Отбрось сомнения - Джоанна Лэнгтон

— Ты о чем?

— О вашем разговоре с Хилари. Глэдис взяла его за руку.

— Ты слишком взволнован, Эдвин. Я вообще не разговаривала с твоей Хилари. Наверное, эта девочка ревнует тебя ко мне, вот и выдумала какую-то историю. — Она пожала плечами. — Чем ей удалось тебя так взвинтить?

На мгновение Эдвин замер в нерешительности. С Глэдис их связывала давняя дружба, тем не менее сейчас он отчетливо видел в ней фальшь, которой раньше не замечал. К тому же в его памяти всплыли вдруг слова отца, назвавшего ее хитрюгой.

— Убирайся отсюда, — спокойно, но категорично произнес он.

Лицо Глэдис резко побледнело.

— Ты шутишь, Эд…

— Не шучу! Проваливай, и чтобы ноги твоей здесь больше не было.

Хилари чувствовала себя так паршиво, что была готова на самые нелепые, самые решительные поступки.

Каждую минуту ей в голову приходили безумные идеи. То ее охватывало страстное желание сейчас же схватить Лили и уехать с ней в Майами-Бич, то хотелось напиться до чертиков и забыть об этой дурацкой помолвке, о Глэдис, о свадьбе, которой никогда не было бы, не узнай Эдвин о существовании маленькой дочери.

Он не любит меня, не любит! И если бы не Лили, у него не возникло бы необходимости рвать отношения с Глэдис! — думала она, проглатывая слезы. Это мерзкое мероприятие — маскарад! Его родственники улыбаются мне и ломают комедию, делая вид, что с удовольствием принимают меня в свою родовитую семью. Лицемеры! Им приходится терпеть мое присутствие только из-за малышки Лили.

Она вышла с балкона, поставила на столик опустошенный бокал и, разыскав глазами Томаса, чуть пошатывающейся походкой двинулась к нему.

— Пригласи меня потанцевать, Томас!

Томас, давно заметивший, что между Хилари, Эдвином и высокой шатенкой, которая буквально минуту назад вылетела из зала как ошпаренная, произошло что-то неприятное, пристально взглянул Хилари в глаза.

— А твой жених не заревнует тебя, если мы закружим по залу?

— Мне все равно! — заявила Хилари. Томас аккуратно положил руки ей на талию и, стараясь держаться от нее как можно дальше, повел ее в медленном танце.

— Твой Эдвин страшно ревнив, я понял это еще в день нашего знакомства. Поэтому нам следует вести себя крайне осторожно, — сказал он, заметив в толпе кидающего на них убийственные взгляды Эдвина. — Один неверный шаг и твой жених разорвет нас на части.

Хилари усмехнулась.

— Не думаю!

— А зря. Такие парни, когда влюбляются, становятся просто опасными, — произнес Томас.

— Влюбляются? О чем это ты? — Хилари порывисто рассмеялась.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем. Признаюсь, ты мне очень нравишься, и я с удовольствием танцевал бы с тобой и танцевал. Но быть козлом отпущения не желаю. Эдвин здоров как бык. Вступать с ним в драку без особой на то причины мне как-то не хочется. — Томас поежился, представив себе на мгновение, как Эдвин расквашивает ему физиономию.

Некоторое время они танцевали молча.

Мелодия закончилась, и Томас вздохнул с нескрываемым облегчением.

Подскочивший к ним Эдвин схватил Хилари за руку и отвел в сторону. На Томаса он даже не глянул.

— Что ты себе позволяешь? Расхрабрившаяся после выпитого, Хилари дерзко посмотрела в потемневшие глаза Эдвина.

— Не смей флиртовать с другими парнями, тем более из желания мне досадить! — приказал он, стиснув зубы.

Хилари отдернула руку.

— На каком основании ты решил, что имеешь право указывать, что мне делать, а что — нет?

— Скоро мы станем мужем и женой, поэтому можем выдвигать друг другу какие-то требования, — вновь хватая ее за запястье, произнес Эдвин.

— Ты уверен, что мы станем мужем и женой? — выпалила Хилари. — Лично у меня к этому пропала всякая охота! Я чувствую себя так отвратительно, что, если ты сейчас же не оставишь меня в покое, заору на весь зал!

— Я никогда не оставлю тебя в покое, так и знай! — ответил Эдвин. — И если тебе хочется орать, ори на здоровье. Делай что угодно, только не строй глазки другим мужчинам. Когда я вижу это, просто дурею.

— Мне плевать! — провозгласила Хилари. — Когда я узнала о твоем романе с Глэдис, тоже чуть не сошла с ума!

Эдвин громко рассмеялся.

— Роман? Хилари, чего-чего, а романа у нас с Глэдис никогда не было!

— Не принимай меня за круглую дуру! — повышая голос, потребовала она. Хорошо, что никто не слышал их перепалки. Громко звучала музыка, и гости танцевали. Только Томас, оставшийся у ближайшего столика, мог догадываться о том, что они до сих пор выясняют отношения.

— За дуру? В последнее время я только и делаю, что пытаюсь вести себя с тобой как можно более уважительно… — пробормотал Эдвин.

— Как давно вы были помолвлены? — спросила Хилари, гордо вскинув голову и немного пошатнувшись.

Эдвин раздраженно ухмыльнулся.

— Тебе больше не следует пить.

— Хочешь сказать, что я пьяна? — Она смотрела на него с вызовом.

— Я хочу сказать, что ты выпила чересчур много шампанского, — поправил ее Эдвин.

— Ты не ответил на мой вопрос, — напомнила Хилари. — Когда вы с Глэдис объявили о своей помолвке?

Эдвин тяжело вздохнул.

— Разве это так важно? Хилари зло рассмеялась.

— Тебе кажется, это пустяк?

— Нет, но ты не все понимаешь… — Он покачал головой. — Хорошо, я отвечу тебе: мы были помолвлены шесть месяцев, а расторгли помолвку совсем недавно… Но я должен многое тебе объяснить. Наши с Глэдис отношения отличались от…

Хилари подняла вверх руки, давая ему понять, что больше ничего не желает знать.

— Давай прекратим наш разговор, — странно тихим голосом произнесла она.

Последующий час показался ей истинной пыткой. Приходилось ходить по залу, разговаривать с гостями, почти не слыша и не видя их, улыбаться и даже терпеть рядом с собой Эдвина. А душа ее рвалась на куски и металась от боли.

Лишь когда гости разошлись, она устало опустилась на стул и дала волю чувствам. По ее щекам потекли прозрачные соленые струйки.

— Умоляю тебя, перестань! — воскликнул Эдвин, опускаясь перед ней на корточки.

— Я отказываюсь выходить за тебя замуж, — пробормотала Хилари и вытерла слезы рукой.

— Не говори глупости, Хилл. Ты ведь ничего не знаешь. Я планировал рассказать тебе все после свадьбы, — утешающим тоном проговорил Эдвин.

— После свадьбы? — выкрикнула Хилари, содрогаясь от возмущения. — Ты издеваешься надо мной? За кого ты меня принимаешь?

— То, что было у нас с Глэдис, и то, что есть с тобой, — вещи совершенно разные! ~ с чувством сказал Эдвин.