Непристойное предложение - Жаклин Бэрд

– С тобой что-то не так, дорогая. Скажи, что произошло. Ты себя плохо чувствуешь?

Если бы ты только знал! – горько подумала Кэти. Однако стоп! Он сам подсказал ей идею. Если она сошлется на плохое самочувствие, он освободит ее на уик-энд.

– Да, я немного устала, мне надо отдохнуть.

– Вот и великолепно, о лекарстве я позаботился заранее, – улыбнулся Джейк, открывая дверь лифта и пропуская ее в квартиру. – Что ты думаешь о небольшом отдыхе в самом великолепном отеле на снежных вершинах швейцарских Альп?

– Что ты сказал? – Этого еще не хватало!

– Позволь объяснить. Когда я еще был студентом Оксфорда, наша группа решила провести там свои первые каникулы, было как раз открытие лыжного сезона. С тех пор я влюбился в те места. Численность населения, как тебе известно, постоянно колеблется. Люди женятся, рожают детей, разводятся, но на лыжах катаются далеко не все. В этом местечке лыжников немного, ты прекрасно там отдохнешь. Ну, что скажешь?

Кэти опустилась на диван и прикрыла глаза. Что это с ним? Такой радостный, на губах озорная мальчишеская улыбка… Откуда все это? В другой ситуации она бы обрадовалась, но только не сейчас.

– Я не хожу на лыжах, Джейк, и не собираюсь учиться. Езжай один, а я погощу у папы. Неплохо для разнообразия увидеть доброжелательное лицо миссис Томас вместо вечно недовольной физиономии миссис Чарльз.

Джейк уселся рядом с ней и взял тонкую руку.

– Смена настроения миссис Чарльз зависит только от тебя, – спокойно заметил он и потер пальцем ее безымянный палец. – Здесь должно бы находиться обручальное кольцо, но ты сама его сняла. – Выпустив ее руку, он поднялся.

Кэти вздохнула. Этот человек – сплошная загадка, невозможно предвидеть, что он сделает в следующую минуту. Она проследила за тем, как Джейк подошел к буфету и налил себе виски. Широкая спина его напряглась.

– Хорошо, Кэти, я не вправе лишать тебя возможности повидаться с отцом, а катание на лыжах пойдет мне на пользу. – Он повернулся к ней лицом и поднял бокал. – За небольшой отдых друг от друга!

Ее губы тронула настороженная улыбка. Неужели повезло? Если он уедет, она сможет слетать в Париж на день рождения малышки, и он ничего не узнает о ее отлучке. Правда, надо будет обговорить это дело с отцом, но тут проблем не предвидится.

С души словно свалился огромный камень.

– Налей мне немного мартини, пожалуйста. И будь добр, катайся осторожней. Я еще не забыла, как ты сломал ногу в горах. – Тогда они впервые поцеловались… но теперь она уже не так наивна.

Их глаза встретились, и Кэти поняла, что Джейк тоже думает о том самом вечере.

– Если быть точным, то был уже второй перелом, – усмехнулся Джейк. Он поставил бокал на столик, взглянул на нее потемневшими глазами и сделал два быстрых шага к дивану. О мартини было забыто.

Кэти вздрогнула. Она хорошо знала этот взгляд. Джейк приподнял ее голову и, прежде чем поцеловать, произнес:

– Но второй раз я запомнил намного лучше.

Сопротивляться ему не было сил. Джейк легко поднял ее на руки и понес в спальню.

На следующий день Кэти вошла в комнату, где столько ночей провела с Джейком, бросила сумочку на кровать, скинула туфли.

Без него здесь было холодно и неуютно. Девушка невольно поежилась и улыбнулась самой себе. Все сработало. Джейк улетел в Швейцарию, и миссис Чарльз немедленно заявила, что берет выходной.

Кэти это устраивало как нельзя лучше. Она позвонила в аэропорт и заказала билет до Парижа. Оставалось сделать два звонка – отцу и Клоду, но с этим можно было подождать. Сидя за туалетным столиком, она задумчиво смотрела на свое бледное лицо, отражающееся в зеркале. Недавно она посетила своего врача, и он подтвердил ее самые худшие опасения: она беременна. Настанет ли когда-нибудь конец глупостям, которые она совершала беспрерывно одну за другой?

После первой ночи у Джейка и сомнений не возникло, что Кэти не забыла предохраниться, он даже намекнул ей, что в ее нынешнем положении это просто необходимо. Разве она могла ему что-то сказать?

Наутро она купила таблетки, но, видимо, было уже поздно. Сейчас сомнений в этом не оставалось.

Кэти бессильно уронила голову на ладони и сделала несколько глубоких вздохов, стараясь удержать набежавшие слезы. Господи, в какую же она попала беду! Какой безумный поворот событий! Не сдерживаясь больше, она заплакала навзрыд. Сказалось огромное напряжение последних недель. Она слишком долго держала себя в руках, слишком много работала, слишком усердно играла роль утонченной любовницы. Все слишком, все чересчур. А теперь еще эта беременность!

Она плакала по себе, по своему не рожденному еще ребенку, плакала так, что сердце рвалось на части. Она любила Джейка, и это тоже убивало ее. Лежа в его объятьях, она постоянно сдерживалась, чтобы в порыве страсти не выдать своих чувств. В другие моменты она настойчиво твердила себе, как ненавидит его за то, что он спал с ее мачехой, но все было напрасно. Одно прикосновение Джейка – и она теряла голову.

Постепенно слезы высохли. Основная причина ее горестного состояния крылась в беременности. Что же делать? – задавала она себе уже порядком поднадоевший вопрос. Ей виделся единственный выход: надо оставить Джейка. У нее с ним заключено соглашение, которое надо выполнять, но…

С фабрикой отца теперь все в порядке, отступиться Джейк уже не сможет, и Кэти, если, конечно, захочет, может отказаться быть его любовницей. Беда в том, что, если признать честно, ей совсем этого не хотелось, но мысль, что он может жениться на ней, узнав о будущем ребенке, была совершенно невозможна. Еще подумает, что она все специально подстроила.

Аборт. Странное слово. Раньше Кэти относилась к нему нейтрально, не принимала, но и не отрицала, просто придерживалась мнения, что в этом вопросе решать должна сама женщина. О себе в данном аспекте она никогда не думала. Но сейчас, когда лицом к лицу столкнулась с этой проблемой, поняла, что не может быть и речи о том, чтобы избавиться от ребенка Джейка. Что же до ее отца, так они теперь друзья, и он заслуживает внука.

Она резко поднялась. Надо немедленно сменить обстановку. Уехать в Париж, пообщаться со старыми друзьями и поразмыслить о своих делах. Итак, больше дела, меньше слов. Контрастный душ, немного косметики на лицо – и никто не скажет, что она только что плакала.

Надев белый шерстяной костюм, который когда-то так понравился Джейку, она сложила кое-какие вещи в небольшой чемодан, сунула туда же красивую куклу – подарок крестнице – и вызвала по телефону такси.

Когда самолет приземлился в аэропорту Шарля де Голля, Кэти впервые вздохнула с облегчением. Страхи отступили, появилась какая-то надежда. Высокая, стройная, с роскошными волосами, она прошла к выходу, привлекая к себе восхищенные взгляды мужчин.

Навстречу кинулся Клод, обнял, закружил по залу и в непринужденной французской манере смачно расцеловал в обе щеки. Глаза Кэти вновь заволокло слезами.