На фиг нужен! - Татьяна Булатова

Сказала и сама своим словам не поверила: «Разве же с того света возвращаются?»

– Кто как, – вновь не согласился с ней Жмайлов и, дождавшись Ларису с допроса, отвез ее к бабке-кудеснице, имевшей странную привычку говорить о себе самой в третьем лице: «Клавди`я знает», «Клавди`я видит», «Клавди`я поможет».

– Где мой муж? – строго спросила Лариса, выложив на стол перед старухой Славину фотографию и увесистую пачку денег.

– Клавди`я не знает, – отвернулась от нее бабка и уставилась на кривоносого Николая: – На тебе кровь.

– Чья? – встрепенулась Лариса и перевела взгляд на Жмайлова.

– Клавди`я знает, – заворковала бабка и пододвинула купюры к себе, загадочно улыбнувшись.

– Славина? – Ларисе было все равно, что о ней подумает Николай. – Говори!

Бабка странно покачала головой, то ли да, то ли нет, и предупредила побледневшего визитера:

– Клавди`я видит – умрешь скоро. Чи-и-истым, – пропела она и перевела взгляд на Ларису.

– Где мой муж?

– Там. – Бабка взяла фотографию, зачем-то понюхала ее и бросила на пол.

– Что вы делаете? – испугалась Лариса, не понимая, что все это значит.

– Клавди`я видит. – Бабка закатила глаза и забормотала в потолок: – И жить не живет, и домой не идет… Спит…

– Что значит «спит»? – В один голос воскликнули Жмайлов с Ларисой, схватившись за бабкины слова, как утопающий за соломинку. – Он жив?

– Спит, – повторила Клавди2я и закрыла глаза.

– Где? – Нервы Ларисы были на пределе.

– Клавди`я не знает… – пожала плечами старуха. – Дома…

– У кого дома? – выкрикнула Лариса и так ударила обеими ладонями по столу, что на нем подскочила рюмка с торчавшей из нее оплавленной восковой свечкой. Огонек дернулся, бабка зажмурилась и, закрыв голову руками, прошамкала:

– Клавди`я не знает…

– Да чего она вообще знает?! – возмущалась потом Лариса и высказывала присмиревшему Николаю всю дорогу, что все эти гадалки – ерунда несусветная, что никакие бабки тут не помогут, что ей вообще никто не поможет – ни милиция, ни бандиты, никто! – Никому не верю! – Она гневно оглянулась на Жмайлова, почему-то сегодня расположившегося на заднем сиденье автомобиля, и осеклась. Бледный, он растирал грудь в области сердца и хватал раскрытым ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. – Что с тобой, Коля?

– Жмет что-то, – пожаловался тот и попытался негнущимися пальцами расстегнуть воротничок рубашки.

– Останови, – скомандовала жмайловскому водителю Лариса и выскочила из машины, чтобы пересесть к Николаю. Она привыкла воспринимать его как «бесплатное обязательное приложение» к своему бизнесу, но в данный момент, когда исчез Слава, когда надежда таяла на глазах, ценность Жмайлова автоматически возросла в разы.

– Коля, – жалобно попросила его Лариса. – Пожалуйста, только не сейчас.

– Не сейчас, – шевельнул тот посиневшими губами и схватил ее за руку. – Помнишь, что бабка сказала?

– Да глупость она сказала. – Лариса быстро сообразила, в чем дело и почему в глазах бесстрашного Жмайлова поселился испуг. – «Кровь», «умрешь скоро», «Слава дома», «спит»… Тоже мне Ванга! Коль, ты сам подумай! Сумасшедшая тетка, и мы – два идиота.

– Ну, не знаю… – неуверенно протянул Николай. – Я ее «пробивал», все сходится.

– Чего сходится? Слава дома, Слава спит?

– Ну, это не сходится, – с готовностью согласился с ней Жмайлов и вздохнул с облегчением: аргументы, приведенные Ларисой, выглядели вполне убедительно. – Кидалово, – подытожил Николай и пообещал найти еще кого-нибудь, кто по части без вести пропавших специализируется.

– Не надо никого искать, – тут же отказалась Лариса, но, как оказалось, преждевременно, потому что ни одно из свидетельств, зафиксированных в деле о пропаже гражданина Крюкова В.В., в итоге расследования вперед не продвигало, а только подчеркивало его полную бесперспективность и абсолютную беспомощность тех, кто его вел. Надо ли говорить, что Лариса нуждалась в поддержке другого рода и продолжала откликаться на любую возможность узнать хоть что-то сверх описанного в протоколе.

С кем ей только не приходилось сталкиваться в этих бесконечных походах по «специалистам» со сверхъестественными способностями! И везде ее сопровождал верный кривоносый Жмайлов, взявший семью и бизнес пропавшего товарища под свою опеку. Только в отличие от первого посещения знаменитой Клавди`и теперь Николай предусмотрительно оставался в машине, где терпеливо поджидал Ларису с очередного сеанса. Экстрасенсы, белые и черные маги, потомственные предсказатели, народные целители твердили одно и то же: «Среди мертвых его нет».

– А среди живых? – пытала их почти утратившая надежду Лариса и, не дождавшись ответа, возвращалась к суровому Жмайлову, встречавшему ее молча, садилась рядом и коротко сообщала: – Все то же самое.

Поразительно, но с исчезновением Славы жизнь не закончилась. Наоборот, она стала на порядок интенсивнее, потому что теперь ей приходилось работать и за себя, и за мужа. «Выкрутишься!» – заверил ее Жмайлов и заговорил о детях, с которыми теперь виделся практически каждый день.

– Он что, будет нашим папой? – добродушно поинтересовался Глебка и с опаской покосился на старшего брата, памятуя, как тот избил его за предположение, что «папа умер».

– Нет, конечно, – разуверила его Лариса, после чего впервые взглянула на Николая как на мужчину, с которым, вероятно, можно было бы иметь какие-то отношения, благо тот был давно разведен и, как он говорил, «к счастью, бездетен».

– А почему? – не успокаивался Глеб, пока еще не умеющий в отличие от Антона скрывать свои переживания.

– Потому что папа вернется, – не веря самой себе, пообещала ему Лариса.

– Когда я в школу пойду? – уточнил дату отцовского появления Глебка и подбежал к настенному календарю: до означенного срока оставалась неделя.

– Дурак ты! – оборвал его Антон и сделал вид, что очень занят игрой в тетрис.

– Сам дурак, – обиделся на брата Глеб, но тем не менее присел рядом с ним перед телевизором. – Дай поиграть.

– На. – Антон легко расстался с джойстиком и укоризненно посмотрел на мать: – Когда папа был, – он хотел сказать «жив», но вовремя сообразил и выговорил: – дома, дядя Коля никогда не приходил к нам вечером.

– И что ты хочешь этим сказать? – обуздав волнение, переспросила Лариса.

– Ничего, – отвернулся Антошка. – Только то, что, когда папа был дома, дядя Коля никогда не приходил к нам вечером.

Эти слова лишили Ларису покоя. Действительно, когда Слава был дома, Николай не приходил к ним никогда, предпочитая встречаться с ее мужем на нейтральной территории. И этот факт показался ей невероятно подозрительным. «А что? – рассудила она. – Жмайлов был в курсе всех наших дел. Готовый бизнес, только руку протяни. Кто откажется?» Как только Лариса позволила себе подумать о Николае в таком ключе, ее тут же пронзила мысль о том, почему следователь, допрашивая ее, с таким упорством всякий раз возвращался к одному и тому же вопросу: «В каких отношениях гражданин Жмайлов был с вашим мужем?»