Забери мою судьбу - Джуди Лоусон

Так они шли, как ей показалось минут пятнадцать, пока им не повстречалась женщина, катившая сквозь толпу прохожих коляску. В коляске сидела девочка и держала в руках точно такого же медвежонка, какого подарила Ханне бабушка. И тогда Сьюзен очнулась. Она вдруг вспомнила все бессонные ночи, все безрадостные дни, свое плачевное состояние, все до единого переживания и резко отдернула руку.

— Куда мы идем? — нервно спросила она.

— Мы почти пришли, — крайне удивленный подобной переменой в поведении Сьюзен, ответил Стивен. — Повернем за этот дом и окажемся у меня.

— Ты привел меня к себе?

— Да. А ты против?

— Не то слово! Я буду разговаривать с тобой только на нейтральной территории! — еще более резко сказала она.

— Сьюзен, что с тобой? Еще пару минут назад… Мне показалось…

— Вот именно, что тебе показалось.

— Сьюзен, — очень нежно произнес он и постарался обнять ее.

— Не прикасайся ко мне! — разозлилась на саму себя Сьюзен.

Как она могла так растаять, забыть все обиды? Ей ужасно хотелось плакать, кричать и сделать еще что-то, чего она не могла понять и объяснить даже себе, но что обязательно должно было помочь выплеснуть накопившуюся обиду, избавиться от груза тяжелых воспоминаний и вернуть прежний размеренный ритм жизни. Как же она устала жить в постоянном нервном напряжении!

Так она стояла и размышляла под пристальным взглядом озабоченных серых глаз Стивена и боролась с собственными эмоциями. Он смотрел на Сьюзен взглядом, полным сожаления и запоздалого раскаяния. Как мог он, здоровый и сильный мужчина, взвалить на ее хрупкие плечи такой безмерный груз, как мог довести ее до подобного состояния?

— Здесь совсем рядом есть кафе. Хочешь, пойдем туда? — тихо предложил он, опасаясь новой вспышки гнева.

— Мне все равно. Давай поговорим — это действительно необходимо — и разойдемся. Я и так возложила все обязанности по заботе о Ханне на маму, не хочу задерживаться.

— Пойдем. — Стивен указал рукой в направлении кафе. — Расскажи, какая она.

— Кто она? — переспросила Сьюзен, прекрасно понимая, о ком идет речь.

— Ханна, — ответил он, назвав девочку по имени и не решившись назвать дочерью.

— Превосходно! Лучше всех, — коротко ответила Сьюзен, давая понять, что не собирается говорить о Ханне.

— Сьюзен, я очень виноват перед тобой, Адрианой и нашей дочерью. Позволь мне все исправить.

— Ты намерен забрать у меня Ханну? — задала Сьюзен самый больной вопрос — вопрос, который не давал спокойно жить, дышать, работать.

— Это очень сложный вопрос, и, думаю, начинать наш разговор надо не с него.

Они вошли в кафе, подошли к одному из столиков, Стивен отодвинул стул, приглашая ее присесть.

— Это наиглавнейший вопрос, и, пока я не получу на него ответ, я вряд ли вообще смогу говорить с тобой, — сказала Сьюзен, садясь за стол.

— Я не сделаю плохо своему ребенку, — уклончиво ответил Стивен.

— Что значит «плохо»? Не увиливай от ответа.

— Сьюзен, подожди, не горячись. Какой ответ тебя устроит? Если я скажу, что хочу, чтобы моя дочь жила с тобой, тебя это обрадует, но вместе с тем ты посчитаешь меня последним мерзавцем. Ведь так?

Сьюзен неопределенно пожала плечами и сосредоточила взгляд на льняной скатерти в красивую красно-зеленую клетку.

— А если заберу ее у тебя, — продолжил Стивен, — ты и вовсе возненавидишь меня. Так какой ответ будет правильным?

— Я не знаю, — еле слышно проговорила она, — но, Стивен, я тебе Ханну без боя не отдам. Покидая этот мир, Адриана оставила ее мне, своей сводной сестре, — значит, она больше доверяла мне, а не тебе, родному отцу ребенка.

— Я тебе уже рассказывал, при каких обстоятельствах мы расстались.

— И ты думаешь, тебя это оправдывает? Ты относился к Адриане, как к мимолетному увлечению, никогда не планировал с ней ничего серьезного, поэтому она и не сказала тебе о своей беременности. Ты получил то, что заслужил!

— Сьюзен, ты передергиваешь факты!

— Я ничего не передергиваю, ты сам рассказывал мне, о твоих поступках я сужу с твоих же слов.

— Стоп! Давай остановимся и закажем что-нибудь. Нам нужна пауза.

— Зачем? Ты не хочешь слышать всей правды? Или боишься?

— Я не боюсь. Правда у всех своя.

— Правда одна. И заключается она в том, что твоя женщина предпочла оставить вашего ребенка, по сути, чужому человеку, а не родному отцу.

— Сьюзен, ты пытаешься меня оскорбить. Так у нас ничего не получится.

— А у нас и так ничего не получится, — начало заносить Сьюзен. Она это понимала, но остановиться не могла. — Я тоже предпочла бы растить ребенка одна, чем с мужчиной, который способен предать.

Стивен побагровел и с силой сжал кожаную обложку меню, которое намеревался просмотреть. Сьюзен тут же пожалела о сказанных словах, но было уже поздно. Она сжалась и затихла. Еще минуту назад ей хотелось выскочить из кафе и броситься наутек, а теперь неведомая сила придавила ее к стулу, не давая подняться.

— Ты умеешь очень больно ранить, — сухо сказал он после недолгой паузы. — Я, может, и не самый лучший мужчина на свете, но, поверь, таких слов не заслуживаю.

— Я тоже не заслуживала тех слов, которые ты сказал мне тогда в офисе, не заслуживала недоверия и обвинений, брошенных тобой в мой адрес, — тихо сказала Сьюзен.

— Мы оба были неправы. — Стивен отложил список блюд в сторону и взял обе ее руки в свои. — Мы оба были неправы, — повторил он. — Мы слишком горячи и эмоциональны, поэтому наговорили друг другу много обидного. Предлагаю начать все сначала.

— Говори за себя, — огрызнулась она и выдернула руки. — Я только защищалась, а нападал ты, причем оба раза.

— Я, наверное, очень сильно тебя ранил, раз ты все не можешь простить меня.

— Сильно.

— Прости. Я был неправ.

— Да, ты был неправ.

— Ну так что с моим прощением? — попытался разрядить обстановку Стивен и едва заметно улыбнулся.

— Прощаю.

— Ну слава богу, — выдохнул он и облегченно откинулся на спинку стула.

— Прощаю, но это ничего не меняет.

— Нет, это меняет очень многое. Прекращай дуться, Сьюзен. Давай что-нибудь закажем. Пожалей бедного официанта — паренек уже устал топтаться на месте, наблюдая за нами и опасаясь приближаться к зоне боевых действий.

— Я не голодна, — соврала она.

— Тогда чай или кофе, пирожное или мороженое.

— Ничего не хочу.

Стивен поднял руку, подзывая официанта, сделал заказ на двоих, не обращая внимания на протесты Сьюзен.