Шиворот-навыворот - Виктория Волкова

Они б еще долго копались в пыльных сшивах, но зазвонил Иванов сотовый.

Разговаривая, он закрыл глаза ладонью и принялся тереть их. И все присутствующие увидели внезапную перемену, произошедшую в начальнике. Лицо его стало суровым и жестким, глаза наполнились болью и гневом.

Лиля отвлеклась от бумаг и уставилась на него.

— Что случилось? — спросила она, когда он закончил говорить.

— Случилось, — повторил он, пытаясь прийти в себя. — Два часа назад около дома застрелили Сергея Корабельникова.

— О, боже, — всплеснула руками толстая Дора.

— Дай мне телефон, — тихо попросила Лиля.

— Возьми. — Иван пододвинул к ней городской аппарат.

— Не этот, — замотала она головой. — Дай сотовый.

— Зачем? — отрывисто спросил он.

— Позвоню Вите, — твердо сказала Лиля.

Он пощелкал кнопками и протянул ей трубку.

— На, сейчас ответят. Все свободны, — сказал он подчиненным.

Сергей вышел первым, Дора закопалась около сшивов, пока Иван не велел ей выйти.

— А папки оставьте на столе, — приказал он.

Она посмотрела на лицо шефа, искаженное гневом, и поторопилась уйти.

— Я буду у себя, — сказал Стас и вышел последним.

— Как вас представить? — спросили в трубке.

— Лилечка, — ответила Лиля.

"Блин, представляется, как маленькая девочка", — с раздражением подумал Иван.

Охранник подошел к Пахому, стоявшему около аквариума. Внутри, в особо очищенной воде, плавали рыбки редких пород и невиданной красоты, но их хозяин смотрел куда-то мимо них.

"Черт возьми, еще один друг погиб за последние полгода", — горько подумал он.

Охранник предупредительно кашлянул.

— Глупый звонок, но дама настаивает, — извиняющимся тоном сказал он.

"Какие дамы, на фиг, — выругался про себя Виктор Пахомов. — Если Кораб убит?"

— Как представилась? — проскрежетал сквозь зубы. У охранника прошел мороз по спине.

— Какая-то Лилечка, — еле выговорил он, решив, будь что будет.

— Давай скорей, — выхватил трубку Пахомов.

— Лилечка? — переспросил он. Только одна женщина могла так представиться. Только так ее и называл его лучший друг.

— Как тебя зовут? — спросил новенький мальчик у соседки по парте. — Меня — Иштван.

"Дурацкое имя", — подумал Витька Пахомов, сидевший сзади.

— А меня — Лилечка, — Выпендрилась Лилька Агапова.

— Ты где? — отрывисто проговорил Пахомов.

— Здесь, — ответила она. — Ты слышал про Сережку?

— Да. Лиля, его убили так же, как и Иштвана. Один почерк. Кто-то из знакомых, кого он хорошо знал. Они разговаривал прямо у подъезда. Соседи видели.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросила Лиля. Вопрос был скорее риторическим.

— Ровным счетом ничего. Тебя сейчас многие ищут. Олег звонит каждый день. Лиля, оставайся там, где сейчас находишься, пока я не разберусь.

Окончив разговор, Виктор вгляделся в экран телефона. Очень интересно. Вместо номера высветился контакт, занесенный в его справочник. Пахомов внимательно посмотрел на имя и нажал на кнопку вызова.

— Привет, — сказал Иван, зная, что тот перезвонит.

— Привет, — повторил Пахомов

— Соболезную, Витя, — глухо сказал Иван.

— Я тебе тоже, — с горечью в голосе ответил Пахомов.

Они были равновеликие фигуры. Ни конкуренты, ни враги. Просто знакомые. Ни хорошие, ни плохие. Их познакомил лет пять назад тот же Сережка Корабельников. То ли в сауне, то ли в ресторане. Иван уже не помнил. И сказать "познакомил" было б смешно. Иван сразу же узнал Пахома. И тот тоже долго к нему приглядывался — откуда-то я тебя знаю?

— Мои у тебя? — деловито осведомился Пахом.

— Да, — ответил Иван, но это "мои" его покоробило.

— Я вечером подъеду.

— Знаешь куда?

— Конечно, — усмехнулся Пахом.

— Он приедет вечером, — сообщил Иван Лиле. — Поехали домой.

Она, молча, встала, покидала в сумку блокнот и ручку, сиротливо лежащие на столе, и уже собралась идти, как вдруг начала крениться на бок. Иван еле успел подхватить ее.

Лиля очнулась через несколько секунд на диване.

— Что со мной было?

— Отключилась, — сказал Иван. Он выглядел сильно встревоженным.

— А на диване как оказалась?

— Я принес, — удивился вопросу Иван. — Давай попей водички и нужно ехать домой.

Он протянул ей стакан с водой, из которого несло "Волокардином".

— Попей — попей, — попросил Иван. — А я сейчас вызову охрану.

На лестнице послышались шаги. Он наклонился к Лиле и тихонечко поцеловал.

— Сейчас поедем, милая, — шепотом сказал он.

Шаги прошли через приемную по ковролину и остановились около его двери. "Какая у меня тактичная охрана", — с сарказмом подумал Иван.

— Машины готовы? — спросил он, поворачиваясь. И отпрянул — около двери стояла Марина.

Картина Репина, одним словом.

Марина подошла к двери и застыла от удивления, как жена Лота.

На кожаном черном диване возлежала какая-то женщина, а ее, Маринин, любовник стоял на коленях рядом, и нежно гладил по голове.

По отношению к ней Иван никогда не позволял особых нежностей, и Марина впервые видела такое его лицо. Глупое от счастья.

— Что происходит? — гневно спросила она.

Иван резко поднялся с колен и подскочил к ней.

— Ты как здесь оказалась? — прорычал он.

— Почему ты со мной разговариваешь таким тоном? — Из глаз у Марины ручьем покатились слезы. — Не хочешь мне ничего объяснить?

— Нет, — отрывисто сказал он. — Пошли, я тебя провожу.

В приемную выглянул встревоженный Стас. И сразу все понял.

— Побудь у меня, — попросил Иван и кивнул на открытую дверь. — Я сейчас вернусь.

Они молча спустились на лифте, и Марина в душе тридцать раз раскаялась в том, что затеяла эту авантюру с неожиданным приездом.

— У тебя пропуск с собой? — спросил Иван как ни в чем не бывало.

— Да, — ответила она, не замечая подвоха.

— Достань.

Марина послушно вытащила пропуск из сумочки. Иван взял его и передал охраннику, сидевшему в стеклянной будке.

— Слава, девушка сдала свой пропуск, — объяснил он, развернулся и пошел к своему личному лифту.