Неповторимая любовь - Шеннон Дрейк

— И вместе с тем полна опасностей… Я имею в виду не только сиу, — пробормотала Сабрина.

— Простите, что вы сказали?

— Вернемся к погоде, лейтенант. Вы говорили, что она бывает коварной.

— Да. Бывает, что снег в этих краях не тает до самого июня. Но если вы увидите здешние реки весной, поля, покрытые пестрым ковром цветов… это незабываемое зрелище! А пока… — Его голос угас, на лице появились горестные морщины. — Сиу напали на обитателей форта Пез, перевалочную базу торговцев. Генерал Терри приказал майору Брисбину освободить форт, что Брисбин и сделал. Сиу спаслись бегством, но…

— Почему обвинение пало на сиу? Откуда известно, что на форт напали именно они?

— Неподалеку от форта обнаружили походные вигвамы воинов сиу. Так или иначе, индейцы сыграли на руку тем, кто стремится уничтожить их. Вот почему я так рад, что вы здесь. — Он усмехнулся. — Ваш муж не способен на предательство, но я уверен, что происходящие события приведут его в ярость, как привели меня, а ведь во мне нет ни капли крови сиу. Думаю, ваше присутствие поможет Слоану. Благодаря вам он благополучно переживет трудные времена.

Внезапно Гринуэй нахмурился и остановился, хотя музыка продолжала играть. Обернувшись, Сабрина увидела, что за ее спиной стоит Слоан.

— Майор! — воскликнул Гринуэй.

— Добрый вечер, лейтенант, — отозвался Слоан. — Вы позволите?

— Разумеется, сэр! — Гринуэй отпустил Сабрину, уступая место Слоану.

Оказавшись в объятиях мужа, Сабрина тревожна вгляделась в его глаза.

— Гринуэй только что рассказал мне о нападении сиу.

— Об этом нападении все говорят, — ответил он, и Сабрина удивилась, услышав в его голосе непривычную горечь.

— Они напали на…

— На форт Пез.

— Да. Слоан, если ты побывал у индейцев, которые совершили этот налет, разве ты Не должен сообщить войскам их местонахождение?

— Сабрина, я был не у тех индейцев, которые напали на форт Пез. Я встречался с Бешеным Конем, но это случилось несколько недель назад, и мне действительно неизвестно, где он сейчас, хотя полагаю, что направился на север. Согласно приказу я передал Бешеному Коню распоряжение правительства.

— А он оставил его без внимания, — добавила Сабрина.

— Кудряш бы тебе понравился.

— Кто?

— Кудряш — прозвище Бешеного Коня. Для индейца он выглядит слишком светлокожим, его кожа гораздо светлее моей. Он осторожен, вдумчив и внимателен.

— Когда не снимает скальпы.

— Тебе известно, дорогая, что, едва поселившись в этой стране, европейцы первыми стали снимать скальпы с индейцев, чтобы похвастаться количеством своих жертв и получить вознаграждение.

— Но больше белые так не делают.

— Не обманывай себя.

— Но послушай, Слоан…

— Сабрина, я — майор кавалерии США и ни на минуту не забываю об этом. Ты довольна?

Сабрина судорожно сглотнула.

— Замечательно! Когда-нибудь твой давний приятель Бешеный Конь всадит тебе пулю в сердце! Поскольку ты не принадлежишь ни к тому, ни к другому миру, он имеет на это полное право. Как и генерал Шерман, который вправе расстрелять тебя!

— Если это случится, то ты вряд ли огорчишься… Ты уже попрощалась с сестрой? До рассвета нам предстоит проделать большой путь.

— До рассвета? — изумленно прошептала Сабрина. На несколько минут она забыла об отъезде. Сабрина сбилась с такта, споткнулась, но Слоан поддержал ее.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

— Конечно… то есть нет! Слоан, я слишком плохо чувствую себя… — начала она.

Но он только рассмеялся.

— Что тут смешного?

— Не что, а кто. Ты.

— Я рада, что ты находишь меня забавной.

— Я намерен забавляться и впредь! — заверил ее Слоан. Сабрина едва сдержала желание пнуть его ногой.

— Право, Слоан…

— Сабрина, наши лошади ждут у дома, вещи уложены, Мэгги набила сумки провизией. Пора в путь.

— Ты негодяй!

— И тебе придется с этим смириться.

— Я привыкла путешествовать при дневном свете!

Он усмехнулся:

— Будь я внимательным и добрым, ты обвела бы меня вокруг пальца и я из негодяя превратился бы в жалкого рогоносца. Мы уезжаем сегодня, Сабрина. Поспеши. Тебе известно, что меня не обманешь. А может, ты надеялась, что меня убьют?

— Не глупи! У меня нет ни малейшего повода желать тебе смерти. Просто я надеялась образумить тебя и добиться развода или же заставить тебя всерьез задуматься о нем! — с надеждой выпалила Сабрина.

— Попрощайся с сестрой, Сабрина. Нам пора.

— Но вечеринка еще не кончилась…

— Я хочу увезти тебя, — твердо заявил он.

— Вот как? На виду у всех офицеров, жителей города и форта? — Сабрина вскинула подбородок.

Слоан усмехнулся, в его глазах вспыхнул зловещий огонек.

— Что же тут странного, дорогая?

— Слоан, не прикидывайся…

Сабрина осеклась и ахнула: Слоан легко подхватил ее за талию и понес прочь из комнаты.

— Слоан! — воскликнула она, упираясь ладонями ему в грудь.

На пороге двери, ведущей в переднюю, Слоан обернулся.

— Прошу прощения, леди и джентльмены! — любезно произнес он. — Как вам всем известно, мы молодожены!

Продолжая вырываться, Сабрина услышала, как присутствующие разразились смехом и аплодисментами.

— А я, как человек военный, ценю минуты уединения, — продолжал Слоан. — Благодарю вас за добрые пожелания. Увидимся в форте!

Сабрина почувствовала, что густо краснеет. За ее спиной гремел смех, слышались двусмысленные возгласы мужчин и реплики женщин.

— Слоан, отпусти меня! — потребовала Сабрина.

— Ни за что, пока мы не выберемся отсюда, — сообщил он.

— Но я не успела попрощаться с сестрой, не успела переодеться! Не могу же я путешествовать в таком виде: платье будет безнадежно испорчено…

Но Слоан уже донес ее до передней двери и вышел на веранду. У крыльца Вяз держал под уздцы двух лошадей:

черного жеребца Слоана, Томаса, и пегого, Джинджера, на котором ездила верхом Сабрина. Позади седла на Джинджере был привязан узел с одеждой, к седлу на Томасе были приторочены туго набитые сумки.

— Слоан, поставь меня сейчас же…

Она не договорила. Слоан неожиданно поставил ее на пол веранды лицом к Ястребу и Скайлар. Ястреб держал наготове шинель Слоана и плащ Сабрины.

Сердце Сабрины ушло в пятки.