствовала, как ей помазали губы горьким раствором. Она застонала.

— Кати, детка! — обрадовался Самоли. — Пришла в себя! Не открывай глазки, я тебе сейчас зелья восстанавливающего дам, полегчает.

Он приподнял голову девушки и поднес к губам стакан с прохладной киселеобразной жидкостью. Она была холодная и неимоверно вкусная. Кати с жадностью пила, с каждым глотком увереннее, избавляясь от привкуса чертовской пакости во рту.

— Вот, умничка! — лекарь аккуратно опустил её на подушку и вытер губы салфеткой. — Теперь — спи. Сон для тебя сейчас главное.

На Кати приятной волной накатило безразличие, все происшедшее казалось пустым и ничего не значащим. Её бросили? От неё «отказались»? Да пошло оно всё к черту…Сон мягкими лапами обнял и нежно баюкал. Катя просыпалась, пила отвар и опять падала в омут всепоглощающего сна. Там было спокойнее, в грезах, где она по-прежнему чувствовала себя любимой, где жаркий шепот Вейдена ласкал слух, там он был с ней нежным, всё главное было там, в тягучем небытие, и возвращаться в жестокую реальность она категорически не хотела.

В такой же полудреме Катю забрала леди Эстер, одела и теперь они шли по коридорам крепости в сопровождении охраны. Сознание лениво отметило количество охранников и то, как они с некоторой долей опаски поглядывают на неё. Отметило и махнуло хвостом. Пусть смотрят, главное не лапают. Конечной точкой пути оказался портальный зал, где уже во всю горело пламя перехода. Леди Эстер подхватила её под руки и потащила за собой в магический огонь.

Тело распалось на мельчайшие частицы и Катя всеми силами сопротивлялась их соединению. Но сил не хватило и вскоре она оказалась в просторном холле под напряженным взглядом принца и взволнованным — леди Эстер. В зале были ещё люди, часть из них оживленно перешептывалась.

— Поместите леди Катарину в гостевые покои, — приказал принц, — и вызовите лекаря. Немедленно.

Как дошли до шикарных гостевых покоев, Катя не помнила, все осталось в тумане. Она обессилено опустилась на кровать и безразлично смотрела в одну точку, пока девушки-горничные переодевали её в ночную сорочку. С таким же безразличием девушка отнеслась и к осмотру лекарей и магов, один раз внутри что-то всколыхнулось и вялая боль обручем сдавила голову, но потом на её место пришла сонливость и последнее, что она услышала перед очередным путешествием в нирвану было сочувствующее:

— Поразительное нежелание жить.

Жить? А зачем?

Николас.

Николас спешил во дворец и хотя состояние Кати лекарь все ещё оценивал, как критическое, он настоял на её перемещении. Девушку окутали магическим покрывалом и леди Эстер ввела её в портал. Но на выходе Кати не появилась. Николасу пришлось воспользоваться своей магией и магией портальщиков, чтобы выловить Кати из эфира и заставить её материализоваться. Душа девушки увертывалась и отбивалась, стоило немалых усилий вернуть её.

И теперь, выслушав вердикт лекаря, Николас смотрел на своих магов и менталистов.

— Ну? А вы что скажете?

Первый высказался старый эльф, он был такой древний, что уже давно никто не помнил его возраста.

— То, что я Вам скажу, предназначено только для Ваших ушей.

Принц перевел взгляд на другого менталиста.

— У девочки нет преступных намерений. Её мозг чист.

— Маги? — принц взмахом руки отпустил менталиста.

— У девочки очень большой резерв, практически неисчерпаемый. Склонность к какому виду магии определить сложно, нужен ритуал, но одно можно сказать с уверенностью — в наших руках неограненный алмаз, мы должны сделать из неё бриллиант! — выступил один из магов.

— Я согласен с коллегой, — вступил другой, — это бриллиант будет самым ярким не только в нашей империи, а, возможно и во всем нашем мире.

Николас кивком отпустил всех и остался с эльфом.

— Говори, Эдераль, я слушаю тебя.

Старый менталист, не спрашивая разрешения, опустился в кресло.

— Я знаю тебя, Николас, с