Ее мятежник - Аманда Маккини

Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что где-то внизу его ждёт роскошная яхта, готовая в любой момент к бегству.

Помимо охранного освещения, в доме царила почти полная темнота, если не считать тусклого свечения где-то в глубине.

Едва я припарковала внедорожник, как из тени вышли двое мужчин с пистолетами наготове.

«Джастин. У нас компания».

«Охрана», — беспомощно прошептал Рон.

«Сколько их?»

«Трое. В любой момент».

«Оставайся здесь», — Джастин протянул мне свой пистолет. — «Если Рон пошевелится — стреляй ему в лицо».

Охранники были уже в шести метрах от нас, и с каждым шагом их решимость росла. Одетые в чёрное, они были высокими, крепкими и чертовски устрашающими.

Я кивнула, чувствуя, как колотится сердце. «Поторопись».

Достав запасной пистолет из бардачка, Джастин зарядил его и бесшумно выскользнул через заднюю дверь.

Бах-бах!

Оба охранника сложились, как карточные домики.

Моя дверь распахнулась.

«Выходим», — сказал Джастин, перезаряжая оружие. — «Время на исходе».

Воспользовавшись отпечатком пальца одного из охранников, мы вошли внутрь.

Едва я переступила порог, кровь застыла в жилах. Я почувствовала его присутствие. Ощутила зло, витавшее в доме. Помимо этого жуткого чувства, изнутри доносилась тихая, навязчивая инструментальная музыка.

Мы заткнули Рону рот банданой, чтобы он не кричал.

«Держись рядом», — тихо прошипел Джастин.

Без проблем.

Приставив пистолет к спине Рона, Джастин повёл нас через фойе, подталкивая его вперёд. Музыка становилась громче, низкий, жуткий стон виолончели пробежал мурашками по моим рукам.

Мы двинулись на свет — в гостиную, примыкавшую к кухне и выходившую на большой внутренний дворик. В центре комнаты располагалась зона отдыха с кожаными диванами, торшерами из цветного стекла и передвижным баром с хрустальными графинами. Большую часть стен занимали книжные шкафы. Рядом с входом стоял бетонный камин, достаточно большой, чтобы сжечь в нём тело.

Внутри него ревел огонь, потрескивая и шипя.

Мужчина в чёрном свитере и брюках стоял к нам спиной. Свет от камина играл на его блестящей лысой голове.

Весь мой мир остановился: сердце, дыхание, ноги. Меня будто ударило молнией.

Я узнала его ещё до того, как он повернулся.

Виктор Лукин. Мой муж.

Джастин внимательно наблюдал за мной, заметив, как я замерла. Я стояла, словно статуя.

Не тратя времени на раздумья, он прищурился и стиснул челюсти.

Его взгляд вернулся к мужчине, за которого меня принудили выйти замуж. К мужчине, который насиловал и унижал меня так же, как отец.

И тут до меня дошло: именно Виктор стоял за моим похищением.

На нём был тот же чёрный свитер, а под шапкой — лишь голая кожа.

С бокалом мартини в руке и пистолетом за поясом Виктор обернулся и посмотрел на Рона — своего окровавленного, избитого коллегу с кляпом во рту. Вместо того чтобы броситься ему на помощь, он усмехнулся и покачал головой, выражая отвращение к слабости Рона. Затем перевёл взгляд на нас и вежливо улыбнулся, будто мы пришли на воскресный бранч.

Он ждал нас.

Мы остановились перед камином, выстроившись в линию: я, Рон, Джастин. Жар от огня был удушающим, на коже выступили капли пота.

Сердце бешено колотилось.

«Ребята, вы не торопились», — сказал он.

Внутри всё сжалось. Боже, этот голос… Столько лет…

«Мог бы просто попросить Лео привести тебя прямо сюда. Сэкономил бы всем время», — ответил Джастин.

Виктор беспечно пожал плечами.

«Но ты убил его, потому что боялся, что он тебя выдаст».

«Да, именно. Он был измученной душой…» — Виктор пристально посмотрел на Джастина, и я заметила в его глазах ту самую искру, что вспыхивала перед дракой. — «О чём тебе, Джастин Монтгомери, отлично известно».

Виктор намекал на покойного брата Джастина. Он дразнил его, и по тому, как покраснела шея Джастина, было ясно — попал в цель.

«Где мой отец?» — спросила я, привлекая внимание Виктора.

«Прямо здесь», — он ухмыльнулся, широко раскинув руки. — «Я — Кузма. Новая, и смею сказать, значительно улучшенная версия».

«Сделаешь ещё шаг в её сторону, — голос Джастина заставил меня вздрогнуть, — и я убью Рона, а потом и тебя».

Игнорируя угрозу, Виктор удивлённо склонил голову. «А… Значит, она и тобой манипулировала? Заставила думать, что любит?» — его ухмылка стала шире.

Его зубы были ослепительно белыми. Кожа — бледнее, чем я помнила, и он похудел. Настоящий питон-альбинос.

«Она хитрая, эта штучка. Говорила тебе, скольких мужиков перетрахала, чтобы добиться своего? Сколько членов проглотила? Ты для неё — просто очередной номер, солдат. Знай своё место».

Внезапно чья-то рука обхватила моё горло, и меня оттащили от Джастина и Рона. Моё тело ударилось о твёрдое тело другого охранника. Холодное лезвие ножа прижалось к горлу.

«Не смей двигаться!» — крикнул Виктор, когда Джастин отпустил Рона и бросился ко мне. — «Бросай пистолет, или я перережу глотку твоей шлюхе за три секунды».

Джастин замер, и наши взгляды встретились.

Пистолет с глухим стуком упал на пол.

«Отпихни его».

Мир рухнул, когда я увидела, как оружие скользит по бетону, исчезая из виду.

Вытащив кляп изо рта, Рон отшатнулся и рухнул на кожаный диван.

Виктор кивнул человеку, который держал меня. Рядом с моим лицом появился пистолет, и прогремели два выстрела. Затылок Рона взорвался кровавым облаком. Кровь и мозги разлетелись по сторонам, часть попала в камин и зашипела на поленьях.

«Он мне больше не нужен». Виктор фыркнул и стряхнул с себя ошмёток черепа. «Нет, Джастин. Не двигайся. Молодец».

Виктор приблизился, снова сосредоточившись на мне. Он шёл медленно, развязной походкой, которую я помнила с самых тёмных дней своей жизни.

«Что касается твоего вопроса, моя дорогая жена… Я убил твоего отца три года назад. В тот момент, когда он официально назначил меня своим преемником, я занял его место и имя. Ты должна благодарить меня, правда. Он как раз собирался преподнести тебе сюрприз, появившись на пороге».

Вот почему никто не мог найти отца. Он был мёртв, и те немногие, кто работал с ним напрямую, скрывали его смерть.

Мой муж убил моего отца.

Я бы солгала, если бы сказала, что не была шокирована. Виктор боготворил отца, а тот ему доверял.

Виктор остановился у камина и хищным взглядом окинул Джастина, от чего у меня внутри всё сжалось. Его палец сжался на спусковом крючке. Он посмотрел на меня, и уголок его губ дёрнулся.

Виктор собирался убить Джастина