Днк, или внебрачная дочь монстра - Татьяна Михаль

От девушек она требовала, чтобы в доме царила идеальная чистота. Стопки полотенец во всех ванных комнатах должны лежать на одинаковом расстоянии друг от друга. Интерьерные аксессуары — настольные лампы, вазы, фигурки, картины и прочее — тоже требовалось выставить в точности по центру.

Маргарита обходила комнату за комнатой с рулеткой, чтобы проверить, насколько точно девушки соблюдают её приказы. Ничто, ни малейшая деталь не ускользала от её всевидящего ока.

Дом в этот момент напоминал настоящий дурдом.

— Мне кажется, что вы бросились в крайность, — произнесла я озадаченно и немного испуганно, так как представила, что же ждёт в итоге меня, когда она примется за моё преображение.

Диана сидела у меня на руках и тоже, как и я с удивлением глядела на мельтешившиеся туда-сюда девушек из клининговой компании.

Кстати, Рита хорошо знала немецкий язык и командовала прислугой как настоящий военноначальник в юбке.

С одной стороны я понимала, что Севастьянова права – дом должен быть чуть ли не стерильным, так как иммунитет моей малышки сейчас очень снижен и поэтому я старалась настроить себя на то, что уборка, протирание пыли и полировка всех поверхностей просто необходимы и ведь уборку-то делала не я, а наёмные работницы, у которых имелось всё необходимое оборудование для мытья окон, отпарыватели, водяные пылесосы, какие-то чудные швабры, ручные пылеуберающие машинки и прочее, прочее, прочее.

Но с другой стороны, когда она сказала, что такая уборка будет происходить в этом доме два раза в неделю – мне стало даже дурно.

Маргарита явно перегибала палку.

Досталось и поварам.

Маргарита потребовала, чтобы все, до единого продукты, были наисвежайшими, независимо от того, что это – хлеб, молоко, сахар, мясо, овощи, фрукты, специи…

А на моё замечание, она ответила так:

— Для моей внучки – всё самое лучшее, Наташа. Она должна поправиться, а для этого нужны чистейший дом и самые полезные и свежие продукты.

— А ещё любовь и внимание, — добавила я с улыбкой.

— Ну естественно, — произнесла она тоном, будто я конченная идиотка. — Я про это даже вслух не говорю, потому что любовь, забота и внимание — это само собой разумеющееся явление.

— Ты лучше не сиди тут на диване, а иди и погуляй с Дианой в саду и почитай книгу, что я тебе приготовила, — отправила она меня с глаз долой.

«С превеликим удовольствием!»

Маргарита добавила:

— Полдник подадут в беседке через пятнадцать минут.

— Хорошо, — кивнула ей с натянутой улыбкой.

Подумала, что Маргарита слишком много на себя берёт. Это не хорошо не для неё самой, не для окружающих. Её слишком много. Настолько, что я уже начинаю задыхаться в её присутствии.

Взяла с журнального столика книгу «Этикет от «А» до «Я», как гласило название. Хмыкнула, но перечить не стала.

Диана, как и вчера, сегодня, тоже не расставалась со своим любимым зайцем и на все возмущения Маргариты, отвоевать ей зайца так не удалось, хотя женщина очень мечтала выкинуть игрушку куда подальше.

Она снова тяжко вздохнула, когда малышка с особой нежностью прижала к себе зайчишку, но промолчала.

«Первый плюсик в вашу копилку, Маргарита Васильевна», — усмехнулась я.

Наталья

— Настоящее высшее общество предпочитает элегантный стиль, Наташа. Бывшая жена Макара хоть и имела вкус, но одевалась, хоть дорого и хорошо, но без элегантности.

Она изящным движением взяла чашку с чаем и, сделав глоток, продолжила:

— Но скажу тебе по честности, моя дорогая, у Инессы нет никакого шарма. В тебе же есть нечто неземное, хрупкое, словно ты принцесса, только завёрнутая в лохмотья. Шик тебе определённо пойдёт.

— Благодарю, — вздохнула я, поглядывая с улыбкой на свою малышку, которая с аппетитом уплетала фруктовый десерт.

Конечно, постоянное сравнение меня с Инессой, начинало откровенно раздражать, но я уже понимала, что Маргарита — это бесценный источник знаний, которые, возможно, мне не получить в специализированных школах и курсах, и решила, что хуже уж точно не будет. Главное, мне не стать такой же, как она. Наталья

Вечером, когда я уложила Диану спать, позвонил Макар.

Я взяла радионяню и сунула её себе в карман халата. Тихо, чтобы не разбудить малышку, вышла на балкон.

— Алло, — приняла вызов.

— Привет. Прости, что поздно звоню, не было ни минуты свободного времени, — произнёс Макар.

«Он что, оправдывался сейчас?»

— Ничего, я ещё не спала. Только-только Диану уложила.

— Как она?

— Слава богу, всё хорошо. Сегодня мы были на плановом осмотре, сдали анализы. Доктор говорит, что она молодец и её организм очень хорошо себя ведёт.

— Это хорошо, — ответил он, и я ощутила в его голосе улыбку. Он ведь и правда, сейчас улыбался.

— Ты хотела поговорить по поводу мамы, — напомнил он мне.

Я протяжно вздохнула и сказала:

— Да-а-а…

— Что-то слишком мрачное вышло это твоё «да». Что случилось? Она тебя терроризирует?

Я открыла было рот, чтобы нажаловаться на Маргариту со всеми подробностями и чувствами, которые я испытала за эти два дня, но резко передумала и захлопнула рот.

Если я сейчас нажалуюсь, то этот мой поступок не прибавит мне плюсов, а скорее наоборот, оттолкнёт мужчину от меня.

И с чего это я в принципе решила ябедничать? Я никогда не страдала этой дурацкой привычкой. Тем более, если говорить начистоту, Маргарита ничего плохого не сделала – ни мне, ни Диане. Пока.

Но я всё-таки рассчитываю на её благоразумие.

И наябедничать всегда успею.

А то, что она проявляет гиперреактивность, и желает из меня сделать светскую даму – так разве это плохо? Хочется ей проявлять заботу в таком вот ключе, как командовать прислугой и натирать дом до блеска – ну и пусть.

Правда, вся эта сомнительная история с лекарствами никак не даёт мне покоя. Все лекарства, которые купил Макар, давала Диане я, а Рита и не вмешивалась.

Значит, всё в порядке? Правда, ведь?

— Просто хотела сказать, что твоя мама на удивление очень активный человек. И нет, она нас не терроризирует. У нас всё хорошо, — ответила немного сбивчиво.

В ответ прозвучала тишина, а потом Макар задумчиво сказал:

— Ты меня сейчас удивила. Неужели и правда, всё хорошо?

— Ну да, — пожала плечами и рассмеялась. — А ты надеялся на обратное? Думал, что с приездом твоей мамы я сбегу?

— У меня не было таких мыслей, Наташа. Просто, мама — человек довольно сложный, со своеобразным характером и она хоть клятвенно обещала мне вести себя прилично, я всё равно думаю, что кое-какие бзики ей приходят в голову.