В плену у гордости - Берта Эллвуд

Но Беатрис больше всего на свете не хотела оставаться там в одиночестве. Все слишком напоминало об Эжене, и она боялась, что расплачется.

— Можно я побуду в кухне? — попросила она, робко улыбаясь.

Мишель как будто поняла ее страх и ободряюще кивнула. — Конечно, как вам угодно. Пойдемте. Пройдя немного по коридору, они оказались в большой кухне с высоким потолком и широкими окнами. Несмотря на странное сочетание новейшего оборудования, современной посуды и связок лука, чеснока и трав, свисающих с потолка, здесь было очень уютно.

Экономка усадила гостью на деревянный стул перед небольшим столиком, на котором красовался букет желтых роз, видимо только что срезанных в саду.

— Сейчас подойдет мой муж, — сказала Мишель, заправляя кофеварку. — Мы попросим его связаться с офисом месье, а потом, если понадобится, позвонить ему домой. Не желаете перекусить?

— Нет, спасибо, только кофе.

Вскоре в кухню вошел высокий мужчина лет сорока пяти, одетый в рабочий комбинезон и простую рубашку. Из кармана у него торчали резиновые перчатки и садовые ножницы. Беатрис подумала, что, наверное, именно благодаря его стараниям замок окружает роскошный парк с множеством клумб и цветущих кустарников.

— Это Лоран, мой муж. Лоран, это мадмуазель Беатрис Шеннон. Она провела несколько дней в гостях у месье, потом вынуждена была поспешно уехать, а теперь желает его найти.

Мишель кратко передала просьбу гостьи. Лоран кивнул и вышел из кухни, так и не произнеся ни слова. Экономка покачала головой.

— Он у меня молчун, так что вы уж на него не сердитесь. Но надежен как скала и, если надо, из-под земли кого хочешь достанет. Так что скоро мы будем знать, где месье.

В компании жизнерадостной общительной француженки и чашки ароматного кофе Беатрис потихоньку приходила в себя. Мишель ни о чем не спрашивала, за что она была ей очень благодарна, а сама рассказывала смешные случаи из своей жизни.

Минут через двадцать Лоран вернулся, печально разводя руками.

— В офисе месье нет, и он там не показывался, — начал он хрипловатым, но звучным голосом. — Мадам Вельпен и ее муж тоже ничего не знают. Только экономка в его доме в Ницце сообщила, что месье отменил назначенный на следующую неделю обед с друзьями. Он не сказал, куда направляется и когда будет обратно.

Что-то оборвалось внутри Беатрис. Вот и все, она потеряла Эжена. Он вернулся к своей привычной деловой жизни, где для нее нет места. Месье Делакруа мог отправиться куда угодно — в Америку, в Азию, даже в Австралию.

Душевные силы разом покинули ее, и она не стала возражать, когда Мишель предложила ей остаться на ночь. Вы очень устали, скоро уже стемнеет, да и номер в отеле обойдется недешево, говорила она. Беатрис кивала, но не вникала в смысл произносимых слов.

Часа через два Лоран попытался прозвониться еще раз, но из-за неполадок на линии невозможно было установить связь даже с Марселем. Садовник объяснил, что в горных районах подобное случается нередко.

Беатрис переночевала в своей старой комнате, проснулась ни свет ни заря и тут же решила ехать. Она торопливо собралась, спустилась вниз и уложила вещи в багажник машины.

В кухне уже ждал легкий завтрак, и она с удовольствием выпила чашку свежего крепкого кофе. Сердечно поблагодарив Мишель и Лорана и распрощавшись с ними, Беатрис села за руль.

Конечно, она попросила сообщить месье, когда он вернется, о своем посещении, но в глубине души не верила, что Эжен удосужится позвонить. Оглянувшись в последний раз на старинный замок, где прошли самые страшные и самые прекрасные дни ее жизни, Беатрис распрощалась с прежними мечтаниями. Страница жизни перевернута — что ждет впереди?

Эжен нервно сжимал руль и с ненавистью смотрел на дорогу, которая, как назло, изворачивалась самым немыслимым образом. Весь мир словно ополчился против него и его любви. Не так-то просто оказалось найти Беатрис и доказать ей, что только с ним, а не с Бриджесом она будет счастлива.

Вчера, приземлившись в аэропорту Бирмингема, он сразу же бросился к ней на квартиру. Но там никого не нашел. Потом позвонил Ричарду Шеннону, и тот с явной неохотой объяснил, что его дочь временно проживает с Бриджесами, и назвал адрес.

Эжен едва не выбил кулаком стекло в телефонной будке, когда узнал, что его возлюбленная ночует в доме жениха. Однако взял себя в руки и все же поехал на такси в пригород, где находился особняк Бриджесов.

Он приготовился к нападению со стороны родственников Артура, но дверь открыла Сузан.

— Где Беатрис? — спросила она дрогнувшим голосом. Глаза ее испуганно округлились.

— Именно это я хотел бы узнать у вас, — с вызовом ответил Эжен. Он представил, как она сидит рядом с Бриджесом, поит его из ложечки, кормит виноградом, поправляет одеяло, и чуть не задохнулся от ярости.

— Разве она не с вами, мистер Делакруа?

— Нет конечно! Иначе я бы здесь не стоял. — Еще минута, и он ворвется в дом и обыщет все до последней каморки.

— И тем не менее сегодня утром она улетела во Францию, чтобы встретиться с вам. Заявила, что собирается вам что-то сказать. Бетти не знала, когда вернется, и обещала звонить. Артур идет на поправку, и она решила, что больше не нужна здесь. — Сузан распахнула дверь и пригласила его войти. — Не хотите выпить чего-нибудь?

Что, черт подери, происходит, недоумевал Эжен, боясь впустить в сознание шальную мысль. Но сердце уже захлестнула волна счастья, и он широко, по-мальчишески улыбнулся.

— Нет, благодарю вас. — Он помедлил, а потом все-таки спросил: — Беатрис и Артур все еще помолвлены?

Сузан смерила его странным взглядом, как будто перед ней стоял ребенок-переросток.

— Конечно нет. Уж вам-то это следовало знать.

Значит, он летел в Англию, а она тем временем — во Францию… Опять взаимонепонимание или единый порыв двух душ?

Не все еще потеряно, твердил Эжен, глядя в окно такси, которое стремительно несло его обратно в аэропорт. Он попытался позвонить из ближайшего автомата в замок и поговорить с Беатрис, но, к несчастью, линия оказалась занята или что-то случилось.

Теперь было два выхода: либо ждать ее в Бирмингеме, поселившись под дверью Бриджесов, либо лететь обратно во Францию в надежде перехватить ее там. Но Эжен чувствовал такое возбуждение, что не мог спокойно усидеть и двух минут. Если он останется ждать, то скорее умрет от разрыва сердца. Поэтому он купил билет на ночной рейс до Марселя и направился в ближайший бар, чтобы глотнуть бренди и успокоиться.

Ступив на французскую землю, он тут же взял напрокат машину и понесся в замок. Утреннее солнце освещало темную ленту дороги, к счастью совершенно пустынную в этот ранний час.

Эжен так углубился в свои мысли, что буквально в последний момент заметил, как из-за поворота на предельной скорости вылетает синий «пежо». Он успел резко затормозить, и обе машины, едва не столкнувшись, замерли друг против друга.