Магическая Академия - Оксана Гринберга

Потому что там был душ! Самый настоящий, с круглой лейкой над головой и кранами, один из них открывал горячую воду!

А еще на полочке лежал кусочек душистого мыла и стоял пузырек шампуня, а чуть поодаль, внутри массивного сундука, нашлась стопка чистых полотенец.

— Румо, ты должен это попробовать, — сказала я охотнику, притопавшему за мной следом в душевую. — Я уверена, что тебе понравится текущая с потолка вода.

«Не хочу! — буркнул он. — Не люблю воду».

— Но тебе давно уже нужно вымыться, — сообщила ему. — Если честно, от тебя несет псиной.

В Сирье, а потом несколько раз в Энсгарде я купала его в бадье — причем после долгих уговоров, лести и обещания вкусностей, — зато сейчас… Я зажмурилась от открывшихся передо мной перспектив.

— Вообще-то, это столичная академия магии, — добавила строгим голосом. — Ты не можешь расхаживать по ней грязнулей, так что — быстро в душ!

Он пробурчал что-то неразборчивое, но я все-таки затолкала его под теплую воду и отошла в сторону, дожидаясь, что будет дальше.

Ну что же, сперва последовало молчание, а затем я услышала восторженное:

«А можно я подольше постою под душем? Он похож на водопад в моем мире, но теплый, а не ледяной».

— Конечно же, стой! — обрадовалась я. — Только без меня из душевой не выходи, тебя надо будет хорошенько высушить.

Пока Румо наслаждался благами андалорской цивилизации, я разложила вещи, а затем прибыл курьер с новой партией одежды и ужином, который передала нам Стейси.

Уже скоро я старательно вытерла охотника из другого мира, навела порядок в душевой, после чего нас ждал настоящий пир.

А потом я решила, что все-таки стоит прогуляться по саду, и Румо, конечно же, отправился со мной.

В коридоре второго этажа мы никого не встретили, зато в гостиной на первом, в которой стояло несколько мягких диванов, я столкнулась с той самой девушкой с пятого курса, чье лицо я запомнила еще с момента вступительных экзаменов.

Именно она плакала в саду, и именно в ней я почувствовала присутствие Тьмы.

Зато сейчас я ничего подобного не ощущала — если только где-то очень и очень далеко.

На интуитивном уровне.

Об этом следовало поразмыслить, но девушка мне не позволила — встала на пути и сложила руки на груди, и Румо ее нисколько не испугал. Еще двое девиц — обе старше меня, наверное, с пятого курса, — тоже поднялись на ноги. И лица у них были не самыми добрыми, надо признать.

— Какой же надо быть, чтобы в открытую спать с нашим деканом и при этом еще и доносить ему на других? — полным презрения голосом заявила мне девица.

— О чем ты говоришь? — растерялась я.

— Почему ты наврала Ледяному Дрею, что я — шпионка? С чего ты это взяла? Что я сделала тебе плохого? Я все лето провела в лазарете, пытаясь прийти в себя после падения со скалы. Еще и жених меня бросил, потому что он якобы встретил свою истинную пару, а затем какая-то первокурсница меня оболгала…

— Ты не понимаешь! — расстроенно произнесла я. — Я не хотела ничего плохого…

— Знаешь что… Держись от меня подальше! — резко заявила мне девушка, затем развернулась и ушла.

Ее подруги немного постояли, после чего, сказав, что я не заслуживаю ни их внимания, ни того, чтобы учиться в этой академии, тоже разошлись по своим комнатам.

— Все получилось совсем не так, как я хотела, — расстроенным голосом сообщила я Румо, когда мы с ним вышли из общежития.

На Энсгард уже опустился вечер. В небе сверкали звезды, временами размываясь из-за слез, которые наворачивались мне на глаза, а в кустах словно сумасшедшие трещали сверчки.

— Эта девушка — носительница Темных, и я отчетливо это почувствовала, — говорила я, когда мы с Румо шли по дорожкам сада. — Кстати, как и с прошлым носителем, она тоже получила травмы. Только не на дуэли, а упав со скалы. Значит, она была в лазарете, и именно там Темные сумели пробраться к ней в голову и подчинить своей воле. Но, похоже, это не постоянное состояние, и они не всегда ее контролируют. Только тогда, когда им что-то нужно…

«И что из этого?» — спросил Румо, кажется, не успевавший следить за ходом моих мыслей.

— То, что нам стоит проверить всех студентов, кто летом попадал в лазарет. Мне кажется, таким образом мы найдем второго носителя. А может, их вообще намного больше…

Но вместо этого мы нашли Дрея Северина, который неожиданно появился из-за деревьев и встал у нас на пути.

— Интересно, что именно в моем приказе «оставайтесь в своей комнате» вам было непонятно, мисс Данн? — спросил он крайне недовольным голосом.

Хотя наши драконы, судя по радостным воплям Ри, обрадовались этой встрече.

«Дрей тоже доволен, ему нравится на тебя смотреть, — наябедничала мне Ринесса. — И еще думать всякое. Мне Валрес об этом сказал».

«А всякое — это какое?» — осторожно поинтересовалась я, и Ри тотчас же мне доложила.

От услышанного кровь прилила к щекам, по телу стал растекаться огонь, и я подумала…

Если Дрей Северин постоянно размышляет о том, как меня поцеловать, тогда почему он не сделал ни единого шага в этом направлении?

Сейчас этого тоже не произошло, хотя я ждала с замиранием сердца. Но вместо вожделенного шага навстречу Дрей произнес с вполне заметным раздражением:

— Дисциплина, как я посмотрю, не самая сильная ваша сторона, мисс Данн!

На это я… взяла и на него рассердилась. Ничего не свидетельствовало о том, что он собирался меня поцеловать, поэтому я нахмурилась и смело уставилась снизу вверх.

Дрей был высоким, этого у него не отнять, а еще немного устрашающим. Но страх перед ним давно уже сменился ожиданием чего-то прекрасного.

Того, что могло однажды между нами произойти.

Хотя вместо этого у нас произошел обмен колкостями.

— Зато у меня отлично получается находить приключения на ровном месте, — сообщила я ему. — А еще — находить деканов в кустах в самый неподходящий момент!

На это Дрей усмехнулся уголками губ, и… снова повисла тишина.

Но мой засланный шпион в стане врага — то есть Ри в голове нашего декана, которой все выбалтывал такой же разговорчивый Валрес… Так вот, Ринесса мне доложила,