Шах вам, королева! - Арина Ларина

– Вам помочь? – не унимался дядька.

– Останетесь в резерве, – пробормотала Караваева и ринулась в подъезд.

Ее влекли вперед смелость, безрассудство и слабая надежда на то, что грабитель вряд ли стал бы выходить на балкон покурить. А еще он мог оказаться Ромкиным родственником или другом. Холостым! В любом случае следовало успокоить совесть и убедиться, что Валентинин супруг временно попытается вести себя прилично.

Удивительно, но на звонок дверь никто не открыл.

– Здрасьте вам, – изумилась Татьяна и уже привычно начала пинать косяк. – Теперь-то чего бояться, не с бабой ведь! Или он того, с мужиками…

Осененная этим бредовым подозрением, она энергично забарабанила в дверь, убедительно крикнув в замочную скважину:

– Ромка, это я! Сейчас милицию вызову.

С той стороны послышалась возня, шепот, приглушенные звуки скандала и, наконец, дверь распахнулась. На пороге стоял приятный парень и вежливо улыбался.

– Вы кто? – Татьяна заходить в квартиру побоялась, решив, если что, вызвать стражей порядка с лестницы.

– Я Ромин брат.

– Кто? – Татьяна знала, что Рома – единственный сын в семье.

– Брат. Вова. Троюродный.

– Давно приехал? Откуда? Надолго? – засыпала его вопросами недоверчивая Караваева. Надо было бы радоваться, что брат приехал. С таким Вовой Фуфаев скорее станет пить, чем гулять. Хотя мог и совместить процессы… – А Ромка где?

– На работе, – пожал плечами Вова.

Неожиданно в квартире кто-то чихнул. Тоненько и испуганно. Подозрительность придала Татьяне смелости, поэтому она сурово оттолкнула брата Вову и двинулась на звук. По гостиной металась Катерина.

– Какая встреча! – охнула Караваева. – Это как понимать? Я вроде тебя вчера проводила до двери!

– А ты тут никто! – трусливо выкрикнула девица, на всякий случай отгородившись от пришедшей креслом. – Нечего сюда ходить! Меня Рома привел! А тебя никто не звал вообще!

– Ладно. А Вова откуда нарисовался?

– Он мне конспекты принес, – с вызовом заявила Катя.

И тут до Татьяны дошло. Она сопоставила ушедшего на работу Романа, не совсем одетую Катерину, курившего на балконе Вову и засмеялась:

– Это ты, подруга, рога Ромашке наставляешь?

Хлопнула дверь. Видимо, Вова оставил поле боя, решив не дожидаться развязки.

– Как ты надоела-то! Чего тебе нужно? Чего ты ходишь? – завелась Катерина, поняв, что кавалер сбежал.

– Я вот сейчас Роме позвоню и скажу, чем ты тут занимаешься, – пригрозила Татьяна.

– Ой, напугала, – надула губы девица, натягивая джинсы. – Давай договоримся, ты Ромику ничего не сообщишь, а я тебе должна буду.

– Что именно ты мне будешь должна? Ночь любви или чупа-чупс? Нет уж. Все должно быть по-честному. Я за справедливость.

– Слушай, ну не надо, – произнесла Катерина. – Я у него практику на работе прохожу. Давай договариваться. Я клянусь, что больше никогда здесь не появлюсь.

– Вчера уже договаривались, – напомнила Татьяна. – Я дважды на одни грабли не наступаю.

– Так это ты с ним договаривалась. Большая уже девочка, пора знать, что мужикам верить нельзя, – заметила Катерина.

– Бабам тоже верить нельзя, как я погляжу. А Рома-то наивный! Ладно, давай свой телефон на всякий случай. Диктуй. Да не вздумай соврать, я сейчас перезвоню тебе и проверю.

– Телефон-то зачем? – заволновалась девица, нервно теребя сумочку.

– Для гарантии. Мало ли что. Вдруг ты вернуться решишь. Или сопрешь тут что-нибудь, – пояснила Таня, сама не понимаяя, зачем ей номер телефона этой блондинки. Но интуиция подсказывала, что надо брать.

Выпроводив практикантку, она сняла с гвоздика запасные ключи, закрыла дверь и с чувством выполненного долга отправилась домой.

Отгул следовало провести с пользой.

Юлька неслась от станции, как революционный паровоз, сосредоточенно перепрыгивая кочки и ямки. От нее разве что пар не шел. На окраине деревни она резко сбросила скорость и степенно двинулась по улице, пристально вглядываясь вдаль. Где-то там, в аккуратном коттедже, не находил себе места Вадик. Как же, она ведь исчезла, как Царевна-лягушка, даже шкурку не оставила. Зато теперь он понял, что они значат друг для друга.

– Юля, разве так можно? – вылетел на дорогу Дима, с утра сидевший на чердаке с ноутбуком и периодически поглядывавший на терявшуюся в густом лесу дорогу. Жена накануне внезапно исчезла, даже не приготовив ужин, и он терялся в догадках. Вроде ничего не случилось: он ее не обидел, они не ругались. Тогда почему?

– Никто не заходил? – даже не поздоровавшись, выпалила Юлька.

– Куда?

– Митя, очнись! К нам никто не заходил, пока меня не было?

– Ты считаешь, что можно провести ночь неизвестно где, прислав бредовую эсэмэску, а потом вернуться и задавать мне вопросы? – вспылил муж, слегка отрезвив обнаглевшую Юлю.

– Я была у Таньки. У нее проблемы, – соврала она. – Потом объясню. Устала ужасно. Поесть что-нибудь осталось?

– Нет, я думал, раз ты из города, то что-нибудь привезешь.

– Нормально. Дима, я тебе что, продуктовый фургон? Почему ты вечно рассчитываешь только на меня даже в мелочах? Вот я приехала, хочу есть, и что мне делать? В магазин бежать?

– Хочешь, я тебе яичницу пожарю? – без особого энтузиазма предложил Дима.

Он ощущал смутное и необъяснимое чувство вины, словно не Юлька прошлялась неизвестно где всю ночь, а он. Умеют женщины поставить все с ног на голову и объяснить, что так и должно быть!

Яичницу она не желала, но согласилась из принципа. Побегав по участку, как голодный таракан по пустой кухне, Юлька устала косить глазом в сторону соседского дома и угадывать, где там Вадим, и решила провести разведку боем.

– Пойду позову соседа купаться! – крикнула она Мите, прихорашиваясь перед зеркалом.

– Да мы уже сегодня ходили, – пожал полными плечами муж, вываливая пригоревшую глазунью на тарелку. Желток немедленно вытек, а сероватую стружку белка супруг заботливо соскоблил и высыпал в оранжевую лужицу, воткнув в шедевр листик петрушки.

– Как? – опешила Юлька, отпрянув от зеркала. – Вдвоем?!

– Ну да. Тебя же не было, – пояснил Дима, старательно вытерев руки о штаны. – Хочешь, я с тобой еще раз за компанию схожу.

– С ума сойти, – прошептала она. – И о чем вы говорили?

– Юль, ты чего? – жалобно сморщился муж. – У тебя точно ничего серьезного не случилось? Ты какие-то вопросы странные задаешь. О ерунде обо всякой болтали. Тебе пересказать?

– Перескажи, – потребовала она.

Как это можно: любимая женщина пропала, прислав всего лишь невразумительную эсэмэску, а муж и любовник как ни в чем не бывало отправились купаться! Вдвоем! Да еще говорили не о ней, а о какой-то ерунде!