Остров страсти - Карен Робардс

— Ну вот, теперь поедим кашки, — сказала Кэти, расположив кастрюлю у него на коленях. — На!

Запустив ложку в дымящуюся массу, она поднесла ее к губам Джона. Джон негодующе покрутил головой.

— Ты что, действительно собираешься кормить меня с ложечки, как ребенка? — спросил он.

— Да, собираюсь, — отрезала Кэти. — Я так делала каждый день, пока ты был без сознания. Если хочешь, я позову Петершэма, чтобы тебя покормил он. У тебя просто не хватит сил поесть самому.

Джон долго сверлил ее взглядом и наконец с неохотой сдался.

— В следующий раз я буду осмотрительнее выбирать корабль для абордажа, чтобы, не дай Бог, не нарваться на такую вот штучку, как ты.

— Очень смешно, — пробурчала Кэти, которой нисколько не понравился его намек на гипотетических девушек-наложниц с очередного захваченного судна. — Открой рот.

Джон испытующе скользнул по ней глазами.

— Да, мэм, — кротко согласился он и открыл рот.

Когда каша была съедена, Кэти начала осторожно выбираться из запутанного — кастрюля, подушка, Джон — положения, в котором она очутилась. Джон поймал ее кисть и рывком усадил на место, прижавшись губами к сгибу локтя.

— Не уходи, — хрипло прошептал он.

— Джон, так надо, — слабо сопротивлялась Кэти. — Ты должен поспать.

— Останься со мной, — бормотал он. — Ты тоже устала. Мы можем уснуть вместе.

— Джон, — дрожащим голосом предупредила она, — ты слишком слаб для того, чтобы… чтобы…

— Я знаю. — Он глядел на нее умоляюще. — Я просто хочу, чтобы ты была рядом со мной. Я так быстрее усну. Обещаю, честное слово. Если я начну к тебе приставать, съезди мне по физиономии и уйди. Я разрешаю.

— Ну… — колебалась Кэти.

— Пожалуйста, — нежно попросил он.

— Ну ладно, — со вздохом капитулировала Кэти. — Но мы договорились, что как только ты начнешь… В общем, тогда я уйду.

— Не буду, — пообещал он, не спуская глаз с Кэти, которая соскользнула с койки, чтобы запереть дверь.

Она медленно вернулась назад; на ее щеках горел слабый румянец. Не желая усугублять ее смущение, Джон промолчал, ограничившись понимающей усмешкой.

Повернувшись к нему спиной, Кэти медленно расстегивала свое платье. Добравшись до последней нижней юбки, она вдруг почувствовала необъяснимую застенчивость. Теперь, когда Джон пришел в себя, она начала относиться к нему с прежней настороженностью. Укоряя себя за глупость и недоверчивость, Кэти повернулась к Джону лицом, залитым румянцем. Он жадно пожирал взглядом едва прикрытую девичью грудь, и Кэти покраснела еще гуще. Вдруг он тепло улыбнулся.

— Краснеешь, киска? — подмигнул он. — Брось, не надо. Я видел тебя и без этой юбки, ты же знаешь.

Кэти заставила себя встретить взгляд его серых глаз, решив во что бы то ни стало преодолеть свое смешное смущение.

— Я знаю, — выдавила она. — Но тогда… все было по-другому. Кэти была недовольна собой и своей запинкой в последней фразе, а всезнающая усмешка Джона усугубляла ее раздражение.

— Потому что тогда платье снимал я, а теперь ты раздеваешься сама? — проницательно предположил он. — Это все пустяки, дорогая. Считай, что ты по-прежнему ухаживаешь за больным, развлекаешь его…

— Замолчи, — пробурчала Кэти.

— Молчу, молчу, — пообещал он, заметив, что Кэти собирается отвернуться. — Иди ко мне в постель. Пожалуйста.

Кэти рассматривала его некоторое время, а затем на всякий случай притворилась несогласной.

— Нет, нет, ты попросту невозможен. Я твердо решила, что с нынешнего дня за тобой будет ухаживать Петершэм.

— Петершэму недостает… м-м… твоего умения. Иди в постель. Кэти сурово нахмурилась и сдалась. С досадой раздумывая о том, что капитан привязывается к ней все больше и больше, она нырнула к Джону в постель с того боку, где у него не было ран. Надо следить, чтобы не влюбиться в него чересчур, иначе ее ждут одни слезы.

Но вопреки этим разумным мыслям она позволила Джону себя обнять и сама положила свою головку на его широкое плечо.

— Спи, — пробормотал он, крепко обнимая ее.

Кэти хотела что-то возразить, но, разомлев, сладко уснула.