Забудь меня, Эй - Тала Тоцка

— Так не бывает, без пап дети не родятся.

— Моя мама сказала, что Дашку ее мама нагуляла.

— У меня есть папа! — в голосе ее девочки стояли слезы, Саша решительно сжала кулаки, но тут ее цепко ухватили за плечи, а знакомый голос заговорил возле самого уха:

— Это то, за что тебе не мешало бы оторвать голову, а теперь стой здесь, я сам.

— Роман! Что ты здесь делаешь? — Саша повернулась, глядя на него в изумлении.

— Меня Даша пригласила, — он больше не смотрел на нее, пригнул голову и шагнул в дверной проем. — Дашутка, привет, дочь, я не опоздал? Здравствуйте, девочки.

— Ты пришел! А я думала, ты забыл и не придешь, — Дашка всхлипнула.

Мимо Сашки стайкой пронеслись перепуганные девчонки, даже не заметив ее, она вошла вслед за Романом и остановилась, закусив губу. Он был прав, этот чертов Робин Гуд, прав! Даша висела на нем, обхватив руками за шею, а он аккуратно гладил уложенные локоны и говорил нарочито весело. Сашка сглотнула подкатившийся к горлу ком.

— Как я мог забыть и не прийти? Ты же пригласила меня, я и подарок приготовил, вон в машине лежит. После праздника пойдем смотреть.

— Спасибо, дядя Роман, — Дашка снова обняла его за шею, — жаль, что ты не мой папа.

«Он убьет меня, точно убьет за то, что его дочь говорит на него «дядя Роман»…»

— А ты можешь взять меня на работу, и я буду работать твоим папой, — Роман отодвинул от себя дочку, бросив на Сашу один-единственный, но очень красноречивый взгляд.

— Это как? — Даша в замешательстве смотрела на Яланского.

— Тащи лист бумаги и ручку, у тебя здесь есть тетрадки?

Дашка метнулась к своему столику, а Роман принялся рыться в карманах. Саша достала из сумки ручку и протянула ему, он взял, не глядя, и тут же принялся писать на протянутом ему выдранном с клочьями тетрадном листе, проговаривая вслух:

— Погодиной Дарье… — он вопросительно взглянул на Сашу.

— Михайловне, — подсказала та, и Яланский лишь покачал головой. Сашка сама была Михайловна.

— Погодиной Дарье Михайловне от Яланского Романа Станиславовича. Заявление. Прошу принять меня на должность Дашиного папы пожизненно. Дата, подпись. Все, Дашунь, ты теперь вот здесь должна заверить, что принимаешь заявление к рассмотрению, потом издаешь приказ о приеме меня на работу… — он не договорил, потому что Дашка снова обняла его вместе с заявлением и спрятала мордашку на его груди.

«Он хороший отец, — билось в мозгу у Саши, — хороший, очень ласковый, он с тобой никогда таким не был, не будь эгоисткой, скажи ему».

Роман и правда очень осторожно гладил дочку по голове и несколько раз поцеловал, очень нежно и так же осторожно, чтобы не испортить прическу.

— Даша, ты чего до сих пор здесь, а ну бегом в зал, — заглянула воспитатель и, если и удивилась, то не подала виду, застав всю эту сцену. — Вы папа? Так идите занимайте места, там уже почти все занято.

— Пойдем, я тебя отведу, — Роман так и пошел с Дашкой на руках, на Сашу он и не взглянул.

Она пробралась в зал, спрятавшись за спинами других родителей, оживленных, радостных и очень надеялась не попасться больше Яланскому на глаза. Детей фотографировали и снимали профессиональные фотографы, так что ей не нужно было снимать самой. Родители уехали в село еще на прошлой неделе и очень ждали запись выпускного утренника внучки.

Но весь утренник она чувствовала на себе тяжелый, выжигающий взгляд Романа.

***

Ну как ему теперь сказать? Почему она не призналась, что она Эй сразу, как только Роман ступил на порог? Ну поорал бы он, и то вряд ли, было поздно, да и дети спали. А вот как сказать сейчас, она точно не знала. Еще решит, что у нее не все дома и дочку отберет…

В это время воспитатель предложила детям подарить родителям рисунки, которые те рисовали специально для праздника, и Саша увидела у дочери в руках два рисунка. Она и правда ждала Романа, когда они успели договориться за ее спиной?

А ее счастливая раскрасневшаяся девочка уже пробиралась к ней, Саша смахнула слезинки, чтобы не потекла тушь и обняла дочку.

— Это тебе, мамочка, я тебя очень люблю!

— Спасибо, доченька, спасибо, моя родная, я тебя тоже очень люблю!

— Я еще дяде Роману рисунок нарисовала, — Дашка выбралась из ее объятий и отправилась к удивленному Яланскому.

Надо было видеть его лицо! Он растерянно моргнул, взял рисунок, а затем присел перед Дашкой и поцеловал обе ручки, которые сгреб одной своей, а она улыбнулась и принялась вытирать ему глаза. На это Саша уже смотреть на могла, выскочила из зала и прислонилась спиной к стене, хлопая ресницами и махая рисунком, высушивая слезы. А потом посмотрела на рисунок.

Там были нарисованы они с Дашкой, для верности дочка подписала, чтобы всем стало ясно, кто эта долговязая дылда, а кто маленькая кнопка с двумя хвостиками. А рядом с ними красовалась огромная машина, возле которой высилась такая же дылда, только в штанах, и рядом маленький мальчик. «Роман и Илюша» было написано почему-то на машине.

— А мне она нарисовала, как мы катаемся на лошадях, — Сашка дернулась, как он подкрадывается так незаметно?

— Слушай, давай только без проповедей, а? Не порти мне праздник, — взмолилась Саша, глядя на Яланского, бесцеремонно отобравшего у нее рисунок.

— Как хочешь, — Роман вернул рисунок, а Саша не удержалась, чтобы себе не заглянуть в его подарок.

Там двое наездников, судя по надписям Роман и сама Дашка, проезжали мимо дылды в платье с маленьким мальчиком на руках. «Мама и Илюшка». Что ее девочка себе напридумывала? С другой стороны, она писала просто «Роман», не дядя и не папа, впрочем, Саша слышала, как тот настойчиво просил дочь так себя называть.

— Пойдем, там еще не закончилось, — Яланский неожиданно мягко взял ее за руку и повел в зал. А она уж думала, он снова начнет стыдить ее и вспоминать о Дашкином отце. — Еще долго, ты не знаешь?

— У них потом сладкий стол и танцы, — вспомнила Саша.

— А это обязательно? Я думал, заберем Илью и завалим все вместе в ресторан. Все-таки, у ребенка выпуск, это нужно отметить. А здесь, я так понял, у нее с подружками не очень?

— Они просто маленькие девочки, — попыталась оправдаться Саша.

— И уже такие стервозные, — в тон ей продолжил Роман, — хотя, скорее всего, они лишь повторяли то, что говорили взрослые.

Он явно с трудом сдерживался, чтобы не высказать Саше все, что думает о ней и ее безответственности, но все же сдержался, и она была ему очень признательна. Праздник подходил к концу, Саша озвучила дочери предложение Яланского, и та сразу отказалась и от сладкого стола, и от танцев. А может, это не первый такой подслушанный разговор, и ее девочке не в первый раз приходится отбиваться? Сашке стало нехорошо.