Все могут короли - Татьяна Королева

Санкт-Петербург. Холостяцкая квартира Макса. Хмурое утро

Макс лежал на кровати. Стоило ему закрыть глаза, как события дня снова и снова проплывали перед его мысленным взором. То медленно и плавно как летние облака, то ускоряли ход, они мелькали, как герои в компьютерной игре, пока резкий, пронзительный звук не вернул репортера из страны воспоминаний в реальность.

Еще несколько секунд ушло на то, чтобы определить источник звука. Звонок входной двери! Макс вскочил, торопливо на ходу натянул джинсы и припал к глазку.

В коридоре жизнерадостно улыбался Антон Павлович! Главный редактор…

— Макс! Хватит дрыхнуть, открывай! — подбодрил его главный, и репортер нехотя звякнул цепочкой.

— Ну ты даешь… Я его жду в редакции, а он подушку давит! — Возбужденный и радостный Антон ввалился в квартиру, не стал тратить времени на приветствия и окинул комнату взглядом. Телевизор стоял на тумбе из прозрачного темного пластика. А пульт…

Отыскать пульт среди царившего кругом беспорядка показалось главному непосильной задачей, и он предпочел прямо спросить у Макса:

— Ты сегодня телевизор смотрел?

Репортер почесал затылок и наморщил лоб, будто вспоминая. Место удара откликнулось тупой болью.

— Сегодня — нет… — и саркастически ухмыльнулся. — Я еще не совсем сошел с ума, чтобы по утрам смотреть телевизор!

— Надо же, большой эстет! — Антон Павлович плюхнулся в кресло и уточнил: — И радио не слушал? Новости или последние известия?

Зевая, Макс привалился к дверному косяку, потер висок, пытаясь окончательно проснуться:

— Нет, конечно…

Затем он пошел в ванную, несколько раз плеснул в лицо холодной водой, тайком наблюдая за главным в зеркало. Макс потянулся за полотенцем и небрежно бросил отражению шефа:

— Что нового нам могут сообщить? — Защипало в ссадине на щеке. Досадливо поморщившись, Макс стал прилаживать на рану пластырь. — Богатые богатеют, а бедные беднеют?

Антон нетерпеливо вскочил и подошел к двери ванной.

— Сообщают, что принцесса Мария, слава Богу, выздоровела и сегодня проведет пресс-конференцию… — доверительным тоном сообщил он.

— Рад за принцессу! — Макс повесил полотенце, вежливо отодвинул главного редактора и прошел на кухню. Налил в чайник воды, насвистывая простенький мотивчик, песенку про счастливую любовь, которую слышал вчера в клубе…

Антон Павлович не отставал от Макса ни на шаг, размашисто жестикулировал и говорил не умолкая ни на секунду:

— А еще мне менты конфиденциально сообщили, что принцесса вообще не болела! Такая вот служебная информация!

— Тогда что же с ней приключилось? — вяло полюбопытствовал Макс.

— Она целые сутки отсутствовала в резиденции! — победно выпалил Антон.

— Да ты что? — притворно удивился репортер. — И где же она была?

Мощный корпус главного преградил ему дорогу. Редактор нацепил очки с квадратными стеклами и сквозь них сурово посмотрел на светского хроникера:

— Не включай дурака! Где интервью?

Макс ловко обогнул мощную фигуру босса, открыл шкафчик, буднично извлек банку растворимого кофе, сахарницу, две чашки. Понаблюдал как смесь коричневого порошка и кристаллов пенится под горячей струей воды, и с самым дружелюбным видом пододвинул чашку шефу. Но Антон Павлович проигнорировал этот жест доброй воли и продолжал наседать:

— Ты написал?

— А… то наше интервью, — Макс картинно хлопнул себя по лбу.

— Именно, интервью…

Репортер виновато развел руками:

— Знаешь, Антоша, оно как-то не получилось…

— Не понимаю? Как не получилось?

— Ага… Просто не получилось… — Он взял чашку и стал мелкими глотками отхлебывать кофе.

Антон наблюдал за ним с подозрением:

— У тебя не получилось? Что ты мне мозги пудришь, Макс? Прекращай!

— Не получилось, Антон! Действительно не получилось! — устало опустившись на высокий табурет у барной стойки, попытался объяснить он. — Вроде сначала как-то пошло, а потом чего-то не хватило… Знаешь как это бывает?

Глаза главного сощурились, превратившись в узкие как бойницы щели:

— Не знаю! Зато знаю другое… Из надежных милицейских источников сообщили! На дискотеке на опен… — Антон запнулся, — опен-эере была большая драка…

— А при чем тут я? Пусть кто-то из криминальной хроники съездит…

— Притом! — ноздри Антона раздувались от плохо сдерживаемого гнева. — Притом, Максимка, что там видели тебя и… принцессу Марию!

Макс только вскинул бровь:

— А кто еще был из знаменитостей?

Это было слишком даже для такого толерантного человека, как Антон Павлович:

— Скотина, тебе лучше знать! — Главный не выдержал и сорвался на крик: — Прекрати играть со мной в свои игры! Где интервью?

Макс положил руки на плечи Антона и с усилием усадил его на табурет:

— Сядь, успокойся… — репортер выглядел непривычно серьезным, — Антон… интервью не будет…

— Как не будет, не понимаю тебя, — главный редактор нетерпеливо заерзал на месте. — Ты сам предложил эту сделку… Ты же сам поспорил со мной!