Добродетельная леди - Элизабет Торнтон

Неловкая тишина продолжалась несколько секунд, потом леди Эстер с обычной самоуверенностью решилась ослабить напряжение, грозящее перерасти в безобразную сцену. Она обратилась к Рейвенсворту.

– Прогуляйтесь со своей женой, сэр. Это единственная возможность, когда мы позволим вам монополизировать общество Брайони, – беспечно произнесла она с игривой улыбкой. – На будущее постарайтесь запомнить, Рейвенсворт, что нехорошо женатым парам вести себя как ненасытные любовники. Через полчаса я пошлю Эйвери и Харриет искать вас.

Рейвенсворт грациозно поклонился в знак благодарности.

– Ваш слуга, мадам, – ответил он с улыбкой, – и я попытаюсь втиснуть мои любовные чувства в то ограниченное время, которое вы мне отвели. – Однако взгляд, которым он одарил Брайони, был, по мнению этой юной леди, далек от любовного.

Она пошла вместе с Рейвенсвортом, нисколько не обманутая благодушным диалогом, произошедшим только что между ее тетей и мужем. Она заметила, что Рейвенсворт едва сдерживается, и в ней росло убеждение, что он в любой момент готов обрушить на нее всю свою ярость. Эта мысль заставила ее перейти в наступление.

– Как вы смеете обращаться со мной, как с безмозглым ребенком, да еще перед моими родственниками? – возмутилась она. – Кто дал вам безусловное право решать, где мы будем жить в будущем? Было бы учтиво с вашей стороны, милорд, сначала справиться о моих желаниях. Ваше поведение прискорбно.

– Ш-ш, – ответил Рейвенсворт, ничуть не раздраженный открытым сопротивлением Брайони. – Леди замужем всего несколько часов и уже хочет узурпировать власть мужа! Было бы лучше для вас, мадам жена, – продолжал он со скрытой угрозой в голосе, – если бы вы научились покоряться судьбе. Вы могли хитростью завлечь меня в этот стремительный брак, – добавил он с удовольствием, – но не думайте, что я буду снисходительным мужем. Как любовница, моя дорогая, вы были бы в гораздо лучшей позиции, чтобы диктовать условия. Будучи женой, вы утратили право на все, кроме моего имени и моей постели. – В его глазах блеснул недобрый огонек.

Брайони потеряла дар речи, но только на минуту. Ее грудь вздымалась и опадала от волнения.

– Вы... бессовестный, невыносимый, невоспитанный грубиян, – прошипела она сквозь зубы. – Это вся благодарность, какую я получаю за жертву, которую принесла, чтобы спасти вашу ничтожную шкуру? Вы знаете не хуже меня, что этот вынужденный брак нравится мне не больше, чем вам.

– Не трудитесь отрицать, что события обернулись именно так, как вы хотели, – спокойно продолжал его светлость, искоса глядя на свою кипящую от негодования спутницу. – Вы преуспели там, где потерпели неудачу другие женщины, потому что застали меня врасплох. Я не мог и представить такой двуличности в квакерской леди, – добавил он, чтобы подлить масла в огонь.

Они дошли до уединенного уголка сада, Рейвенсворт остановился и повернул Брайони к себе лицом. Она великолепна, когда злится, подумал он, беря в ладони ее лицо. Он испытывал непреодолимое желание вытащить шпильки из ее волос и погрузить пальцы в золотой каскад нежного шелка. От мысли о предстоящей бурной ночи, когда он будет укрощать эту своенравную девушку, у него перехватило дыхание. Желание обладать ею и сделать ее своей во всех смыслах вызвало острую боль у него внутри. Его синие глаза потемнели, поглощая каждую мелочь в ней.

– Отрицайте, рискуя своей бессмертной душой, леди Рейвенсворт, – бросил он ей вызов, – что в вашей груди вы лелеете любовь ко мне.

Было так несправедливо с его стороны использовать одно из немногих ее достоинств, чтобы достичь превосходства над ней. Как она сможет ответить ему?

– Не рассчитывайте на это, Рейвенсворт, – прошептала она, пока его губы блуждали по ее лицу. – Очень маленькое пламя легко погасить.

Его руки скользнули на ее спину, прижимая ее к его телу.

– А я приложу все усилия, чтобы раздуть его, – ответил он, накрывая ее рот своими губами.

Кто-то приближался к ним, и Рейвенсворт неохотно отпустил Брайони. Он продолжал пожирать ее глазами, как будто мог впитать ее всю, и Брайони была не в силах отвести взгляд.

– Рейвенсворт, ах ты, хитрец! – произнес хрипловатый женский голос. Брайони мгновенно узнала его и внутренне передернулась от отвращения. Она обернулась, чтобы увидеть леди Адель Сен-Клер, и, вздрогнув, заметила, что ее сопровождает граф Графтон, вполне оправившийся, похоже, от раны, которую она нанесла его губе. Глаза дамы горели от какого-то чувства, но Брайони не могла его разгадать. Стоящий рядом с ней Рейвенсворт вел себя вполне непринужденно.

– Адель! – произнес Рейвенсворт с напускным удовольствием. – Какой приятный сюрприз! В последний раз, когда я был в вашем обществе, вы ни словом не обмолвились, что собираетесь приехать в этот Богом забытый город. Я думал, что развлечения, которые предлагает этот магнит для пожилых вдов и седобородых хвастунов, чересчур скучен на ваш разборчивый вкус.

Его поклон мужчине, который пытался изнасиловать ее, угрюмо отметила Брайони, был в высшей степени вежливым.

– Мой дорогой, – гортанно ответила красотка, подходя к Рейвенсворту, – когда вы говорили мне о небольшом поручении здесь, – она окинула Брайони снисходительным взглядом и понимающе улыбнулась Рейвенсворту, – я подумала, что смогу скрасить вашу скуку, если присоединюсь к вам. Но вы нарушили мои добрые намерения. Откуда мне было знать, что вы падете жертвой хитрых уловок какой-то изобретательной девицы? Пусть это будет вам уроком, Хью. – Потом, повернувшись к Брайони, красотка сказала: – Вас нужно поздравить! Вы заполучили самого завидного холостяка в Англии. – Ее глаза злобно сузились. – Графтон рассказал мне, как вы все это устроили, но я не виню вас за это. В любви и войне все средства хороши, разве не так? – Вызов, брошенный Брайони, был очевиден. Рейвенсворт, похоже, был польщен, но Брайони чрезвычайно удивилась.

– Позвольте мне выразить свои поздравления, – тихо сказал смущенный Графтон на ухо Брайони. Она посмотрела на него проницательным взглядом, но ее не убедило оценивающее выражение, которое она заметила в его глазах. Было в графе что-то такое, что вызывало глубокое недоверие Брайони.

– Благодарю вас, – чопорно ответила она. Он предложил ей руку. Брайони взглянула на Рейвенсворта, ища помощи, но этот капризный джентльмен уже забыл о ее присутствии и вел под руку флиртующую графиню. Она молча пошла рядом с графом, пристально наблюдая за идущей впереди парой. Они увлеклись оживленным разговором, светлая и темная головы склонились друг к другу. Брайони почувствовала себя брошенной.

– Я должен извиниться перед вами, миледи – услышала она слова своего спутника. Она почувствовала неловкость. Расстояние между ней и Рейвенсвортом увеличивалось. Графтон, похоже, не стремился не отстать от их спутников, а Рейвенсворт ни разу не оглянулся, чтобы убедиться, что его жена следует за ним. В Брайони начал закипать гнев на мужа за такое «рыцарское» обращение с ней в вечер их свадьбы.

– Я не хочу, чтобы мне напоминали о вашем оскорбительном поведении при нашей первой встрече, – наконец, ответила Брайони самым ледяным тоном, какой смогла изобразить. – Я предпочитаю забыть обстоятельства той встречи.