Assassin - Вероника Мелан

Рыжеволосая истошно завизжала и метнулась к двери. Теперь ей было все равно, что на ней нет ни платья, ни белья. Ее интересовало только одно - как можно быстрее убраться от этого ухмыляющегося психа с пистолетом в руках.

Дверь резко ударилась о стену и в толпе замелькали белые пухлые ягодицы. Раздались одобрительные выкрики, свист и аплодисменты. Несколько мужчин заржали во весь голос, разглядывая голую девицу, старающуюся прикрыть руками трясущуюся от бега грудь.

– Что, красавица, тебя не оценили по достоинству? Иди сюда, мы тебя приласкаем! - орал чей-то хамоватый голос. - Куда же ты бежишь, красотуля?

Рен смотрел, как под оглушительный хохот и непристойные шутки рыжеволосая девица скрывается в толпе.

Он медленно убрал пистолет за пояс, вышел из комнаты и вернулся к столу.

– Эй, приятель, я тебя уже заждался! - Воскликнул Дэйв. - Ты где был так долго?

– Развлекался. - Ответил Рен и протянул руку к шестому по счету стакану со скотчем.

– Я возьму охранников на себя.

Снова повторил мужчина, и его хриплый голос затих, погрузив палату в привычную тишину.

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Нисса пришла в себя и спросила:

– Но почему?

Я потрясенно молчала. Молчал и мужчина на соседней кровати. Казалось, он принимает какое-то решение. Наконец он ответил:

– Я не хочу видеть, как ломают еще одного человека. И я буду рад, если она станет первой, кому удастся сбежать из этого чертова логова. Слишком долго я смотрел на то, что здесь творится. Я устал от этих лиц, от ночных криков, от постоянных кошмаров, которые не прекращаются ни днем, ни ночью. Я устал всего бояться и может быть впервые… - На этом месте мужчина запнулся, подбирая слова. - Впервые я смогу сделать что-то полезное. Пусть не для себя, для кого-то еще…

В палате снова наступила тишина. Кое-как справившись с волнением, я, наконец, произнесла:

– Но ведь вы пострадаете…

– Не надо беспокоиться за меня, девочка. Я справлюсь.

Вступила Нисса:

– Элли, это наш шанс. И единственный способ что-то сделать с охранниками. Как вас зовут? - Спросила она мужчину.

– Эдвард.

– Скажите, Эдвард, а как вы собираетесь отвлекать охрану?

– Ну… У меня есть на уме несколько идей. Думаю, что сработает любая из них. - Он усмехнулся. И от этой усмешки по моей спине пробежал холодок. Так отстраненно могут усмехаться люди только безумные или отчаявшиеся люди.

– Вы можете полагаться на меня. Я смогу это сделать. - Продолжил мужчина решительно.

– Эдвард… - Мой голос прозвучал неестественно глухо. - Вас убьют. Вас убьют, вы понимаете?

Как ни странно, но эта фраза как будто еще больше развеселила моего соседа.

– Да, возможно вы правы. Но меня это больше не беспокоит. Перед тем, как они это сделают, я успею насладиться триумфом. И не беда, если он продлится не больше минуты. И еще… - Мужчина ненадолго замолчал и как-то погрустнел. Когда он продолжил, мое сердце сжалось от боли. - Мне хотелось бы уйти. Я устал. Я надеюсь, вы поймете меня… Я действительно устал.

– Нет, Эдвард! - Горячо зашептала я. - Может быть, все еще будет хорошо. Не надо!

– Элли… - Позвал меня из темноты тихий голос Ниссы. - Это его выбор. Оставь ему право решать самому.

Я затихла, но почувствовала, что вот-вот расплачусь. Это же невозможно! Невозможно хотеть умереть, когда ты еще можешь жить!

«Или я не права?» - вдруг мелькнула горькая мысль «Как долго можно издеваться над человеком, прежде чем придет такое желание? Сколько можно терпеть? Я не пробыла здесь и двух недель, а Эдвард? Как часто он слушал по ночам душераздирающие стоны? Смотрел в пустые глаза соседей по столу, прикидывался полным идиотом, идя по стерильному коридору, и все это время ненавидел… ненавидел… ненавидел…»

Закрыв лицо руками, я поняла, что не могу, не имею права его останавливать. Это действительно его выбор. Но все же, несмотря на это, я чувствовала, как внутри меня что-то умирает. Еще одна маленькая часть души навсегда останется здесь, в Корпусе, вместе с Эдвардом. Сквозь пальцы по щекам потекли горячие слезы.

«Ненавижу их! Ненавижу!»

В этот момент Нисса коротко произнесла:

– Все. Время вышло. Спим.

Она поспешно отвернулась к стене и замолчала. Кровать слева тоже тихонько скрипнула и наступила тишина.

На следующую ночь мы обговорили и утвердили все детали побега. Обсудив каждый пункт по несколько раз, мы молча лежали, думая каждый о своем. Это был отчаянный шаг, и в эту минуту стало особенно ясно, что, начиная с завтрашнего утра, пути назад уже не будет.

Я попробовала представить последствия, которые меня могут ожидать на свободе, но тут же отбросила эту мысль. Нет смысла пугаться того, чего не знаешь.

Самым важным в эту минуту было решить, что я все-таки выберу - бежать или остаться здесь еще на триста пятьдесят четыре дня.

Сомнений не было. Я не смогу выдержать здесь целый год, а значит, надо бежать.

– Элли… - Я повернула голову на шепот Ниссы. - Давай повторим все в последний раз. Итак, я сымитирую приступ прямо с утра и до самого вечера не появлюсь в спальне. Ты и Эдвард ведите себя так, как будто ничего не произошло. Ложитесь спать, но не спите. Я отключу наблюдение и прослушивание ровно в два часа ночи. Эдвард, вы уверены, что ваши часы не встанут?

– Все в порядке. Батареи хватит еще года на два.

– Отлично. Дальше за дело берется Эдвард. - Обратилась Нисса снова ко мне. - Он отвлекает охранников, и ты тут же выскакиваешь из спальни в коридор. Не забудь взять ключ от входной двери и от главных ворот, они висят на доске, рядом с телевизором. От входной двери маленький серый, от ворот здоровый желтый.

– Я помню.

– Затем ты выскакиваешь на улицу, отпираешь ворота и пускаешься бегом до трассы. Все понятно?

– Да.

– Элли, не забудь сразу надеть пальто.

Я протянула руку и осторожно погладила шерстяную ткань. Пальто Нисса принесла еще утром, и теперь оно, надежно укрытое от посторонних глаз, лежало под моим матрасом.

– Нисса, ты не забыла положить записку? - На всякий случай переспросила я.

– Ты издеваешься? Конечно, нет.

– Лучше напомнить дважды. А то ты забудешь, и мне придется совершить сюда повторный набег.

Эдвард, покряхтывая, рассмеялся под одеялом.

– Если вдруг зайдешь в гости, захвати пару гранатометов.

– Обязательно. - Улыбнулась я в темноту, чувствуя как непрошенные слезы жгут глаза. Он смеется, зная, что они ему уже не понадобятся. Сколько же у него внутри силы, сколько смелости и отчаяния, чтобы шутить, понимая, что завтрашний день может стать последним?