Если любишь... - Розанна Спайрс

Пока Макс искал Кэтлин, он думал исключительно о будущем, которое представлялось ему довольно мрачным, и о словах брата. Ему хотелось увидеть Кэтлин, сказать ей, что он готов попытаться начать с ней совместную жизнь. Вполне возможно, Кэтлин ответит отказом, но он не станет проклинать ее за это.

Оставив машину Грегори на подъездной дорожке, Макс направился к дому. Он уже подходил к крыльцу... когда замер на месте. Все конечности буквально окаменели, едва он увидел... это.

Еще одна большая плетеная корзина. И еще одно одеяло поверх нее. Еще одна записка, прикрепленная к ручке липкой лентой.

— О нет... — Все внутри Макса взбунтовалось, заставляя его бежать. — Я не заслужил этого. Я даже перестал расплачиваться в магазинах чеками, на которых указаны мои имя и адрес, — причитал он. — Отложил на время рекламную кампанию. Господи, почему Ты хочешь снова пустить меня по всем кругам ада?!

Он сделал несколько осторожных шагов в направлении крыльца. Одеяло зашевелилось, и Макс застонал. Ну почему опять мне? Я сам сейчас нуждаюсь в утешении и заботе. Однако на это раз Макс, похоже, знал ответ на свой вопрос.

Почему ему? Да потому, что это наказание за то, что он не впустил в свою жизнь любовь, хотя у него и был такой шанс! И судьба снова преподносила ему тот же самый урок.

— Хорошо, — громко произнес Макс, словно обращаясь к тому, кто теперь контролировал его жизнь, потому что сам он ее больше не контролировал. — Я сдаюсь. Если Кэтлин Седдрик простит меня, я хочу, чтобы она вернулась в мою жизнь... Только, прошу, пусть тот, кто оставил эту корзину, заберет ее!

— Слишком поздно, — раздался голос Кэтлин. Она вышла из-за высокого кустарника и остановилась в круге света.

Их глаза встретились, и Макс почувствовал, что его страх вмиг улетучился.

— Ты не ждала меня в торговом центре и у тебя нет никаких проблем, да, Кэтлин?

— Нет, проблема есть, — возразила она. — Возможно, не такая, о которой тебе говорила тетя Аделайн... Я считаю большой проблемой то, что мы с тобой не вместе. Я слышала твой э-э-э... монолог и думаю, мы оба нашли верные решения. Прочти записку.

Завороженный теплом ее карих глаз, Макс взял записку, прикрепленную к корзине.

«Дорогой Макс. Тетя Аделайн сказала, что если я точно выясню, чего ты боишься больше всего, и сумею уничтожить этот страх, то мы сможем быть счастливы вместе. Мы оба понимаем, что нужны друг другу, но ты боишься, что я могу оставить тебя... и в прошлую субботу я совершила большую ошибку, поступив именно так.

Однако я вернулась, чтобы исправить ее. Надеюсь, ты полюбишь малыша, который находится в этой корзине, и меня, потому что мы с ним будем верны тебе до последнего вздоха, обещаю. Если ты поверишь в силу любви, то не будет в этом мире ничего такого, с чем мы не сможем справиться вместе. Я люблю тебя».

Именно так Кэтлин подписала записку. Глубоко вздохнув, Макс наклонился и отбросил одеяло с корзины. Там на старой подушке мирно дремал рыжий пушистый щенок.

Макс выпрямился, на губах его появилась улыбка. Сложив записку, он сунул ее во внутренний карман пиджака, поближе к сердцу. А затем распахнул объятия, и Кэтлин бросилась в них и крепко прижалась к Максу.

— Он просто замечательный, Кэтлин, — хрипло и взволнованно прошептал Макс. — И ты тоже.

— Все будет хорошо. Обещаю тебе.

— Сейчас я уверен в этом.

Кэтлин отстранилась и вопросительно посмотрела на Макса.

— Да, уверен, — подтвердил он, — потому что, едва услышав от тети Аделайн, что нужен тебе, я так стремительно помчался к тебе на помощь, словно ты была привязана к железнодорожным рельсам, а поезд уже приближался. — Макс улыбнулся. — И если это недостаточное доказательство, то... я люблю тебя и хочу, чтобы осуществилась и другая твоя мечта... наша мечта.

— Ты говоришь о ребенке? — спросила Кэтлин дрожащим голосом.

— О ребенке. Собаки ведь любят играть с малышами, правда?

Кэтлин со смехом обняла Макса за шею и поцеловала его. Это был поцелуй, который скрепил их любовь и заставил Макса осознать, что, каким бы ни было его прошлое и что бы ни ждало его в будущем, Кэтлин всегда будет рядом с ним.

Они снова начали целоваться, но в этот момент услышали стук в окно. Прервав поцелуй, Макс обнял Кэтлин.

— Это тетушка Аделайн. Наверное, нам надо войти в дом и объяснить всем, что происходит, — предложил он, хотя и весьма неохотно.

— Думаю, они могут подождать, — возразила Кэтлин. — Кроме того, прежде чем мы войдем в дом, я должна тебя предупредить кое о чем.

— А мне это понравится?

— Не знаю. — Кэтлин почувствовала, что ей сейчас ужасно тяжело рассуждать, когда губы Макса щекочут ее ухо. Она слегка отстранилась. — Твоя невестка и моя тетя считают, что я поступила совершенно правильно... но на самом деле это была идея Аделайн. Поэтому она и выпроводила тебя из дому, чтобы у меня было время все устроить. Однако твой брат смущен всем происходящим.

Смущен? Невозмутимый Грегори, прошедший огонь, воду и медные трубы?

— Интересно будет взглянуть на это.

— Если кому-то из вас не понравилась моя маленькая ложь во спасение, то вам придется выбрасывать мои вещи, потому что добровольно я больше никогда не уйду из этого дома.

— Так ты приехала с вещами?

— Да, собрала все самое необходимое. А тетя Аделайн захватила для меня неглиже. — Кэтлин улыбнулась, заметив в глазах Макса озорные огоньки.

— Еще одна мечта становится реальностью. Это лишний раз подтверждает мою правоту. Мечты действительно сбываются.

Макс притянул Кэтлин к себе, и их губы слились в поцелуе.