Видение в голубом - Николь Берд

Ее голос дрогнул. Гейбриел отвел глаза, чтобы дать ей время прийти в себя.

— Но вы должны понимать, насколько фантастична вся эта история, — заметил Гейбриел.

Джемма кивнула:

— Конечно, понимаю. Но я полагала… — Ее голос снова дрогнул, однако она взяла себя в руки. — Я полагала, что могу просто положиться на мою мать, которая все подтвердит и наконец ответит на все вопросы о моем прошлом, которые не давали мне покоя все эти годы.

— Весьма сожалею, что ее здесь нет, — произнес Гейбриел и испугался, что это вызовет новый поток слез. — Боюсь, что мне ничего не известно… мне ничего не говорили… о сестре. Каким образом могла моя мать скрыть роды? Все это кажется просто невероятным.

Джемма вынула из ридикюля изящный платочек и вытерла глаза.

— Но возможно, ваш отец…

— Он тоже умер, — проговорил Гейбриел, и его голос снова напрягся. — Мой старший брат сейчас за границей, но он вряд ли слышал хоть что-нибудь, иначе обязательно рассказал бы мне.

Лицо у Джеммы окаменело.

— Эти написанные строчки не напоминают вам почерк вашей матери? Хотя бы об этом вы можете что-нибудь сказать?

Гейбриел снова взглянул на листок бумаги с выцветшими чернилами, лежащий у него на столе.

— Я не уверен.

— Вы не могли бы сравнить это с одним из писем вашей матери, которые у вас сохранились?

Гейбриел с облегчением заметил, что к ней вернулась способность рассуждать.

— Не знаю, боюсь, что у меня нет под рукой образца ее почерка, — сказал он.

Джемма недоуменно приподняла брови, теперь Гейбриел, в свою очередь, почувствовал себя неловко.

— Есть причины, по которым…

— Но должно же быть хоть что-то! — запротестовала она.

Гейбриел попытался вспомнить.

— У моей жены сохранилась книга по домоводству, которой когда-то пользовалась моя мать; дворецкий сберег ее, когда она умерла. Там есть несколько рецептов, написанных ее рукой.

— Вот и прекрасно! — возбужденно проговорила мисс Смит.

— Да, но эта книга находится в моем загородном имении, — тут же разочаровал он ее.

Джемма открыла было рот, но Гейбриел предупреждающе поднял руку, не желая больше спорить.

— Я пошлю за ней, а потом тщательно сравню с вашим письмом.

Он повернулся, чтобы взять письмо со стола. Но девушка оказалась проворнее его. Она быстро схватила листок и прижала к груди.

— Прошу извинить меня, — сказала она, переводя дыхание. — Я не могу расстаться с этим даже на несколько дней.

Неужели она опасалась, что он уничтожит это письмо? Гейбриел стал ее уговаривать, заверяя, что у него и в мыслях нет ничего подобного, однако девушка стояла на своем, простодушно глядя на него.

— Это единственное, что осталось у меня от моей матери, она написала, что любит меня. Я всегда буду хранить это письмо. — Она закусила губу и прижала листок к сердцу.

— Понятно, — согласился он. — Обещаю вам: как только мне доставят книгу, я тотчас извещу вас об этом. Я также напишу моему брату. Впрочем, он, кажется, сейчас в Константинополе, поэтому не следует ждать от него скорого ответа.

Джемма вздохнула.

— Благодарю вас за это, а также за то, что согласились увидеться со мной. Я думала, вы вообще меня не примете.

Гейбриел не стал сообщать ей, что она проникла внутрь благодаря попустительству лакея, сам Гейбриел в душе остался почти равнодушен к ее затруднительному положению, ко всему, в чем она призналась ему.

Он только спросил:

— Могу ли я узнать, где вы остановились? Джемма сообщила ему адрес и направилась к дверям.

Хотя вид у нее был печальный, но шла она с гордо поднятой головой. Мужественная девушка, невольно подумал Гейбриел. Будь он уверен в ее здравомыслии, легче было бы разобраться во всей этой истории.

Ее походка все еще оставалась нетвердой.

— Вы позволите вызвать мой экипаж, чтобы доставить вас до вашего дома? — предложил Гейбриел.

Джемма покачала головой:

— Не надо, благодарю. Меня ждет моя служанка. Эти слова она произнесла не менее величественно, чем герцогиня, — Гейбриел с трудом сдержал улыбку. Он проводил ее взглядом до вестибюля, затем вызвал лакея, велел ему нанять кеб и заплатить за проезд до того, как обе женщины покинут дом. Виду слуги был несколько озадаченный, тем не менее он кивнул, взял у хозяина деньги и поспешил за молодой леди и ее служанкой.

Гейбриел вернулся в библиотеку и прошел к столу, однако он поймал себя на мысли, что прислушивается к шагам загадочной мисс Смит, покидавшей его дом. Скорее всего это был плод больного воображения: как его мать могла втайне родить ребенка, отослать его от себя и никогда не обмолвиться об этом ни словом? Нет-нет, такое даже вообразить себе невозможно.

До Гейбриела вдруг дошло — незнакомка не стала просить у него денег. Когда он впервые читал ее записку вчера днем, то сразу предположил, что это просто уловка с целью выманить у него деньги. Он опять пожалел, что не прочитал до конца то письмо. Он посмотрел в мусорную корзину возле стола, но она была уже пуста. Прислуга, как всегда, аккуратно исполняла свои обязанности, Психея следила за этим.

Едва у него промелькнула мысль о жене, как она сама появилась в дверях библиотеки. Гейбриел вскочил и устремился ей навстречу:

— Моя любовь, как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — ответила Психея, но пока он целовал ее, она слегка нахмурилась. — Что за молодая леди ушла отсюда такая расстроенная? Кстати, у нее точь-в-точь такие глаза, как у тебя.