Непридуманная сказка - Яна Перепечина

А батюшка взял… Батюшка четверых взял, представляешь? Чет-ве-рых!.. – она вспоминала своих пристроенных отказничков, и её лицо сияло нежностью и восторгом от того, свидетельницей каких невероятных чудес она была.

Вадим смотрел на неё во все глаза. А она, не видя, не замечая производимого впечатления, продолжала взахлёб, будто боясь упустить что-то важное, рассказывать:

- Сначала они с матушкой его двух деток из детского дома взяли, а потом у нас. Малыши из детского дома были такие больные: им уже шёл второй годик, а они на ножки не вставали. А батюшка, когда увидел их глаза, сказал: «Мы их возьмём!» Хотя их с матушкой и отговаривали, но они всё равно усыновили обоих.

Потом батюшка пришёл к нам и спрашивает: «Валентина Павловна, а у вас есть отказнички?» Он давно уже помогает. И раньше часто приходил и сейчас не бросает, деток причащает. Вот тогда снова пришёл. И почему-то вопрос такой задал. Я ответила: «Есть, батюшка. Эти здоровенькие, а вот эти с проблемами». И рассказываю: «Вот у этого незаращение мягкого и твёрдого нёба, у этого порок сердца, у этого гепатит С». Он их благословил и ушёл. Через неделю приходит со своей матушкой, Галиной Андреевной, чтобы ей малышей больных показать. И вижу я, что не просто так они пришли, что хотят их забрать. Я им говорю: «Батюшка, ну как же вы ещё деток возьмёте? У вас же старшим ещё и двух лет нет». А он отвечает: «Возьмём, Валентина Павловна. Матушка спит и видит, чтобы мы взяли. Будет у нас четверо деток: два мальчика и две девочки».

Сначала был один мальчик со статусом у нас, Глебушка, они его взяли, сделали ему операцию на нёбе, а потом и девочка появилась, Галенька. Представляешь, Вадик, батюшку Глебом зовут, и мальчик Глебушка, а матушку Галиной, и малышка тоже Галочка. И тоже девочка несчастная. Мать выбросила в три месяца из коляски её. Надоела плачем своим, пить мешала. У малышки в результате травмы возник парез руки. А хорошенькая такая девчушка, смотрит на батюшку своими глазками… - Валентина Павловна снова отвернулась, поправляя баночки с лекарствами на пеленальном столе. И звенящим голосом продолжила:

- И они забрали и эту девочку. Я как-то ходила к Глебушке на день рождения. Пошли они потом все вместе, семьёй, меня провожать. И батюшка детям говорит: «Ну, попрощайтесь с Валентиной Павловной». И вдруг малыши запели «Многая лета», ты можешь себе представить? Говорить ещё плохо умели, а запели! Я стояла, и у меня слёзы текли…

Вот это подвиг! Взяли таких больных деток. А матушка ещё говорила: «Здоровых-то сразу возьмут. А этих куда? В детский дом? Нет, возьмём мы». Понимаешь? Сейчас уже детки подросли. И такие хорошие! Есть, конечно, проблемы, но как батюшка с ними возится: и в бассейн, и на массаж, и в спортивные секции!

Вадим сидел, слушал про потрясающего священника и его необыкновенную жену и думал, что и он готов ради этой крохотной, не очень здоровой девочки перевернуть всю свою размеренную и, как выясняется, беспроблемную жизнь. Только бы она была рядом. Они были рядом: его жена и их общая долгожданная дочь.

А Валентина Павловна уже снова стояла у окна. Голос её время от времени прерывался, и тогда Вадим даже дышать старался как можно тише. Чтобы не отвлеклась, не прекратила рассказывать.

- У нас ещё Владик был. Там скелет один просто привезли. Ему было четыре месяца. И врачи наши в один голос сказали, что он проживёт неделю, самое большее – две. Он просто дистрофик был. Я впервые поняла, что такое кожа да кости. Светлана Владимировна была уверена, что он умрёт.

А мне в отпуск ехать. И я не смогла, никуда, конечно, не поехала. Как тут уедешь, когда ребёнок умирает?

Две недели я от него не отходила. Сначала по десять граммов он ел, потом по двадцать. Потихонечку прибавлять в весе начал. Поверить никто не мог. Глазами такими на меня смотрел! Чёрные такие глазищи. И что ты думаешь? Он до девяти месяцев у нас на ножки встал. Тоже чудо ведь! Мы когда его в дом ребёнка отвезли, ему сразу родители нашлись. Просто они не знали, что можно в больницах искать. Не всегда информация доходит. Вот сейчас, когда с нами волонтёры работают, сейчас легче стало. Многие люди так хотят детей, а информации нет.

Недавно вообще невероятный случай был. У нас девочка лежала. И никак мы ей родителей найти не могли. И из федерального и регионального Банков не звонили. Уже через несколько дней её должны были в Дом малютки забирать. У меня сердце за неё изболелось.

И вот представляешь, иду я по улице и по телефону с Любашей, волонтёром, разговариваю, всё ей рассказываю и чуть не плачу: ну как это так, ребёнок никому не нужен! Только разговор закончила, как женщина меня за руку хватает: «Простите, я случайно вас услышала. Мне, мне ребёнок нужен! У нас уже все документы на руках, а никак малыша найти не можем!»

И всё. Забрали нашу девочку мама с папой. Вот ведь как бывает: приехала мама из Москвы в гости и дочку себе нашла. Как тут не верить в Божий промысел?

Вадим потрясённо покачал головой, посмотрел на свою найденную дочку и спросил:

- А как чаще бывает: выбирают детей, думают или сразу решаются?

- По-разному бывает, Вадик… Приходят иногда потенциальные родители, вижу – нет, не возьмут. Документы готовы, на руках уже, а они ещё не дозрели. И тогда начинаю разговаривать с ними. Смотрю, стоит такая «мама» в сторонке, наблюдает свысока, пальчиком тычет: «А у этого что? А этот с чем? А какая там мать? А чем она болела?» Понимаю: о-о-о, нет, не возьмут. Те, которые берут, чаще не спрашивают. Взяли на руки и всё. Вы не спрашивайте, вы возьмите! Любите, заботьтесь, лечите. Ведь и свои дети какими, бывает, рождаются! А ведь это же тоже твой ребёнок! Увидел – и всё. Твой. И не обязательно сразу, с первого взгляда его полюбить. Главное – быть к этому готовым. Хочешь полюбить – полюбишь. Любого. Больного, страшненького. Не хочешь – не полюбишь никогда. Даже самого лучшего, здоровенького и красивенького. Для любви иной раз и потрудиться приходится.