Нефритовая звезда - Кэтрин Коултер

Джул протянула руку:

— Мое имя Джулиана, но Майкл зовет меня просто Джул.

— Майкл? — удивилась Агата Ньютон. — Боже мой, так, значит, у этого красавчика все-таки есть настоящее имя! Меня зовут Агата, дорогая.

— Очень приятно, — сказала Джул немного растерянно. Агата Ньютон была чуть постарше, полногрудая, с высоким добрым голосом.

— Леди, я принесу вам чаю, — сказала Лидия. — А ты, моя хорошая, садись и развлекай дам.

— Миссис Малленс, — сказала Чонси Сэкстон, — должно быть, на седьмом небе от счастья: наконец-то в доме Сента появилась женщина!

— Прошу вас, — Джул сделала знак рукой, — прошу вас, присаживайтесь. Майкл, конечно, рассказывал мне и про Сэкстонов, и про Ньютонов. Он говорил, что вы его близкие друзья.

— Да, это так, — сказала Чонси. — Джул — значит драгоценная? Твое имя ассоциируется с бриллиантами и изумрудами.

— Это Майкл стал называть меня Джул.

— Побыстрее бы рассказать мужу про настоящее имя Сента! Ему надо задать хорошую трепку.

Джул улыбнулась, впервые за разговор расслабившись.

— Вообще-то Майкл — одно из его имен, — лукаво улыбнулась она.

Гости подались вперед, вопрошающе глядя на нее. Джул засмеялась:

— Нет, я должна хранить тайну мужа.

— А кстати, где же Сент, или Майкл? — спросила Чонси.

— У него возникли какие-то неприятности. Он говорил, что должен навестить Мэгги.

— Ясно, — сказала Чонси. Ее муж Делани рассказал ей о том, что произошло с миссис Моррис, так что не следовало пока упоминать о профессии Мэгги.

В этот момент в гостиную вошла Лидия, неся потускневший серебряный поднос.

— У меня не было времени почистить поднос, — извинилась она. — Ведь Сент никогда раньше его не использовал.

— Теперь все изменилось, — удовлетворенно заметила Агата.

— Джул, — сказала Чонси, сделав глоток великолепного жасминового чая, — мы с Агатой хотим пригласить тебя на небольшой праздничный обед у нас дома. Сент уже принял приглашение, но мы хотели увидеть тебя и пригласить лично. Пора тебе познакомиться с некоторыми жителями Сан-Франциско.

Джул разволновалась.

— Это было бы замечательно, — восторженно сказала она, — только мне нужно купить новое платье. Я должна спросить Майкла… — Она осеклась. — А Майкл согласился?

На минуту Чонси примолкла, стараясь выглядеть как можно беззаботнее. Через что только не пришлось пройти этой бедной девочке! А какие у нее отношения с Сентом? Наконец она твердо сказала:

— Разумеется, Сент согласился. Он очень гордится тобой и хочет познакомить тебя со всеми. Может быть, пойдем завтра вместе, скажем, к мсье Дэвиду? Он превосходный модельер. Там есть коллекция прекрасных платьев, многие из Парижа.

«Тараторю, как идиотка», — подумала Чонси, прерывая свой монолог.

— Очень любезно с вашей стороны, — радостно сказала Джул, но ее беспокоили расходы. Платье, по ее мнению, могло быть очень дорогим: вдруг Майкл не захочет тратить деньги?

Примерно после получасового обстоятельного визита Чонси с Агатой сели в экипаж Чонси.

— Люкас, вези, пожалуйста, к дому Ньютонов, — сказала Чонси извозчику.

— Она очень… — запнулась Агата, качая седой головой.

— Уязвимая? Напуганная? Усталая? — продолжила Чонси.

— Да, пожалуй, все сразу.

— Ради Сента мы должны быть к ней внимательны.

— Ты хочешь сказать, ради Сента-Майкла?

* * *

Джул пребывала в радостном возбуждении, но вместе с тем смутное чувство тревоги не оставляло ее. Майкл вернулся домой только к вечеру, она уже стала волноваться.

— Привет, Джул, — сказал он, входя в гостиную. — Как прошел день? — Сняв с себя легкий плащ, он повесил его на спинку стула. — Что случилось? Ты нездорова? — Взглянув на нее, он моментально понял, что что-то произошло.

Джул нервно провела языком по верхней губе.

Это подействовало на него так сильно, словно она разделась перед ним. «Это должно когда-то закончиться, — сказал он себе, — я же не мальчишка».

— Майкл, у нас есть деньги? Сент непонимающе заморгал:

— Есть, а что?

— Ко мне приходили миссис Сэкстон и миссис Ньютон, — выпалила Джул. — Они пригласили нас на обед, и Чонси сказала, что возьмет меня с собой к мсье Дэвиду, чтобы купить новое платье, а я не знала, как ты отнесешься к этому и как…

Сент жестом остановил поток ее слов.

— Наверное, это очень дорого, — продолжала она, игнорируя этот жест, — отец никогда… — Голос Джул дрожал, и Сент почувствовал всю ее боль и отчаяние. Она смотрела на него с надеждой ребенка, уверенная в отказе. Но черт побери, она не была ребенком!

— Джул, конечно же, ты должна купить себе новое платье, даже несколько. И обязательно отправляйся с Чонси. А о деньгах не беспокойся, хорошо?

— Но…

— Никаких «но». Не беспокойся.

— Лидия говорила мне, что иногда тебе приходилось даже продавать какие-то вещи, что твои пациенты привыкли расплачиваться не деньгами, а услугами, а я не хочу быть тебе большим бременем, чем я уже есть.

Сент вскипел. Что за язык у Лидии!

— Хватит Джул, — резко сказал он. — Ты никакое не бремя и не смей больше так говорить, поняла?

— Извини, — испуганно прошептала Джул, опустив голову, — но я действительно бремя. Ничего не делаю, и…

Он не мог больше выносить этого. Быстро подойдя к жене, он обнял ее. Поначалу она стояла неподвижно, но потом прижалась к нему. Он гладил ее волосы, закрыв глаза, вдыхал восхитительный аромат.

— Джул, я хочу, чтобы ты была счастлива, — сказал он наконец. — У нас достаточно денег, клянусь тебе. Вообще-то я был бы очень рад, если бы ты выглядела нарядной.

Сент все еще чувствовал ее неуверенность.

— Думаю, ты хорошо бы смотрелась в розовом, — сказал он, поддразнивая ее.

— В розовом? — воскликнула Джул, глядя в его смеющиеся глаза. — С моими-то волосами?!

— Вот так уже лучше. — Совершенно непроизвольно он поцеловал ее в губы.

Она покраснела.

«Да прекрати же ты набрасываться на нее, глупый осел!»

— А как насчет изумрудного ожерелья? Под цвет твоих глаз?

На этот раз она счастливо засмеялась:

— Майкл, ты действительно не против?

— Глупенькая, — ответил он, прижимая ее к себе. — Не хочешь сейчас прокатиться со мной верхом к океану? Там много неизвестных мне птиц — ты бы меня просветила, а то я в этом абсолютно невежественный: узнаю только чаек да бакланов. Это у них длинные шеи, верно?