По праву рождения - Теодора Снэйк

Аромат роз, которые он сжимал в руках, пьянил Фрэнка, крадущегося ранним утром к палате жены. У самой двери он натолкнулся на врача, выходившегося из соседней палаты. Фрэнк немедленно прижал, утомленного ночным дежурством, эскулапа к стене коридора и атаковал вопросами.

— Что с моей женой, доктор? Ее заболевание очень опасно? Когда ее выпишут?

Врач попытался было увернуться от Фрэнка, но укололся о длинный шип, торчащий из букета. Рассеянность и сонливость моментально слетели с него, он оценил ширину плеч противника и сдался.

— С вашей женой уже все в полном порядке. В полдень сможете забрать ее домой. Но на будущее учтите: беременным женщинам нельзя волноваться. Будьте с ней помягче. Что вам стоит потерпеть каких-то семь месяцев!

Розы посыпались из рук ошеломленного мужчины и с тихим шуршанием легли на пол.

— Вы сказали, она беременна? — переспросил Фрэнк, не веря тому, что только что услышал.

— Совершенно верно. А вы не знали? Ах да, она же собиралась преподнести вам сюрприз, — улыбнулся врач и выскользнул из ловушки. Уже убегая, он посоветовал: — Порадуйте ее чем-нибудь. Женщинам в таком положении нужны положительные эмоции.

— Спасибо за совет, док… Эй, постойте! — Фрэнк догнал врача и схватил его за полу халата. — Откуда вы знаете, что жена хотела… сделать мне сюрприз? Может, она собирается сделать… аборт?

Голос Фрэнка срывался от волнения. Врач укоризненно посмотрел на него и решил, что должен успокоить этого ненормального.

— Ваша жена так нежно кладет руку на живот и уже разговаривает с будущим ребенком. Я сам это слышал. Поверьте моему опыту, такая женщина никогда не избавится от младенца. А теперь извините, меня ждут пациенты.

Ошеломленный Фрэнк прислонился спиной к холодной стене, некоторое время осмысливая услышанное. Потом просветлел лицом и посмотрел себе под ноги. Присев на корточки, Фрэнк медленно подбирал рассыпавшиеся цветы, одновременно пытаясь навести порядок в мыслях. У них с Рией будет малыш. Она знала об этом и молчала. Но почему?

Не хотела обременять мужа нежеланным ребенком? Скорее всего, да. Сколько же ей пришлось вынести, бедняжке! А зачем тогда ей развод? Рия собиралась скрыть от него, что он станет отцом, вот зачем! И это он подвел ее к такому решению. Вчера она сделала последнюю попытку пробиться сквозь искусственную преграду, которую он воздвиг между ними. В случае неудачи Рия готова была уйти с пути Фрэнка. Довольно взрослый поступок, если разобраться. Не такой уж она несмышленыш. Рия любит его, любит! Причем настолько сильно, что способна забыть о себе. Способна добровольно оставить любимого, лишь бы не мешать его счастью.

Только Фрэнку не нужна была ее жертва. Он хотел совершенно другого: растить вместе с ней ребенка, заниматься любовью, жить под одной крышей до скончания века и все делить поровну.

Как же заслужить ее прощение, чем привлечь на свою сторону? Не последовать ли совету доброго доктора? Прижимая к груди охапку роз, Фрэнк осторожно приоткрыл дверь в палату жены и заглянул внутрь одним глазком. Рия мирно спала. Ее волосы рассыпались по подушке, грудь мерно вздымалась при каждом вдохе. Выглядела она неплохо. Фрэнк тихонько положил цветы на край постели и бесшумно вышел из палаты.

Спустя какое-то время после его ухода, Рия зашевелилась и приподняла голову с подушки. Расставаться со сладкой дремотой не хотелось, глаза открылись лишь на самую малость. Ей только что снилось, что она гуляет по цветущему саду. Сон кончился, но сильный аромат роз почему-то остался. Рия открыла глаза пошире и в полной растерянности посмотрела по сторонам.

Комната была сплошь заставлена вазами с цветами. Каких только растений тут не было! Все, чем богата калифорнийская земля, благоухало, наполняя воздух палаты непередаваемым ароматом. Посреди всего этого великолепия красовался большой длинноухий плюшевый ослик песочного цвета с белым брюшком и трогательными грустными глазами. К его шее был привязан небольшой плакат, на котором синими кривыми буквами было написано: «Прости, родная. Я тебя люблю. Твой навсегда. Фрэнк».

Нижняя губа Рии дрогнула, глаза наполнились благодарными слезами. Она всхлипнула и посмотрела на дверь. Фрэнк стоял на пороге, прижимая к груди массу пакетов с какими-то покупками. Она протянула к нему руки, и он бросил их все на пол, опустился на колени у ее постели и крепко обнял жену. Слова, приготовленные им в качестве извинений, не понадобились.

КОНЕЦ