Дневник ее любви - Эмералд Бакли

Элис заворочалась и открыла глаза.

– Мне пора одеваться, я должен появиться на вечеринке, – сказал Боб грустно.

Ему очень не хотелось покидать этот гостиничный номер. Ах если бы можно было закрыться здесь навсегда с Элис! Но законы, правившие миром, не оставляли Бобу никакой надежды на счастье. Конечно, он мог бы продолжать встречаться с Элис, если бы думал только о себе. Но ей бы это не принесло ничего, кроме страданий. Боб не сомневался, что его отец не оставил бы бедную женщину в покое и нашел бы способ превратить ее жизнь в настоящий ад. И все это только потому, что Элис Кентон «подлого происхождения», как выражался Роджер Моррис!

– Мне тоже пора вставать, – сонным голосом промолвила Элис.

– Ты собираешься уходить? – с наигранным безразличием спросил Боб.

– Мне надо вернуться домой, – ответила Элис.

Боб усмехнулся.

– Вот и прекрасно. Надеюсь, ты больше не будешь звонить мне.

Боб впервые говорил с ней таким пренебрежительным тоном. Чем я заслужила подобное отношение к себе? – с горечью подумала Элис. Она встала и, собрав свою одежду, начала поспешно одеваться.

– Ты хочешь прекратить со мной всякое общение? – не выдержав долгого молчания, спросила Элис. – Даже по телефону?

– Но ведь с эротическими фантазиями покончено. – Боб пожал плечами. Он и не предполагал, как это трудно, изображать подлеца. – О чем же нам говорить друг с другом?

Элис вздрогнула, как от удара, в ее глазах блеснули слезы. У Боба защемило сердце. Он понимал, что причиняет сейчас Элис невыносимую боль, но иначе поступить не мог.

Боб встал и достал из большого целлофанового пакета вечерний костюм. Тем временем Элис, стиснув зубы, чтобы не расплакаться, продолжала одеваться. Порывистые, нервные движения выдавали ее волнение. Боб сделал вид, будто только что заметил, в каком состоянии она находится, и с наигранным непониманием поинтересовался:

– Элис, что случилось? В чем, собственно, дело?

Он положил руку ей на плечо, но Элис тут же стряхнула ее. Сунув бюстгальтер в карман джинсов, она натянула футболку прямо на голое тело.

– Ничего не случилось, – наконец ответила она. – Просто я лишний раз убедилась, что ты именно такой, каким я тебя всегда считала.

Бобу было больно видеть ее полные слез глаза, но он решил довести до конца задуманное: сжечь за собой все мосты.

– И кем же ты меня считаешь? – с вызовом осведомился он.

– Человеком, которому неведомо чувство привязанности. Донжуаном, готовым менять женщин как перчатки.

– Ты хорошо разбираешься в людях, Элис. Мы, мужчины, действительно любим разнообразие. Мне кажется, ты обиделась на меня. Но что такого я тебе сделал?

Как ни старался Боб говорить небрежно, но у него это с трудом получалось. Если бы Элис была повнимательнее, она наверняка заметила бы, что он притворяется, но Элис находилась в расстроенных чувствах, и женская интуиция изменила ей.

– Ты ни в чем не виноват, – ответила она с горечью. – Это я заварила кашу, мне и расхлебывать.

Сердце сжалось у него в груди, но Боб сумел сохранить внешнее спокойствие, ни один мускул не дрогнул на его надменном лице.

– Ты не пойдешь на вечеринку?

– Нет. Мне там нечего делать. Иди один.

Элис взяла свою сумочку и направилась к двери. На пороге она остановилась и, обернувшись, взглянула на Боба, завязывающего перед зеркалом галстук.

– Согласись, мы неплохо провели время. Я не жалею, что обратилась к тебе за помощью. Спасибо за все, и прощай. – И Элис вышла из номера, не закрыв за собой дверь.

Мне надо во что бы то ни стало забыть ее, подумал Боб, иначе я не смогу жить дальше.

Мир без Элис казался ему ледяной пустыней. Боба охватила тоска. Он и не подозревал, что способен любить.

Буря эмоций поднялась в его душе. Перед мысленным взором Боба, словно неземное видение, стояла Элис Кентон – восхитительная женщина, сумевшая покорить его сердце. Запретить себе любить ее было равносильно запрету дышать.

И все же Боб решил не сворачивать с пути, который казался ему правильным.