Самозванка - Джейн Харри

Она попрощалась с леди Каслбери, и Ричард повел ее наверх, крепко держа за руку.

Фрэнсис стояла посреди комнаты, обхватив себя руками, словно ей было холодно, и смотрела, как Ричард снимает пиджак, галстук, расстегивает рубашку.

— Я… мне нужно время, — шепнула она.

— Оно у тебя есть. Пока я раздеваюсь.

Фрэнсис отвернулась и, подойдя к туалетному столику, начала нервтго перебирать щетки, расчески, флакончики… Но вот за спиной послышались шаги, и Ричард взял ее за плечи. Она взглянула в зеркало и при свете ночника увидела его горящие глаза, а сквозь тонкую ткань платья ощутила тепло его обнаженного тела.

— Рик… прошу тебя, — голос у нее задрожал, — не делай этого…

— Чего именно? — спросил он. — Этого? — Он приподнял ее волосы и поцеловал в шею. — Или вот этого? — И, наклонив голову, прижал губы к ее голому плечу.

Фрэнсис задрожала.

— Лучше молчи, — тихо сказал он. — Все равно тебя выдают глаза. Весь вечер я чувствовал, как ты на меня смотришь. И теперь точно знаю: ты меня хочешь. — Он расстегнул крючок на спине платья и начал потихоньку опускать молнию.

Лиф платья упал, обнажив грудь, и Фрэнсис подняла руки, чтобы прикрыться, но Ричард нежно взял ее за запястья и опустил руки.

— Если бы ты знала, как давно я мечтал об этом! — простонал он. — Как хотел увидеть тебя всю… — Он стянул платье, и оно с тихим шелестом упало к ее ногам.

Фрэнсис перешагнула через платье, Ричард поднял его и швырнул на стул.

— А теперь скажи мне, что не хочешь меня, — гипнотизируя ее взглядом, тихо произнес он.

Фрэнсис молчала. Он обнял ее, прижал к себе, и она уронила голову ему на плечо, от избытка чувств еле держась на ногах.

Фрэнсис бросила взгляд в зеркало и увидела, как его загорелые пальцы обхватили ее грудь и нежно сжали. Она застонала, а Ричард опустил другую руку, скользнул по ее бедру и спустил кружевные трусики.

Фрэнсис взглянула в зеркало и не узнала себя. Полузакрытые глаза, затуманенные желанием, зовущие яркие губы, обнаженная грудь с заострившимися сосками, тело, прильнувшее к мощному торсу Ричарда…

Между тем его пальцы достигли шелковистого бугорка, и Фрэнсис не то застонала, не то вскрикнула.

Ричард опустился на колено, расстегнул ремешки босоножек и снял их. Он гладил ее ноги, целовал щиколотки, а потом икры и поднимался все выше, пока не достиг бедер. И Фрэнсис раздвинула их.

Прикосновения его губ и языка были нежными и мучительно медленными. Она находилась на грани исступления, ей хотелось большего. Словно со стороны услышала она свой стон…

И тогда Ричард встал, подхватил ее на руки и отнес на кровать. Уложил на прохладный шелк простыни, лег рядом и с минуту лежал, любуясь ею, а потом припал к ее губам в страстном поцелуе.

Фрэнсис с готовностью отвечала на поцелуй, обвив его руками за шею и утопив пальцы в густой шевелюре. Его язык проник к ней в рот, и она инстинктивно прижалась к нему всем телом, ощутив его возбужденную плоть.

Ричард оторвался от ее губ и шепнул жарким шепотом:

— Не спеши, малышка! Я хочу, чтобы ты запомнила эту ночь.

Я запомню! — молча кричала она. Запомню каждое мгновение этой ночи. Каждое слово, каждое прикосновение и каждый поцелуй…

Ричард начал покрывать поцелуями ее шею, грудь. Взял в рот сосок и стал ласкать его, а руки тем временем блуждали по всему телу, находя самые чувствительные уголки и открывая Фрэнсис все новые и новые оттенки чувственного наслаждения.

Она откинула голову на подушку и подалась вперед, чтобы утолить томительное желание, а он одной рукой круговыми движениями поглаживал низ ее живота, а другой осторожно проникал во влажное лоно.

Фрэнсис застонала, а Ричард снова принялся ласкать ртом грудь, а пальцы уже дразнили чувствительный бугорок. И внизу ее живота появилось странное ощущение. Сначала едва заметное, оно постепенно набирало силу и наконец, достигнув пика, взорвалось, и у нее внутри все запульсировало от наслаждения.

Фрэнсис почувствовала, как из уголков глаз потекли горячим ручейком слезы.

— Ричард… — Она схватила его за руку и, впившись в нее ногтями, застонала от сладкой муки. — Ричард…

— Ты моя сладкая… — шептал он, покрывая легкими поцелуями ее лицо. — Ты моя радость…

Какое-то время она лежала, обессилев от ласк, в его объятиях, а потом улыбнулась и снова подалась всем телом вперед, приглашая его продолжить.

— Фрэнсис… — шепнул он и, обхватив ее за ягодицы, чуть приподнял. — Фрэнсис…

Когда он вошел в нее, она не ощутила боли. Ее переполняла радость от сознания их соединения.

Ричард на миг замер и дрогнувшим голосом произнес:

— Дорогая, тебе не больно? Может, мне остановиться?

Вместо ответа она потянулась к нему и приоткрыла губы для поцелуя. Он обещал, что я запомню эту ночь, думала Фрэнсис. Ну что ж, он тоже ее не забудет. Никогда.

И она принялась ласкать его: гладить плечи, спину, ягодицы… Ричард застонал от наслаждения.

А когда он задвигался в ней, сначала осторожно и медленно, а потом все быстрее и быстрее, Фрэнсис подхватила ритм и задвигалась вместе с ним, а потом обняла его за талию стройными ногами. И внезапно почувствовала, что внутри у нее снова стремительно зреет взрыв наслаждения.

И Ричард это тоже почувствовал.

— Да, — простонал он. — Да, моя сладкая… Сейчас…

Движения его стали порывистыми, он прикрыл глаза, выдохнул ее имя, замер, и она почувствовала, как у нее внутри разливается его горячее семя…

Долго еще оба лежали, измученные ласками, в сонном забытьи, а потом Ричард, приподнявшись на локте, окинул Фрэнсис взглядом собственника и довольно ухмыльнулся.

— Ну что ж, миссис Каслбери, поздравляю вас с боевым крещением!

Она с наслаждением потянулась и с невинным видом спросила:

— А когда снова в бой?

— Боже праведный, не искушай меня! — простонал он.

— А ты что, готов? — И ее рука скользнула ему на живот.

— Я-то готов! — Ричард перехватил ее руку, поднял с пола одеяло, накрыл ее и снова притянул к себе. — Но я не эгоист. А тебе, ненасытная моя, надо отдохнуть.

— А я не устала, — пробормотала Фрэнсис, но глаза ее начали слипаться, и она, чувствуя удивительную наполненность, устроилась поудобнее у него на плече.

— Спокойной ночи, моя сладкая! — шепнул он и поцеловал ее в щеку.

А ведь он так и не сказал, что любит меня, подумала Фрэнсис, проваливаясь в сон.

Рано утром она открыла глаза и с минуту лежала, прислушиваясь к своим ощущениям и вспоминая то, что было ночью, а потом повернулась и посмотрела на спящего Ричарда. И очень скоро почувствовала, что в ней просыпается желание. Она протянула руку, коснулась шелковистых завитков на его груди, обвела пальцами соски. Наклонилась и поцеловала их поочередно, а рука ее скользнула ниже, к плоскому животу. Она погладила живот и замерла у кромки жестких курчавых волос.