Торжество любви - Саманта Джеймс

После того как Иен объявил всему миру, что готовится уложить ее в постель, все внутри Сабрины кипело, ледяной страх подступил к горлу. Голова пошла кругом. Не может быть! Это не должно случиться.

Девушка стиснула веки и молилась, чтобы это оказался только сон, от которого возможно пробуждение. Но, открыв глаза, увидела, что по-прежнему находится в спальне и широкие плечи Иена мешают ей разглядеть дверь.

Она выпалила первое, что пришло ей в голову: — Ты… ты говорил, что не хочешь меня как женщину!

— Ничего подобного. Я говорил, что на свете есть женщины не менее привлекательные, чем ты. — Муж приблизился к ней на шаг.

Сабрина отступила.

— И более податливые, — припомнила она. — Так почему бы тебе не подобрать себе кого-нибудь из них?

Глаза Иена, казалось, проникли в самую ее душу.

— Не выйдет. Ты поклялась перед Господом быть моей женой и не можешь вечно держать меня на расстоянии. Не сможешь удержать и в эту ночь. Очень скоро, — пообещал он, — нас не будет разделять ничто, даже эти слова, которыми ты так долго и ловко от меня отбиваешься. Я востребую то, что принадлежит мне… и востребую немедленно.

— Как? — воскликнула Сабрина. — Собираешься заткнуть мне рот кляпом, как те английские бандиты? — Нет — Сабрину объял ужас, отчаяние сковало ей грудь. Иен решил и не отступит: вбил себе в голову, что ему надо добраться до нее.

— Ты забыл, Иен, что женился на мне, только чтобы сохранить союз между нашими семьями, а сейчас хочешь уложить меня в постель, чтобы утвердить свое право, унизить меня.

Иен улыбнулся, словно читал ее самые сокровенные мысли и догадывался о любом страхе. Улыбка получилась нерадостной. Невесело было у него на сердце.

— Нет, дорогая, это у тебя короткая память. Я имел в виду именно то, что сказал. Я этого хочу. Хочу тебя!

Он стоял, держа руки на бедрах, голос его сделался хриплым.

— Так что, пойдешь ко мне добровольно, как обещала в день свадьбы? Или снова начнешь испытывать мою мужскую гордость и колоть своим любовником Джеми? Может, даже собираешься кусаться и драться, как ведьма или мегера? Выбор за тобой. Но учти, что результат все разно окажется одним и тем же.

Сабрина взглянула на его руки, смуглые, длинные, могучие, и представила, как они ломают ее тело, подчиняя воле мужа…

Она проглотила застрявший в горле ком. И почувствовала, что дрожит как в лихорадке.

Иен не спеша стал ходить вокруг нее.

— В чем дело, родная? — удивился он. — Я чувствую, как ты боишься меня, боишься этой ночи. И не могу понять почему. Ты же сама говорила, что тебе знакомы объятия мужчины.

Сабрина отвернулась. В тоне Иена было нечто такое, что требовало правдивого ответа. Она была почти уверена: он знал — его жена не спала ни с Джеми, ни с одним другим мужчиной. Не человек — настоящий дьявол!

Она поняла, что избавление невозможно. И в смущении молчала.

Йен остановился напротив. Между ними оставалось расстояние не менее двух мечей, и он ее ни разу не коснулся, но Сабрина ощущала его всем своим существом.

— Ну что, девочка? Ничего не хочешь сказать? Тогда иди ко мне.

Она поднялась на подгибавшихся ногах и молилась только об одном, чтобы муж не заметил, как они дрожат.

— Ну иди же, — говорил он. — Ты меня ранишь. Заставляешь почувствовать самым непривлекательным мужчиной во всей Шотландии.

Его ладони были уже у нее на плечах — крепкие, горячие, волнующие. Он говорил и не спускал с нее глаз, и Сабрина в панике заметила, какой у него голодный взгляд. Тут губы Иена коснулись ее губ. Сабрина задрожала, но не от отвращения…

И больше думать ни о чем не могла.

Руки мужа обвились вокруг нее, пленили, крепко прижали к его телу. Вот если бы все на этом закончилось.

— Раздень меня, девочка. — Просьба прозвучала неожиданно хрипло.

— Йен — Имя мужа сорвалось с ее губ, точно мольба — Прошу тебя… Я не могу!

Какую-то секунду Сабрина считала, что он ее заставит. Но вот что-то промелькнуло у Иена во взгляде, чего она понять не успела, и темная бровь поползла вверх.

— Хорошо, — проговорил он. — Пусть будет, как прежде: раз ты чего-то не хочешь делать, сделаю сам.

Сабрина невольно сцепила перед собой ладони. Боже, спаси ее душу! Она не могла не смотреть, как он снимает одежду.

Иен стоял перед ней: под гладкой бронзовой кожей бугрились точеные мышцы, могучие, широкие плечи блестели в пламени свечей, темный, жесткий, курчавый волос устилал грудь и живот. И сколько Сабрина ни боролась с собой, ее взгляд устремился ниже.

У нее тут же перехватило горло. Прямо перед ее взором мягкая плоть Иена превратилась в железную пику. Не отдавая себе отчета, Сабрина ужаснулась ее размеру, охнула и, задрожав, поняла, что ей предстоит ночь ужасов.

— В чем дело? — удивился Иен. — Не строй из себя невинность, ты ведь видела раздетого мужчину. Ну хотя бы меня — тогда, по собственной воле.

Девушка подняла глаза: на губах мужа играла неприятная ленивая улыбка.

Да, — сумела выговорить она. — Но тогда ты был просто мальчиком.

— Был. Как-то я тебя спрашивал, понравилось тебе то, что ты увидела. — Иен секунду помолчал. — И собираюсь спросить опять.

Он был прав. Сабрина хотела увидеть. И где-то в глубине души жаждала узнать, какие изменения произвело время.

— Я вижу гораздо больше, чем мне бы хотелось, пробормотала она.

Узкая ладонь коснулась ее плеча, и Сабрина подпрыгнула. Смех Иена резанул ее по нервам.

— Твоя очередь, девочка.

Он встал позади нее так близко, что Сабрина ощущала жар его тела. Холодные серые глаза сковали волю. И прежде чем она поняла, что муж собирается делать, он стянул с ее плеч платье, и оно кипой легло у ног на полу. За платьем последовала рубашка. Не прошло и нескольких секунд, как Сабрина тоже оказалась голой.